Приведенные высказывания основоположников научного коммунизма ясно показывают несостоятельность попыток ревизионистов прикрыть свои антимарксистские концепции авторитетом марксистского учения.
Извращения научного представления о единой сущности социалистического общественно-экономического организма идут по двум основным направлениям.
Последователи одного направления, истолковывая социализм с открыто ревизионистских позиций, подменяют марксистское учение ненаучными концепциями «национальных социализмов». Они рассуждают о западном и восточном социализме, о социализме европейском, азиатском, латиноамериканском, о советской и китайской, чехословацкой и французской и других «моделях» социалистического общества. При этом всячески гипертрофируются, преувеличиваются национальные особенности, отрицаются общие закономерности строительства социализма. Не ограничиваясь дроблением социализма по национальному и региональному признакам, некоторые из ревизионистов пытаются квалифицировать социализм по типу управления экономикой, характеру взаимоотношений между обществом и личностью и т. п. В результате многоликий социализм «обогащается» моделями «самоуправленческого» или «рыночного социализма», социализма «бюрократического» и «демократического», «гуманистического» и «не-гуманистического».
Сторонники другого направления выдают за различные «модели социализма» отличающиеся друг от друга пути приближения, перехода к социализму, неодинаковые приемы и методы его достижения. Такого рода отождествление конкретных форм движения к социализму с принципиально различающимися «моделями социализма» также представляет собой отход от научного представления о социализме.
С такого рода взглядами выступал, например, Р. Гароди, один из наиболее активных поборников ревизионистской концепции множественности «моделей социализма». Французская коммунистическая партия разгромила ревизионистские взгляды Гароди, в том числе и по вопросу о путях перехода к социализму. Генеральный секретарь ФКП В. Роше в речи на пленуме ЦК ФКП (октябрь 1969 г.) говорил, что Гароди «систематически путает вопрос о различных путях перехода к социализму с понятием различных моделей социализма. Между тем употребление понятия «модель» там, где речь идет о путях и способах перехода от капитализма к социализму, — очень спорный метод, вносящий путаницу, в частности, потому, что он ведет к затушевыванию общих черт, неизбежно присущих любой социалистической революции, таких, например, как необходимость завоевания политической власти и руководство ею рабочим классом и его союзниками, ликвидация крупной капиталистической собственности, обобществление основных средств производства и обмена и т. д.». Эти общие принципы социалистической революции, отмечает далее В. Роше, обязательные для каждой страны, видоизменяются в зависимости от исторических условий и национальных особенностей. Об этом четко и ясно было сказано на международном Совещании коммунистических и рабочих партий в Москве в 1969 г. Употребление же Гароди понятия «модель», по словам В. Роше, «открывает дверь новым интерпретациям, в том числе отрицанию общих законов социализма».
Эта критическая оценка относится не только к ошибочным суждениям и выводам Р. Гароди, но и ко всей антимарксистской концепции «моделей социализма».
Какие «аргументы» выдвигаются ревизионистами в обоснование своей концепции множественности «моделей социализма»? Они исходят прежде всего из следующей посылки: поскольку социализм в отличие от рабовладельческого строя, феодализма и капитализма не является самостоятельной социально-экономической формацией, постольку в нем одновременно имеются и элементы прошлого строя — капитализма или феодализма и предпосылки будущего строя — коммунизма. Именно это, по мнению Р. Гароди, предопределяет глубокие, принципиальные различия между разными «моделями социализма», которые зависят от экономической, социально-политической и идеологической структуры в каждой стране.
Иными словами, Р. Гароди считает социализм «переходным строем» между капиталистической и коммунистической формациями. На этой основе он строит свою концепцию множественности «моделей социализма». Между тем марксизм-ленинизм рассматривает социализм не как переходный строй, а как первую фазу коммунистической формации. Переходный же период охватывает процесс революционного преобразования капитализма в социализм.
К. Маркс в «Критике Готской программы» и В. И. Ленин в «Государстве и революции» четко различают историческую последовательность различных этапов борьбы за коммунизм: «особый этап» перехода от капитализма к социализму («долгие муки родов»), затем первая фаза коммунистического общества — социализм, и, наконец, высшая фаза коммунистического общества— собственно коммунизм. В переходный период в обществе сосуществуют различные социально-экономические уклады, продолжают сохраняться эксплуататорские классы, против которых победивший пролетариат вместе со своими союзниками ведет непримиримую борьбу. С завершением переходного периода утверждается социалистический способ производства, ликвидируются остатки эксплуататорских классов. Первая фаза коммунизма — социализм характеризуется полным и безраздельным господством социалистической собственности, социалистических производственных отношений, отсутствием социальных противоположностей между городом и деревней, между людьми умственного и физического труда, сближением всех классов и социальных групп, возникновением и упрочением морально-политического единства общества, господством марксистско-ленинской идеологии.
Рассматривая практику строительства социализма в различных странах, ревизионисты отвергают все существенное, характеризующее новое общество. Их цель — сконструировать такую «модель социализма», которая напоминала бы «общество-гибрид», соединяющее в себе черты и социализма и капитализма. Подтверждением этому служит, например, расписанная всеми цветами радуги «чехословацкая модель социализма».
В самый критический период развития чехословацких событий, когда «тихая контрреволюция» готовилась стать контрреволюцией стреляющей и вешающей, на страницах газеты «Руде право» (10, 11, 12 июля 1968 г.), временно узурпированной антисоциалистическими, правыми силами, появилась статья под многозначительным названием «Накануне принятия решения (О новой чехословацкой модели социализма)». В написании ее приняли участие «теоретики» всех рангов. Реальный социализм здесь назывался «пустым словом», а Советский Союз — «главным врагом».
Весь пафос ревизионистского опуса «Накануне принятия решения» был направлен на то, чтобы втоптать в грязь, как выражались его авторы, «старую, перенятую Чехословакией изйне традиционную модель социализма», которая возникла-де в странах, «непосредственно не располагавших материальной, социальной и культурной основой для социалистического развития». Авторы статьи объявили историческим недоразумением строительство социализма в СССР и, пожалуй, почти во всех странах мировой социалистической системы. Больше всего они постарались очернить социалистические завоевания в самой Чехословакии.
По примеру других «модельеров» социализма авторы пытались выдать за «традиционную модель» те или иные ошибки, допущенные в стране в ходе социалистического строительства. Примечательно, что с некоторыми оговорками за «отступление» от социализма выдавалось не что иное, как признание руководящей роли коммунистической партии, принципа демократического централизма, права социалистического государства планировать народное хозяйство, руководить социалистическим строительством и многое другое, без чего нет и не может быть подлинного социализма.
Как же в общих чертах выглядела новая «модель социализма», предлагавшаяся чехословацкому народу? Она, оказывается, избавлена от всех «деформаций», присущих «традиционной модели», ибо отрицала необходимость вмешательства государственной власти в «сферы, которые ей не принадлежат, как, например, экономика, наука, культура и т. п.». Экономическая основа «чехословацкой модели» мыслилась как «полное развитие товарных отношений, не стесненных государством и государственным планом». Прославляя этот утопически-анархистский идеал, авторы статьи объя— вили демократический централизм «временной, вынужденной мерой в период напряженной классовой борьбы». А поскольку, говорили они, с ликвидацией эксплуататорских классов исчезает вся острота классовой борьбы внутри страны, должен исчезнуть и принцип демократического централизма, уступив место «чистой демократии», в условиях которой местные организации не подчиняются центру, низшие — высшим, меньшинство— большинству. Одним из моментов развитой социалистической демократии ревизионисты считали возникновение, объединение и выделение в рядах КПЧ оппозиционных групп, фракций. Так рисовалась картина общественно-политической жизни страны.