- Я знаю, что сейчас каждый из вас готов с особой теплотой поприветствовать Мальчика с золотым кием.

Толпа взревела от восторга. Я готова была расплакаться, и Пол, должно быть, испытывал нечто подобное, хотя он собрался и держался очень хорошо. Если бы мы только могли собрать и сохранить всю эту любовь, и поддержку, и добрые пожелания… Как я им гордилась!

Конечно, если бы это была сказка, Пол бы боролся как лев и выиграл Чемпионат Мира. Но реальность не похожа на сказку - он проиграл 10-8 в первом же своем матче. Он был очень близок к победе, и раньше ему часто удавалось повернуть ход игры в свою пользу, но кто знает, какой эффект оказали на него последние несколько недель? Кто знает, как он вообще смог выйти на арену и сыграть?

Пол был растроган, покидая зал под стоячие аплодисменты и размышляя, когда же он снова вернется сюда и через что ему предстоит пройти перед этим. Едва они с Брэндоном успели войти в свою комнату отдыха, как в дверь постучали. На пороге стояли двое ребят в форменных пиджаках, которые объявили Полу, что путем случайной жеребьевки его выбрали для прохождения допинг-теста. На каждом турнире такие тесты проходят все финалисты, а также некоторые игроки, чьи имена выбираются случайным образом.

Брэндон пришел в ярость.

- Вы вообще имеете хоть какое-то представление, через что сейчас приходится проходить этому парню? - возмутился он. - В вас есть хоть капля сострадания?

Он захлопнул дверь и вернулся, чтобы обсудить это с Полом. С допинг-тестом были связаны две проблемы. Прежде всего, они не знали, какие именно лекарства давали Полу врачи в Джимми, когда проверяли готовность его организма к химии. А во-вторых, Пол эмоционально очень устал и хотел поскорее вернуться домой. Если бы он согласился на тест, ему бы пришлось провести там довольно долгое время, для того чтобы выпить большое количество жидкости и заполнить мочой две больших колбы. В итоге они решили, что Пол не станет делать тест, и Брэндон отправился к организаторам, чтобы сообщить им об этом.

Распорядитель турнира оказался на месте, и Брэндон упрекнул его:

- Неужели вы не могли просто пропустить его имя, когда оно выпало? Неужели это было слишком трудно для вас?

Однако для некоторых людей правила всегда превыше всего. Месяц спустя, в разгар химиотерапии, Пол получил письмо из Всемирной Ассоциации Снукера с официальным уведомлением о возможном дисциплинарном взыскании, которому его могут подвергнуть за отказ от прохождения допинг-теста. Руководство Всемирной Ассоциации Снукера не только сильно расстроило Пола в тот день, но и за все время, пока он болел, не оказало ему никакой поддержки. По-моему, у них нет никакой страховки для игроков, страдающих от той или иной болезни. Впоследствии у руководства ушло целых три месяца на то, чтобы принять решение об отмене каких-либо санкций в отношении Пола.

Когда Пол покидал Шеффилд в тот апрельский день 2005 года, все собрались, чтобы пожелать ему скорейшего выздоровления. Он с трудом сумел выбраться из здания, чтобы поприветствовать фанов, ожидавших его, чтобы пожать ему руку и дружески похлопать по спине. Мне не хотелось уезжать. Я знала, что как только мы доберемся до дома, начнется настоящая борьба.

Глава 21

Битва начинается

19 апреля 2005

Вторник, 19 апреля, с самого утра обещал быть прекрасным солнечным днем. Все казалось не так уж плохо, пока мы ехали в больницу Кукридж, где Полу должны были сделать сканирование мозга и тела. В течение 45 минут он маленькими глотками потягивал напиток из анисового семени, а потом его увели на процедуру. Ожидая его возвращения, я пыталась убедить себя, что больницы вовсе не такие страшные, как мне всегда казалось. Я думала о том, что погода прекрасная, что люди в больнице дружелюбны, но на самом деле я просто хваталась за соломинку.

Когда Пол, наконец, вышел, я бросилась к нему:

- Ну, как все прошло, малыш?

Он несколько секунд смотрел прямо мне в глаза, прежде чем ответить:

- Ужасно. Это было ужасно. Проиграть 10-8 - ничто в сравнении с тем, когда ты лежишь там, а тебе сканируют мозг, чтобы выяснить, не проник ли в него рак.

Словно по мановению руки, настроение резко переменилось. Я по-прежнему считала, что нам нужно оставаться оптимистами, но как я могла требовать этого от Пола, которому приходилось переживать такие ужасные минуты? По пути мы зашли узнать результаты анализов спермы - количество сперматозоидов было довольно низким, но в целом, там все было хорошо.

Мы отправились домой. Пол был молчалив. Ближе к вечеру приехала моя подруга Салли, и все мы безбожно напились, в результате чего утром я чувствовала себя просто отвратительно. Действительно ужасно. Наверное, так я пыталась справиться с растущим напряжением. Может быть, некоторая потеря чувствительности после перепоя была и к лучшему, потому что у нас впереди был длинный тяжелый день.

Как только мы переступили порог больницы, я автоматически начала повторять свою обычную беззвучную мантру: «Пожалуйста, пожалуйста, пусть нас ждут хорошие новости». Внезапно до меня дошло, что я говорю. Уже невозможно, чтобы все было «хорошо». Тогда я изменила эти слова на другие: «Пожалуйста, пусть это будут не плохие новости». Я не была уверена, что на тот момент Пол был способен выдержать еще какие-нибудь неприятности.

Существуют вещи, которые вы никогда в жизни не хотели бы держать в руках или вообще иметь к ним хоть какое-то отношение. Одна из таких вещей - направление в онкологическое отделение. Другая - брошюрка на синей пружине, содержащая в себе «все, что вам нужно знать о химиотерапии». Это одно из слов, которые люди произносят почти беспечно - когда при них кто-то говорит о друге, о коллеге по работе или о родственнике, проходящем химиотерапию, они лишь кивают и думают, что все об этом знают.

На самом деле, пока вы сами не попадете сюда, вы и понятия о ней не имеете.

Синяя папка заставляла меня содрогаться от мысли, что предстояло перенести Полу.

Химиотерапия - это метод лечения опухолей с применением препаратов, которые разрушают или контролируют рост раковых клеток. Препараты, используемые при химии, препятствуют росту и размножению раковых клеток. Эти клетки разрушаются и в конечном итоге погибают. Химиотерапию обычно проводят в несколько этапов, чтобы убить как можно больше раковых клеток. К сожалению, препараты могут оказывать воздействие и на здоровые клетки вашего организма, что временами приводит к возникновению неприятных побочных эффектов. Однако, нормальные клетки очень быстро восстанавливаются, так что повреждения носят лишь временный характер. Большинство побочных эффектов полностью исчезают после окончания лечения.

Когда начался курс лечения, мы цеплялись за эти слова: «препятствуют росту раковых клеток», «раковые клетки разрушаются», «нормальные клетки восстанавливаются». Нам выдали расписание, согласно которому должен был проходить курс химиотерапии Пола. Курс назывался Блеомицин/Этопозид/Цисплатин, или БЭП. Порошкообразные препараты растворялись в жидкости, образуя прозрачную субстанцию, которую с помощью капельницы должны были вливать Полу. Перечень возможных побочных эффектов был очень длинным. Нам сказали, что, возможно, все они и не проявятся у Пола, однако могут возникнуть и другие, реже встречающиеся. Список был жуткий: