3

3

Чума открыла глаза, потянулась, где-то в плече что-то хрустнуло, в спине скрежетнуло, она улыбнулась и спустила ноги на пол, уже привычно ощущая под ступнями мягкую шелковистость ковра. «Сегодня великий день», – подумала она и снова улыбнулась. Вот удивились бы ее бойцы, увидав, как она лыбится от уха, до уха. «Да, сегодня великий день», – повторила она снова, уже вслух. Ей было чем гордиться, она много работала, она все сделала, как надо и ничего не забыла и не упустила. И вот сегодня станет известно, насколько хорошо она сработала. Но она и так знала, что хорошо. Как всегда знала, еще по своим тренировкам, придет она к финишу первой или нет. Сегодня состоится последнее заседание суда и все. Васька выйдет на свободу. Она выполнит свою часть договора. «Я вытащу тебя, а ты вытащишь меня» Такой был договор. И свою часть Василий выполнил. Она не знала, во сколько ему это обошлось, но судя по всему немало. Но и Васькина свобода стоила недешево, тем более что были люди явно заинтересованные, чтобы Васька Буслаев, или попросту Буслай, сидел на нарах до конца дней своих.

Для начала она встретилась с Васькиным адвокатом. Тот удивился, а когда увидел свидетельство о браке, удивился еще больше. Скептически пожевал губами, но, услышав сумму гонорара, потер руки, крякнул «была, не была» и полез в свои папки. И началась работа. Если за адвокатом стояла юридическая сторона дела, то за ней техническая, если можно так сказать. Надо было разыскать всех свидетелей и заставить дать правдивые показания. Ха! Она улыбнулась про себя. Она хорошо запомнила день, когда впервые вошла в дом Буслаева. Ее привез туда Васькин помощник, Егор. Он, наверное, единственный, кто не сбежал с корабля, когда хозяин загремел на нары. Наверное, был слишком ленив, чтобы искать себе другое пристанище. Дом стоял добротный, кряжистый. Краснокирпичные стены плотно врастали в основательный фундамент. Сразу за домом начинался сад, туда вела задняя дверь, с таким широким крыльцом, что на нем запросто умещался плетеный диванчик, стол и пара стульев. На них и сидели пятеро хмурого вида мужиков.

– Чего звал? – заворчал один из них, подняв на Егора тяжелый взгляд, на нее он даже не взглянул.

Чума усмехнулась про себя. Бывший начальник охраны Буслая хорош, но чего-то нервничает. Понятное дело, занервничаешь тут, так все хорошо было, и тут вдруг, бац! Зовет старый хозяин, да и не хозяин даже, а так, шушера какая-то. Но прийти – пришел, не посмел отказать.

– Это я вас пригласила, – сделала она шаг вперед. – По поручению моего мужа, Буслаева Василия Захаровича. Спасибо, что пришли.

Переваривал он недолго, соображалка у таких всяко быстро работает, надо отдать должное. Теперь если развернется и уйдет, то и остальные уйдут тоже, но недаром Василий тогда два дня инструктировал ее. Она все запомнила.

– Да… – поскреб щетину на подбородке Буслаевский бывший начальник охраны. – Мужик-то он не плохой, но вот вляпался, как кур в ощип. А ты, значит, супруга законная? Откуда интересно взялась?

– С зоны, – коротко бросила она. – А вопрос у меня к вам, ребята, только один – вы с Буслаем или нет? Если нет – ради бога, идите с миром. Кто останется, будет при делах…

– И в шоколаде… – хмуро бросил один из парней, лет так тридцати, с круглой, как арбуз, головой.

– И не только, – твердо посмотрела ему в глаза Чума. Потом обвела взглядом всех, на каждого посмотрела, особенно на Никиту Грумина. «Тебе нужен Кит, – наставлял ее Васька, – он многое может. Если бы два года назад он был бы со мной, хрен бы я сел»

– Или с маслиной в башке, – не унимался арбузоголовый. Остальные молчали, поглядывая на Никиту-Кита. Тот молча постукивал пальцами по столешнице, на лице застыла маска безразличия. – А что я не прав? – продолжил парень, толкнув локтем соседа. – Если, как ты говоришь, Буслая подставили, то там такие люди замешаны… Ой-ой-ой. Дочку замначальника РУВД не побоялись грохнуть, а уж нас, грешных… Как два пальца об асфальт.

Чума мотнула стриженой головой, перевела взгляд на Кита.

–Буслая можно вытащить. Прошло три года. Казино уже построено и давно дает прибыль. Все уже и думать забыли кто такой Буслай.

– Но как только зашевелимся, сразу вспомнят, – Кит перестал стучать по столу и чуть улыбнулся. «Ну-ка, посмотрим, какие еще аргументы у тебя найдутся», – прочитала Чума его мысли.

– А вам, Никита, не кажется странным, что незадолго до этих событий, вы так во время попали в аварию? Как ваша семья, кстати?

– Плохо, – сухо ответил он, – плохо моя семья.

«Кит, в жуткую аварию попал – лобовое с «КамАЗом». Сам только ноги, руки переломал, а вот жена и ребенок сильно пострадали. Я пока еще на свободе был, все операции им оплатил, но потом, конечно, уже не смог помогать. От адвоката знаю, что жене и ребенку нужны еще операции. А сам Кит в охранное агентство подался и денег на это у него, конечно, нет. Так что у него прямой интерес»

Кажется, Васька не ошибся, Кит поможет, подумала Чума.

– И кто ж теперь нами командовать будет? Эта бритая зечка? – буркнул арбузоголовый.

– Командовать вами будет, как и раньше Никита Грумин. А им – Василий Буслаев. А эта бритая зечка уделает любого, кто еще раз вякнет, – оскалилась в улыбке Чума.

– Да пошла ты, – вскинулся парень.

– А ты попробуй, – Чума спрыгнула с крыльца и чуть попрыгала, уминая землю, – или слабо с бритой зечкой ногами помахать? Спорим, я тебя уделаю, с двух ударов? Ну, ладно, с трех, – она критически оглядела его коренастую плотную фигуру.

Парень нерешительно посмотрел на Грумина, тот еле заметно кивнул головой.

– Ну ладно. – Куртка полетела на стул, обнажив нехилые бицепсы. – Сама напросилась.

С трех, не с трех, но она его уделала. Когда, поднимаясь с земли, тот яростно отряхивал испачканные землей штаны, Чума уже сидела за столом, напротив Никиты и излагала Васькины инструкции.

– Вы все возвращаетесь к прежним обязанностям, зарплата до возвращения Буслая будет пока та же, но в срок, причем я уполномочена сообщить, что все вы, кто сейчас останется, получите зарплату за последние два года. Заявление об уходе ведь вы не писали, так что формально вы все еще на службе.

– Ха, – парень перестал отряхиваться и подошел ближе. – А что и деньги есть?

Остальные тоже как-то подтянулись.

– Есть, – спокойно ответила Чума. – Всем, кто останется сегодня.

– Но мы, вообще-то, на работе. Надо ж сначала уволиться… – послышался гомон.

– Всем, кто останется сегодня, – повторила Чума, с удовольствием наблюдая, как все разом полезли за мобильниками.

– Ну, а вы, Никита? – спросила она, – Вы с нами?

– Я бы остался и без денег, – тихо ответил Кит. – Если бы был уверен, что дело выгорит.

– С вами точно выгорит, – кивнула головой Чума. – Но об этом отдельный разговор и не здесь. Может, пройдем в дом?

– Пожалуй, – Никита поднялся, оглядел всех и скомандовал: Так. Всем быть здесь. Вернусь через полчаса. Павел, (это арбузоголовому) – за старшего. Осмотрите пока периметр.

Через полчаса они вышли на крыльцо, и Грумин оглядел своих бойцов.

– Они хорошие ребята, – сказал Кит, – сам натаскивал. Дело свое знают. Павел, Костя, Марат, Славка, – представил он их, каждый молча махнул рукой, услышав свое имя. – Значит, так – все как раньше. Я командую, вы исполняете. За небольшим исключением: вместо Василия Захаровича, Елена Дмитриевна. Ее слушаться, как меня. Все понятно?

– Понятно, – раздалось в ответ.

– С чего начнем? – повернулся Кит к Ленке.

– С салона красоты и магазинов, – улыбнулась та, и провела рукой по отросшим волосам.

Волосы она перестала стричь, вернувшись в барак после свидания с Буслаем. Через месяц они зарегистрировали брак. Потом было свидание с адвокатом, потом еще одно и еще. Потом было закрытое заседание суда по ее делу, по вновь открывшимся обстоятельствам. Потом судебно-психиатрическая экспертиза. «Придется потерпеть», – говорил ей тогда Васька, а теперь вот и адвокат. "Терпите. Свобода, она того стоит». Она и терпела. Сцепила зубы и терпела, снова и снова рассказывая события того страшного месяца июля.