Необходимо отметить еще одно обстоятельство, весьма характерное для современной евгеники, а именно: в ее отношении к распространению туберкулеза, детской смертности и т. под. процессам несомненно содержатся определенные классовые тенденции, так как все эти разрушительные факторы направлены, главным образом, против угнетенных, эксплуатируемых слоев населения. (Подобнее этот вопрос рассмотрен мною в брошюре «Евгеника и профессиональные вредности».)

Многие тенденции современной евгеники уже имеют свою довольно длинную историю. Прежде всего, указанный выше классовый подход к разрешению различных евгенических проблем можно отчетливо проследить уже у основоположника современного евгенического движения, Ф. Гальтона. Вспомним только, что по вычислениям Бутса, Фарра и Гальтопа дети рабочих были оценены в среднем по 5 фунтов стерлингов (около 50 рублей) за ребенка, в то время как дети богачей, по подсчетам тех же авторов, оказались не много не мало как в двести раз более ценными по своим наследственным задаткам, т. е. стоящими по тысяче фунтов стерлингов за одного ребенка[8].

7. Перейдем теперь к вопросу о высших и низших расах, занимающему очень большое место в современном евгеническом учении.

По убеждению большинства современных евгеников, наиболее ценной и благоприятной по своим наследственным генетическим свойствам является так называемая «северная раса», представителями которой являются главным образом шведы, норвежцы, датчане, северные немцы и англичане (особенно шотландцы). По описанию Ленца, раса эта, будучи совершенно исключительной, «превосходит все другие расы силой воли и предусмотрительностью, вследствие чего чувственные импульсы подчиняются у нее высшим целям». Точно так же, по мнению этого автора (ваяющегося лишь одним из представителей целого обширного течения, основателями которого являются Гобино, Лапуж, Аммон, Гальтон, Вольтман и др.), представители северной расы отличаются также исключительным богатством всевозможных творческих и организаторских способностей. Они создали не только современную культуру «индогерманских» народов, но также и такие культуры, как греческую, римскую, славянскую (призвание варягов), испанскую, португальскую и др. Эта исключительная одаренность северной расы обуславливается, по мнению современных евгеников, теми особыми генами, или, употребляя термин А. С. Серебровского, тем «генофондом», носителем которого она является.

Однако, история культуры показывает, что если даже признать, что в настоящее время северная раса является наиболее высококультурной, то это обстоятельство вовсе не является ее неотъемлемым расовым признаком, и не обуславливается исключительной ценностью тех генов, которые составляют генофонд этой расы. Многие современные евгеники склонны награждать представителей северной расы трудолюбием, честностью, «заботливой предусмотрительностью» и т. п. добродетелями. Однако, нельзя забывать, что еще несколько столетий тому назад жители Скандинавского полуострова занимались главным образом морским разбоем и не только не насаждали культуру, но терроризировали и грабили культурные побережья Европы, до Средиземья включительно. Нужно поэтому думать, что современное состояние северной расы, расцвет ее, обуславливается благоприятным для ее развития сочетанием ряда внешних факторов, главным образом благоприятным сочетанием ее географического положения на земном шаре с современным состоянием техники, прежде всего техники транспорта.

Остановимся на этом вопросе несколько более подробно.

История человечества, как известно, полна примерами расцвета и упадка отдельных культур. Каковы же причины этих процессов? По мнению Сименса причиной упадка всех древних культур была их «пролетаризация», выражавшаяся в том, что пролетариат размножался гораздо более интенсивно, чем избранные аристократические роды. Не останавливаясь на критике подобного рода учений (что нами уже сделано в брошюре «Классовые интересы и современная евгеника»), сейчас мы перейдем к рассмотрению тех факторов, которые действительно могли играть роль в процессах расцвета и упадка отдельных народов. Как было показано С. Бэттигером, Л. Мечниковым, Ратцелем и др., далеко не последнее место среди этих факторов принадлежит географическим условиям обитания отдельных народов, причем роль того или иного географического фактора может весьма значительно изменяться, в зависимости от эволюции человеческой техники, в частности от изменения и усовершенствования техники водного транспорта. В самом деле, присматриваясь к эволюции человеческих культур мы замечаем, что на известной ступени развития техники водного транспорта наиболее культурными и передовыми показываются народы к «северной расе» или нет. Таковы были в свое время культуры: египетская (по Нилу), ассиро-вавилонская (по Титру и Евфрату), индийская (по Инду и Гангу), ассиро-вавилонская (по и Гоанго). Для древних славян такую же историческую роль играл великий водный путь «из варяг в греки», образованный двумя речными системами – волховской и днепровской (на первой из этих систем возникла новгородская культура, на второй – киевская).

Во времена расцвета речных культур, народности, расположенные по морским побережьям и внутри материков, вдали от удобных для сообщения рек, оказывались в менее благоприятном географическом положении и стояли в то время гораздо ниже по своему культурному развитию, сравнительно с народами речных побережий. Однако, отсталость этих народов обуславливалась вовсе не тем, что они были составлены из каких-либо неполноценных расовых элементов, а только лишь в силу неблагоприятного для проявления их потенциальных возможностей сочетания географических и социальных условий. Таким образом их отсталость была, так сказать, не генотипического, а фенотипического характера, так как море в то время не способствовало, а наоборот, препятствовало общению между народами, причиной чего, в свою очередь, являлось несовершенство водного транспорта.

Однако, по мере усовершенствования судостроительной техники, положение приморских народов меняется самым коренным образом. Из разъединяющего препятствия море превращается в очень удобную дорогу для сообщения с другими странами и народами. Особенно это относится к замкнутым морям, соединяющим собой большие материковые массы. Наиболее благоприятным в данном отношении явилось Средиземное море, связующее собой берега Европы, Азии и Африки. В результате, по берегам этого моря возникает в свое время целый ряд великих культур древности, как-то Финикия, Карфаген, Греция, Рим, Маврская культура, а позднее, отчасти, Испания и Португалия (переход к океаническим культурам).

Море, связуя отдельные народы между собой, способствует взаимному обмену и обогащению их культурными достижениями и открытиями. Кроме того, общение приморских народов между собой могло также способствовать и тому «обновлению человеческих пород» путем расовых смешений, которому такое большое значение придавал проф. В. М. Флоринский. В самом деле, не исключена возможность, что, в результате широкого общения приморских народов между собой, могли происходить и благоприятные помеси между представителями различных рас.

Итак, мы видим, что известной стадии развития человеческой судостроительной техники соответствует культурный расцвет тех народов, которые осели по морским побережьям. Что касается океана, то для этой стадии культурного развития он является почти таким же препятствием для международных сообщений, каким было море во время господства речных культур. Подобно тому, как египтяне смотрели на море, как на «разнородное выделение разрушительных и болезненных начал» (Плутарх), античные греки с неменьшим суеверным страхом относились к океану, боясь удаляться в его безграничные дали.

Но с течением времени и океан (сначала Атлантический) меняет свое барьерное значение, превращаясь в дорогу для сообщения между самыми отдаленными уголками земного шара. Наступает эра великих океанических культур, сначала переходной испано-португальской, позднее нидерландской, германской, английской (расцвет «северной расы»!) и др.