(9)

Утренние сумерки. Час Лани

(9)

Прежде чем отправиться к Серым Мхам, а от них — к большому городу, маг согласился сделать крюк и проведать по моей просьбе лесника. Мне хотелось от всей души поблагодарить Элоя за гостеприимство и протянутую руку помощи, пусть и нельзя было рассказывать ему всей правды — что я никакой не дочь для Ардо, что даже ученицей назвать можно с большим натягом, и что уехавших в недобрые места магов можно не ждать. А уж про Кирино и кровавые ритуалы и вовсе следовало помалкивать.

Покидая замок барона Урмилта, Раджети был настолько воодушевлён и счастлив, что на радостях пообещал тому спросить знакомую магессу, не разрешился ли её вопрос о замужестве. Возможно, сеньору Батилю повезёт, и очаровательная Энесс лисс Кйульт согласится хотя бы встретиться с ним. Увы, больше магесс среди знакомых Раджети не было, и он выражал искреннее соболезнование по этому поводу.

— А почему женщин среди магов мало? — задала я закономерный вопрос, взбираясь в седло Микель сама — как и обещал, магистр Ардо научил меня простому заклинанию левитации, и вспрыгнуть на спину лошади мне было уже не так сложно.

— Потому что свой дар женщины без остатка передают ребёнку, — вздохнул Раджети, которого не всегда радовала моя любознательность. — Одно из первых заклинаний, которому обучают женщин, предохраняет от нежелательной беременности. Жизнь у магов длинная, и магессы соглашаются на брак только тогда, когда встречают действительно полюбившегося им человека. Или когда устают от дара, но такое случается реже.

Я почувствовала, как краснеют уши. Но сдержать язык за зубами не получилось.

— А вы знаете это заклинание? — продолжила осаждать мага неудобными вопросами я.

— Знаю, — он как-то разом помрачнел и нахмурился. — И научу. Но не сейчас. Скажи-ка мне лучше, сколько будет семнадцатью пять.

Закусив губу, я стала считать в уме. Чародей требовал тренировать память при любой удобной возможности, и не из какой-то причуды — поди попробуй держать в памяти с десяток различных заклинаний на непонятном языке. Магистр Ардо признался, что да, язык у заклинаний тайный, учат ему специально, но некоторые формулировки перевести не могут до сих пор, хоть и пользуются ими вовсю. Так что часть вещей придётся запоминать как есть, слово в слово, без какого-либо смысла.

— Ты языки другие вообще знаешь? — видя мои «успехи» на счётном поприще, сменил тему Раджети и чуть потянул поводья в сторону, чтобы Микель перешла на лёгкую рысь.

Выехали мы ближе к полудню — всё утро Ардо беспокоился, что затянувшие небо тучи вот-вот разродятся грозой. Магистр недолюбливал сырость и был готов потерпеть общество сеньора Батиля ещё один день, но мне не терпелось отправиться в путь и увидеть что-то помимо покоев замка. Относиться к предстоящей поездке как к чему-то увеселительному я и не думала, однако любопытство сыграло свою роль.

— Несколько слов на ньэннском и альяаритте, — принялась вспоминать я. — Ещё знаю, что не все слова общие в коссэльте и нитири, и письменность у нас разная. У вас на четыре гласные больше.

— Не «у вас», а «у нас». Ты теперь уроженка Коссэ, помнишь же? — недовольно цокнул языком маг и покачал головой. — С акцентом твоим придумать что-то надо… Ладно, фамилию прибережём на случай, если встретимся ещё с какими-нибудь благородными. Восьмой меня раздери, как же все эти суматошные планы достали!

Я догадывалась, что расследованием дел общества Певчей Цикады занимался не один Ардо, что существовал целый план по доказательству их незаконных деяний, что многого мой невольный учитель попросту не рассказывал мне. Как объяснил сам Раджети, чтобы не заставлять лишний раз нервничать и не засорят мозг ненужной информацией. Он обязался защищать дочь Грассэ до тех пор, пока той не перестанет грозить опасность, и намеревался сдержать обещание, считая, что совсем не обязательно оной влипать по самые уши в хитросплетения расследования.

— А что дальше будет? Вы действительно станете моим учителем, да? Мы поселимся в какой-нибудь башне и будем постигать тайны магии? — Я принялась подпрыгивать в седле, настолько сильно радовала меня радужная перспектива.

— В книжках о таком начиталась? — хмыкнул он и тут же спустил с небес на землю. — Нет, я сдам тебя компетентному проверенному человеку, чтобы с пользой время проводила и училась, а не сидела тихонько. Я уже договорился. Там будет и должная защита, и нормальное обучение. А ещё, думается мне, она куда лучше сможет разобраться с твоим необычным даром — опыта во всякого рода исследовательской деятельности у неё куда больше.

— «Она»? «У неё»?

— Увидишь, — усмехнулся Раджети, — и познакомишься ещё. Бессмысленно что-то рассказывать о человеке, которого можно охарактеризовать как стихийное бедствие. Но с Ирнэ просто невозможно не найти общий язык, она понравится тебе.

Как бы ни было любопытно, я всё же решила довериться мнению магистра Ардо и не пытаться вызнать о таинственной сеньоре Ирнэ что-то ещё. Иной раз и вправду лучше один раз увидеть своими глазами, чем слушать чужие россказни.

Тяжело вздохнула. Было обидно осознавать, что моим учителем Раджети не станет — всего за несколько дней, проведённых рядом с ним, я успела привязаться к взъерошенному чародею настолько, что не представляла дальнейшего знакомства с магией без него. Но какой была альтернатива? Если он занимается опасным расследованием, то я в этом нелёгком деле буду скорее обузой, чем смогу оказать дельную помощь.

— Магистр Ардо, а если я стану если не Владеющим, то хотя бы неплохим магом, мне же ничего больше не будет угрожать?

— И не проси, Марисса. Тебе нельзя со мной. Это опасно.

Его слова, разумеется, меня не остановили. Всю дорогу до избушки старика-лесничего я красочно описывала магу, какой великой чародейкой стану и как мы вместе с ним остановим ужасную Цикаду и спасём не только Коссэ и Нитиро — весь мир! Раджети внимательно слушал, соглашался, ахал и насмешливо фыркал, поражаясь моей буйной фантазии, но оставался непреклонен.

— А об отце с матерью ты подумала? — ударил он по больному месту. — Всё, сворачиваем этот разговор, ни к чему хорошему он не приведёт. Не при Элое же нам с тобой ругаться в пух и прах?

Насупившись, я пообещала себе не оставлять попыток уговорить мага сделать всё по-своему. У меня было достаточно времени подумать и взвесить по крупицам все полученные факты. Да, не хватало множество кусочков общей картины, но совершенно точно я знала одно — когда вернусь домой, не успокоюсь, пока не вызнаю все эти «кусочки» от отца. А пока путь в родные хоромы мне закрыт… Может, с сеньорой Ирнэ я и сдружусь — сомнений не было, что она хороший человек, ведь с ней был знаком магистр Ардо. Может, мне с ней будет спокойнее, чем рядом с чародеем — всё-таки женщина, и какие-то моменты обсуждать будет легче. Может…

Все странные мысли и тяжёлые раздумья покинули голову, стоило почувствовать сильный запах гари. Раджети остановил лошадь, спрыгнул на землю и взглядом приказал мне оставаться на месте, бесшумно исчезая в зарослях кустарника. Я всё же сползла с Микель, намотала поводья на руку и отвела её прочь с тропинки, за старую разлапистую ель — оставаться посреди дороги показалось опрометчивым и неосмотрительным поступком.

На вернувшемся через осьмушку лучины магистре не было личины, а на лице или в глазах — привычной улыбки. Чародей взволнованно заозирался, не увидев ни меня, ни Микель на том месте, где он оставил. Когда же я вышла из-под тени деревьев, Ардо метнулся ко мне и осмотрел всю с головы до пят, что-то невнятно бормоча и складывая пальцы в полузнакомые знаки — узнать удалось по меньшей мере семь из них, связанных с очищением и защитой от демонов. Больше всего внимания он уделил почему-то волосам и успокоился, только распотрошив косу до непотребного вида. Я вздохнула, осознавая, сколько времени уйдёт на то, чтобы привести перепутанные пряди в порядок, но, поймав настроение мага, обняла его руку и заглянула в зелёные глаза. Настолько испуганным я видела его впервые. Что же такое он там увидел?

— Надо ехать.

— Это они? — Спрашивать, что случилось с Элоем, не стала.