Не знаю почему, однако нагота не смущала, хотя всего несколько мгновений назад в комнате присутствовал мужчина. Быть может, шок от происходящего всё ещё действовал дурманом и притуплял разум. А будет ли стыдно потом?..

Среди пожжённой, измазанной сажей одежды зацепил также кинжал Квиля. Больше, по сути, мне ничего и не требовалось, потому что панталоны, рубаха и платье практически пришли в негодность. И если уж этот Азор руи Тамери хотел позаботиться обо мне, то ему не помешало бы постараться и найти для меня новый наряд.

Странно. Мысли стали жёстче. И голова как-то странно побаливала…

— Хм, а ты, вьюрок, и вправду сама по себе, — чернокожая девушка неслышно подошла сзади и не без интереса стала разглядывать моё ухо и кинжал. — Сразу за оружие хватаешься… бех него не по себе? Тебя много раз пытались убить?

Сглотнула горький ком. На вопрос промолчала — какая ей, в сущности, разница, пытались меня убить или нет? Притворность заботы не чувствовала, но поддаваться эмоциям и терять самообладание не хотелось.

От Кирино единственной полезной наукой была только ненависть и злоба. Именно ими я и намеревалась пользоваться если не всю оставшуюся жизнь, то достаточно долго — желательно. Этот Азор спас меня только потому, что «ведьма» была бы полезна. Что мешало мне воспользоваться им в ответ? Здесь-то уж точно не окажется подстеленной Раджети соломки в виде траттории с кучей готового помочь народа.

«Аквилегия». Пришлось сглотнуть второй ком. Стоило попытаться вернуться? Не уверена. Вдруг меня считают погибшей? Тогда это собьёт со следа Цикаду, и вместе с тем — не подставит Рэмиру и остальных. Они ведь уже не будут связаны со мной. А ещё, будучи теперь сама по себе, я могла начать поиски Раджети, тем более, что находилась теперь в столице. Мог бы Азор помочь мне найти сеньору Ирнэ? Не уверена, но прежде чем соглашаться… да на что угодно! В сущности, бояться мне было больше нечего — если кто-то пострадает, то определённо не по моей вине, я предупрежу, не обо всём конечно, но о том, что меня могут искать другие маги — наверное, стоило. Что, впрочем, не мешало поторгаваться за свою «услуги».

Голова пухла. Я упускала что-то важное… связанное с Кирино? Нет, вспоминать сон с ним не было ни желания, ни сил. Хотя, определённо, не помешало бы, в его словах была необходимая информация о метке, пусть даже частичная.

— Ми, дай ей немного прийти в себя, — Эль пересела в кресло, забравшись в него с ногами и смерив меня оценивающим взглядом. — Тата, найди что-нибудь для гостьи сеньора Тамери.

Молчаливая третья, обладательница рыже-ржавой копны волос, плавно соскользнула с кровати и скрылась за другой дверью, спрятанной под тёмным пологом, — судя по всему, там находилась соседняя комната. Не зная, куда деть себя, так и замерла посреди комнаты, прижимая кинжал к животу и оглядываясь по сторонам.

— Милая, не стой так, простудишься ещё. Полезай под одеяло, — ласково улыбнулась ледяная красавица, и весь холод исчез, будто бы и не бывало.

Я неловко улыбнулась в ответ и последовала совету — кожа покрылась мурашками, которые почему-то совсем не чувствовались, так что в её словах был смысл. Только вот вместо того, чтобы разлёживаться в кровати, поступила проще и практичнее, завернувшись в одеяло и сев прямо на полу. Не хотелось признавать, что ноги держали ещё плохо.

— Ты голодна? Уверена, наедаться пока не стоит, но, быть может, суп сойдёт. Сколько тебя держали в кандалах, знаешь?

— Не бойся сеньора Тамери, — плюхнулась рядом чёрненькая Ми, — он может казаться сердитым, но, на самом деле, он очень добрый. Тата подтвердит.

— Никогда бы не подумала, что он будет носить девушку на руках! — хмыкнула вошедшая с ворохом одежды Тата. — А уж какое перекошенное лицо у него было!.. М-м, сказка. Удивляюсь, как ему вообще удалось провернуть что-то подобное.

— Стражники могли не ожидать… — начала было Эль, но, спохватившись, оборвала саму себя. — Где же наши манеры! Тебя зовут Кель, верно? Моё имя Эльва, эти две барышни — мои ученицы, Мирун и Такита.

— Где я? — мельком оглядев предоставленную груду вещей, шмыгнула носом.

Так, Марисса, соберись. Не раскисай! Нужный настрой — уже половина сделанного дела. Здесь точно никто не собирался утешать и не нанимался со мной нянчится.

— Это публичный дом, — «обрадовала» Эльва.