Дорожная Пыль сел на коробку с книгами и задумался.

- Хорошо. Но можно ведь мудрые книги читать. Кстати, как они, по-вашему, выглядят?  Там что ж, из разного об одном, что ли?

- Мудрая книга от умной отличается как притча от афоризма, - не глядя на него, заметила баба Глаша.

- Не понял.

- В притче из сходных структур, выбирается наиболее понятная и простая, и на её примере открывается доступ ко всем сходным структурам у человека. Притча – это ключ доступа к целому семейству подобного. Потому за хорошей притчей всегда идут длинные обсуждения. Да и нелегко её отличить сразу. Вроде, простая история, ничего особенного. Помните, притчи Христа? Какие-то простейшие ситуации…  То-то же…, - поднял палец вверх китаец. - А всё равно, за ним все ходят и просят: «Господи, поясни притчу свою».

- Всё же мне кажется, что мудрость как-то связана с добротой, с великодушием. А у вас она какая-то сухая получается.

- Мудрость – это не разновидность морали, а разновидность сознания, - обрубила его баба Глаша. - Просто, когда ты смотришь на мир так широко, ты различаешь и добро, и зло и понимаешь, что всему есть своё место и своё время. Внешне это выглядит как доброжелательность, а это просто способность принимать мир таким, каков он есть; это открытость миру и ощущение единства с ним. Такой взгляд накладывает обет молчания на мудреца. Страшно начинать говорить, когда за твоим решением стоит целый кусок мира. Смотришь на вопрошающего и думаешь: «А стоит ли начинать, а надо ли всё это ему, и главное: поймёт ли!?»

- Так ты что, мудрая что ли? – удивленно уставился на нее Дорожная Пыль.

- Иди к чёрту, Макарыч, со своими вопросами! От них любой мудрец с ума сойдёт. А чтобы инициировать к мудрости не обязательно самой мудрой быть. Вот так, - Баба Глаша развернулась и пошла по направлению к гостинице.

- Постой, постой! - закричал ей вслед Дорожная Пыль, - Повтори, что ты сказала!

Баба Глаша только махнула рукой.

- Извините, - обратился Дорожная Пыль к китайцу. - Мне обязательно нужно её догнать.

27. Закон созидательного мышления и прочая чепуха

             В системе его мышления система явно

                                                    преобладала  над  мышлением

Габриэль Лауб

    Прошло несколько дней, в течение которых Дорожная Пыль безуспешно бился над созданием классификационной модели реакций химических элементов. Он читал теоремы, изучал примеры, но это не продвигало работу ни на шаг. Подобно средневековому алхимику, с воспаленными от бессонницы глазами, небритый, он ходил в своем номере из угла в угол и выходил  только чтобы поесть. Баба Глаша изредка навещала его, чтобы убрать гору рваных бумаг,  но, увидев его, притихшая, незаметно пропадала за дверью. Он уже начал  отчаиваться, когда на пороге номера появился довольный, излучающий счастье Басмач.

- Здравствуйте, господин Менделеев, - торжественно произнёс он.

- Пионерский привет могущественным магам, - вторил ему Дорожная Пыль.

- Что у нас с Нобелевской премией?

- Пока я приблизился только к открытию водки. Хотя, признаться, приблизился сильно. Еще чуть-чуть - и начну испытывать на себе пробные экземпляры.

- Не забывайте, уважаемый, сколько жизней отняло это изобретение.

- Вы не были бы столь категоричны, если бы вспомнили, сколько людей обязаны ему своим рождением.

- Что, дела так плохи? - удивлённо поднял брови Басмач.

- Хуже некуда! Иногда появляются какие-то идеи, но потом всё рушится.

- У меня в жизни тоже не раз бывало: вдруг с гордостью открываешь девственный материк мысли, а потом где-нибудь в лесу находишь пакетик от презерватива. Впрочем, вы зря так расстраиваетесь. Вы решаете неразрешимую задачу.

- Не понял!? Вы же сами мне дали это задание…

- Это была провокация. Пытаясь решить эту задачу, вы наилучшим образом осваивали основы классификации. Бросьте,  не обижайтесь.

- Подождите... Почему провокация?.. Нормальные элементы, нормальное отношение... Всё должно получаться... Я так думаю...

- Если бы всё было так, не нужен  был бы Менделеев. Во-первых, система распознавания образов для данной задачи совершенно нетривиальна. Атомный вес, который поначалу считали подходящим параметром, из-за изотопов оказался непригодным. Структура электронных оболочек атомов  столь непростой параметр, что возможностей обычной классификации оказывается недостаточно. Так появляется необходимость в создании специализированной научной системы (в данной случае  химической) с её специальным языком химических формул. Всякий раз, когда  специфика предметной области выходит за рамки классификационной модели, мы обращаемся к науке – разделу специализированных языков и схем. Вот, грубо как-то так.

- Послушайте, я тут чуть с ума не сошёл, - на этой фразе Дорожная Пыль осёкся. Басмач был прав: лучшего способа понять формирование языка не было. Он сразу успокоился, и его многодневная гонка уже не казалась такой бесплодной. За эти дни у него накопилось немало вопросов.

– Ваш приятель Кэкэ рассказывал мне о трудностях коррекции языковой модели, что приводит к постепенному накоплению дефектов. Он даже говорил, что смерть для обладателей такой модели с некоторого момента оказывается благом.

   Басмач сел на неприбранную кровать, взял из вазы апельсин и стал его медленно и очень аккуратно очищать. Было заметно, что он подыскивает ответ на явно неожиданный вопрос.

-  Функционирование классификационной модели и языка с младенчества до старости претерпевает ряд этапов. Способность синтезировать классификационную модель заложена в органических существах генетически. Это следует хотя бы из того, что они способны синтезировать пространство и действовать в нём.

- Вы хотите сказать, что пространство суть классификационная модель? Что же является объектами этой модели, и какое отношение она отражает? А? Мне Кэкэ рассказывал про пространство несколько иначе.

- Я бы не хотел сейчас вдаваться в эти дебри. Если ваш интерес не пропадёт, мы как-нибудь вернёмся к этой теме. Кратко могу вам сказать, что объектами этой модели являются последовательности мышечных ощущений, а моделируемое отношение – это операция соединения этих последовательностей в новые последовательности. Короче, эта операция создаёт  наши возможные движения. Понятиями этой модели являются точки пространства. Распознавание образов с помощью выделенных параметров (зрения, аккомодации, сведения глаз) позволяет предсказывать нам наборы мышечных ощущений, достигающих ту или иную точку пространства. Короче говоря, стандартная система классификации мышечных ощущений. Грубо как-то так. Создание модели пространства – гигантская деятельность для любого живого существа. Никогда больше в своей жизни живое существо не осуществляет столь огромную мыслительную деятельность, как на этапе формирования пространства. Это видно хотя бы из продолжительности сна.