— Спасибо, что сбежала, кстати. — Винсент стряхнул с плеча снег. — Убить пророка в церкви я бы не смог. Священная земля и все такое. Плохо для кармы.

Я повернулась к нему, почти ничего не видя из-за слез, замерзавших прямо на щеках.

— Я могу убить тебя прямо здесь и сейчас. Я потомок, а значит, я сильнее и быстрее любого человека.

Я отошла от края каньона. Если Винсент собирается меня убить, то я не дам ему просто взять и сбросить меня вниз. Пусть сделает это собственными руками. Пусть приложит хоть какие-то усилия.

Он шагнул вперед и больно схватил меня за подбородок.

— Я могу сломать твою костлявую шею и вырвать сердце прямо из груди. — Винсент наклонился, и между нашими ртами почти не осталось воздуха. — И все же при каждой нашей попытке тебя убить ты каким-то чудом выживаешь. Поэтому на этот раз я привел помощь.

Он кивнул за плечо, давая кому-то знак, и нас обступили парни. Их было около дюжины. Некоторые — не старше меня. Другим на вид хорошо за двадцать. Все, как один, высоченные и какие-то непропорциональные. Пристальные взгляды казались угрожающими и в то же время пустыми. Из ртов вырывался белесый туман, как у животных, наблюдающих за добычей. Но на самом деле пугало вовсе не это, а то, что у них было в руках. Каждый принес с собой оружие. Мачете, топоры, ножи настолько острые, что на лезвиях отражался солнечный свет.

— Никогда не посылай людей выполнить работу нефилима. — Лицо Винсента изменилось, превратилось в садистскую маску. — На этот раз все будет окончательно и бесповоротно.

Он толкнул меня на землю так сильно, что в глазах засияли звезды.

Закашлявшись, я схватилась за горло и взглянула на Винсента:

— Почему?

— Потому что тебя порубят на кусочки. — Он смотрел на меня таким взглядом, будто я круглая идиотка. — После такого не возвращаются.

— Нет. Почему вы хотите этой войны? — спросила я, все еще кашляя. — Зачем она вам нужна?

— А просто так. Нам надоели человеческое высокомерие и ангельское превосходство. Мы бастарды двух миров. Изгои. Благодаря нашим предкам нам заказан путь в рай. А люди презирают нас лишь потому, что мы на них не похожи.

— Но причем тут война? Неужели вы и правда хотите, чтобы миром правили демоны?

— Совсем не обязательно. Мы считаем, что они имеют право посражаться за себя. Но благодаря тебе люди обладают незаслуженным преимуществом. Устранив тебя, мы сравняем шансы. Подготовим игровое поле, так сказать.

Пытаясь вылезти из-под ног Винсента, я отползла назад и с удивлением услышала громкий звук, после чего Винсент влетел спиной в дерево. Удар оказался настолько мощным, что его тело согнулось под давлением. Я ахнула и уставилась в улыбающиеся глаза ангела. В буквальном смысле. Надо мной стоял Джаред, и с моего угла обзора он казался перевернутым.

— Без меня ты прямо-таки притягиваешь неприятности, — улыбнулся он.

Вскрикнув от облегчения и восторга, я вскочила на ноги и повисла у него на шее. Он крепко меня обнял и уткнулся носом мне в волосы, которые наверняка выглядели просто ужасно. В его объятиях мне казалось, что я попала в рай с центральным отоплением, где тепло и уютно.

— Где твоя обувь?

Я отстранилась, чтобы посмотреть на Джареда. На красивое лицо с бездонными карими глазами и притягательными губами. Под глазами виднелись синяки в красных и фиолетовых оттенках. Значит, до конца он еще не поправился.

Уголок красивого рта приподнялся.

— Серьезно. У тебя ноги синие.

В этот момент заговорил Винсент, который пытался подняться с земли и улыбался сквозь боль:

— Мы знали, что ты можешь появиться. Даже рассчитывали на это.

Он поднял руку, и мгновение спустя, не успев ничего понять, я снова оказалась в снегу. Причем ударилась так сильно, что из легких вышибло весь воздух.

Затем послышался громкий звук. Это был звук выстрела, отдавшийся эхом от деревьев и сопровождавший летящую сквозь лес пулю.

Зарычав, Джаред повернулся к Винсенту. По руке ангела смерти с плеча потекла кровь. В него попала пуля, но он улыбнулся в ответ на улыбку потомка.

— Спасибо. — Выпрямившись во весь рост, Джаред посмотрел на деревья у Винсента за спиной. — Я все гадал, где же он прячется.

С этими словами он швырнул камень, который держал в руке. Словно пушечное ядро, камень с глухим звуком поразил какую-то цель, и сразу послышался мучительный стон.

Распахнув глаза, я осмотрелась по сторонам, но никого не увидела. Неужели Джаред только что попал камнем по стрелку?

— Это за то, что стреляли в меня в первый раз.

Разинув рот, Винсент оглянулся, но быстро пришел в себя.

— Взять его! — заорал он, состроив злобную мину, и потомки, как один, двинулись вперед.

Джаред не мог с ними драться без оружия. К тому же их было слишком много.

Он поднял меня с земли и прижал к себе.

— Ты вернулся! — еле слышно прошептала я.

— Прости меня, Лорелея.

— Нет. — Он рисковал ради меня жизнью. Бросил ради меня все, что знал. — Тебе не за что просить прощения.

Потомки приближались. До первого удара оставались считанные секунды.

— Значит, ты простила меня за то, что я пытался убить тебя, твоих родных и друзей?

Я обняла его обеими руками. Если последним, что я увижу в этой жизни, будет Джаред, то я умру счастливой. Это я знала без тени сомнения.

— Приму это за положительный ответ.

Я рассмеялась. Несмотря на обстоятельства, явно грозившие нам неминуемой гибелью, Джаред умудрился меня рассмешить.

Вдалеке послышался вой сирен. Должно быть, кто-то нашел Делорес. И, наверное, всем стало ясно, что я пропала. Бабушка с дедушкой наверняка будут волноваться. Тем более они понятия не имеют, где меня искать. Сердце разболелось от мысли о том, через что им придется пройти, когда найдут наши тела.

— Ты мне веришь? — спросил Джаред.

Он уже задавал этот вопрос. Прямо перед тем, как меня чуть не расплющило здоровенным роялем. Я отстранилась и заглянула Джареду в глаза. У него за спиной, буквально в трех шагах, стоял потомок с топором в руке. Причем уже явно прикидывал, куда нанести удар.

— Конечно.

— Тогда прыгай.

Я потрясенно уставилась на каньон и высвободилась из рук Джареда, отойдя от края.

— Я… Не думаю, что…

— Лорелея. — На красивых губах расцвела уже ставшая родной улыбка. Он приподнял мое лицо за подбородок и посмотрел на меня самым понимающим на свете взглядом. — Прыгай.

В тот самый момент, когда топор потомка стал опускаться к нам, я рванула по снегу вперед и, закрыв глаза, прыгнула с обрыва.