Ветер усилился и к одиннадцати часам повалил снег. Эмма приняла снотворное, чтобы уснуть и дать телу заслуженный отдых. Таблетки дарили полное забвение, даже сновидения обходили сторой.

В то время как Ларсон дважды грел чайник среди ночи и подолгу сидел на кухне, освещенной лищь маленьким ночником. Он давно перестал бороться со своей бессоницей, приноровился и не боялся оставаться наедине со своими мыслями. Кружка согревала ладони и на несколько минут пальцы переставал выкручивать артрит. Бывший бездомный без напрасных сожалений понимал, что ему надо поступить по совести.

Эмма теперь стала похожа на одну из тех барышень, фотографии которых печатают в толстых глянцевых журналах. Ребята из ночлежки частенько притаскиквали их, чтобы поглазеть на красоток, отпуская пошлые комментарии. Таких девушек бездомные не любили, они никогда не поделятся лишним долларом, но всегда морщат носы.

Кто же согласится жить с бездомным и по сути чужим человеком под одной крышей?

Ларсон мысленно поздравил себя с тем, что не поддался искушению и жил более чем скромно, учитывая сколько денег выделяла ему Эмма на расходы. Он безболезненно вернется в свою прежнюю среду, не став заложником обычных человеческих слабостей. А накопленные деньги вернет девочке.

Хозяйка квартиры вернулась, а значит охраннику пора было съезжать…