Будучи в некотором замешательстве, я спросил: «Как же быть с сексуальными «терапевтическими» курортами, где постояльцы предаются извращениям, «освобождаясь от запретов»? За ними тоже ведется непрерывная слежка?»

БУБисты подтвердили, что видеозапись ведется постоянно в каждом помещении и на открытом воздухе. С их точки зрения, «в конечном счете это идет на пользу законопослушному туристу, не подозревающему о наблюдении, в то время как безобразников и распоясавшихся шалунов можно укрощать несколькими способами, как только в этом возникает необходимость».

Изложив теоретические предпосылки, БУБисты вернулись к частностям, а именно к моему пребыванию в Кийяше. Их интересовало, почему я отказываюсь объяснить свое поведение.

Я возразил, что мое поведение не нуждается в объяснениях. Турист соскучился, стал придумывать себе имена. Невинный каприз, не более того.

БУБисты заявили, однако, что на Эйзельбаре такие туристы, как я, не нужны. Мне посоветовали покинуть планету прежде, чем я споткнусь на тротуаре и упаду в канаву, кишащую ядовитой плесенью. Мне дали понять, что такие инциденты нередко случаются с нарушителями общественного спокойствия — в частности с теми, кто пристает с расспросами к деловару Вольмеру.

Не сомневаясь в обоснованности их рекомендаций, я поспешил взять билет на первый звездолет, следовавший до развязки Фрынзе, и оттуда вернулся в Визрод».

Нэй Д'Эвер сказал размеренно и спокойно: «Должен признаться, вы привезли гораздо больше сведений, чем я ожидал. Обсудим происходящее, не упуская из виду ни одной детали».

«С удовольствием, — отозвался Джубал. — Но прежде всего вернемся к вопросу, вызывающему у меня особый интерес. Кто-то имеет доступ к информации о моих перемещениях, кто-то передает ее Рамусу Имфу».

«По всей видимости», — задумчиво согласился Д'Эвер.

«Почему это вас не беспокоит? Утечка информации — серьезное дело! Необходимо найти осведомителя и подвергнуть его — или ее — наказанию, соответствующему тяжести преступления».

«Разумная точка зрения, — сухо заметил Д'Эвер. — Тем не менее, я не всегда могу действовать так решительно, как хотелось бы. Имфы — чрезвычайно влиятельный клан. Боязнь нарушить деликатное равновесие сил связывает мне руки. Я не могу просто-напросто воздавать всем по справедливости, даже если бы я этого хотел».

«Даже если бы вы хотели? Почему нет?»

Нэй Д'Эвер холодно улыбнулся: «Потому что еще не выяснены все загадочные обстоятельства, окружающие Рамуса Имфа. Остающиеся нераскрытыми тайны могут оказаться самыми важными. Например: как Рамус летает на Эйзельбар и обратно? Наша разведка неоднократно сообщала о посадке на Скае космических кораблей, нигде не зарегистрированных. Нас эти необъяснимые звездолеты беспокоят гораздо больше грешков Рамуса. Рамус Имф сотрудничает с байнадарами? Заведомо абсурдный вывод! С другой стороны, Рамус где-то раздобыл джанские ковры, предлагаемые на продажу в Кийяше. Значит, он так-таки связан с Джанадом?»

«Почему бы не пригласить Рамуса на чашку чая и не предложить ему объяснить все эти загадки?»

«У вашей идеи есть бесспорное достоинство: она проста! — с наигранным почтением произнес Д'Эвер. — Признаюсь, мне это не приходило в голову. Как правило, я предпочитаю не нажимать на кнопки до тех пор, пока я не узнаю, к каким результатам это приводит». Служитель народа поднялся на ноги — он давал понять, что совещание закончено: «Завтра мы подробно проанализируем ваш отчет. А теперь…»

«Еще один вопрос. Я хотел бы знать, каковы с сегодняшнего дня мое служебное положение и заработная плата».

Нэй Д'Эвер погладил бледный подбородок: «Вам лучше не появляться на работе неделю-другую, пока не выяснятся все последствия вашей поездки. Третье отделение не может содержать агента, формально совершившего тяжкое преступление. Нам и так уже едва хватает средств».

«Но я не повинен ни в каком преступлении!» — ошеломленно воскликнул Джубал.

«Верно, но кто-нибудь, руководствуясь мстительными побуждениями, может обвинить вас в нарушении Закона о чуждых влияниях и представить доказательства вашего пребывания на другой планете».

«В таком случае я предъявлю подписанный вами документ, освобождающий меня от ответственности. Я действовал по поручению правительства».

«Несомненно. Тем не менее, зачем провоцировать бесполезные конфликты? Посмотрим, как сложится ситуация. Если никто не будет возражать против вашего присутствия в Визроде, не вижу, почему бы вы не могли продолжить выполнение прежних обязанностей».

«Начисление моей заработной платы, надеюсь, продолжится?»

Нэй Д'Эвер колебался: «Так обычно не делается». Заметив, что Джубал собирается протестовать, он поднял руку: «Но в вашем случае, думаю, можно сделать исключение».

«Насколько увеличится мой оклад?»

В голосе Д'Эвера появилась резкость: «Как я уже объяснял, вам придется смириться с перспективой продвижения по службе в установленном порядке. В настоящее время ваш заработок вполне достаточен для человека вашего происхождения и положения. Кстати, раз уж мы заговорили о деньгах, где неистраченный палладий?»

«Я оставил его в камере хранения. Вот отчет о моих расходах», — Джубал передал начальнику лист бумаги.

Нэй Д'Эвер бегло просмотрел записи: «Гм. Я вижу, вы ни в чем себя не ограничивали. Отель «Гандольфо», судя по ценам — храм сибаритской роскоши!»

«Лучший отель в Кийяше».

«Гм. «Аренда парика». Не понимаю. Зачем понадобился парик?»

«Требовалось изменить внешность».

«А вот еще статья расходов: «развлечения — пять фартингов». Это что такое?» — Д'Эвер смотрел на Джубала, высоко подняв брови.

«Я любовался в платный телескоп водопадами Горной Вуали на Зальмире. Пожалуй, эту сумму следовало занести в статью личных расходов».

Нэй Д'Эвер отложил отчет: «Займусь вашими расходами, когда будет время. На данный момент это все».

«Последний вопрос. Что, если покушения на мою жизнь продолжатся?»

«Вряд ли. Тем не менее, я посоветовал бы вам сменить место жительства или совершить многодневную пешую прогулку по лесистым предгорьям Гвистель-Амета».

Через четыре дня Нэй Д'Эвер вызвал Джубала в свое управление в Парларии. Он не стал тратить время на формальности: «Вам придется прервать каникулы. Появилась возможность использовать ваши способности, не компрометируя Третье отделение. Дело касается Рамуса Имфа. Посреди ночи он вылетел из Атандера на скипе. Его проследили до поселка Форлок в Глентлине».

«Это в горах, рядом с дачей Вайдро!»

«Совершенно верно. Рамус поселился на постоялом дворе Дин-тельсбелла под именем «Сердже Эстоп». Предлагаю вам навестить дядю. Допуская, что Рамусу известна ваша внешность, целесообразно ее изменить. Наденьте клуш,[25] воспользуйтесь порошком, меняющим цвет лица, приклейте короткую черную бороду».

«Что дальше?»

«Меня интересует, чем занимается Рамус. Например, какие дела заставили его забраться в глентлинскую горную глушь?»

Джубал немного подумал: «Кажется, я никогда не рассказывал вам о поползновениях Рамуса Имфа в области скупки недвижимости. Они могут иметь какое-то отношение к его нынешней поездке. Могут и не иметь. Он пытался купить мыс Стрещения у клана Дро-удов».

«Когда это было?»

Джубал изложил обстоятельства дела. Д'Эвер слушал с полным отсутствием выражения, как ящерица: «Вы должны были сообщить об этом раньше».

«Мне это не казалось достойным внимания».

«Любые факты достойны внимания». Нэй Д'Эвер включил настенный экран и вызвал карту Глентлина: «Покажите мне дом Дро-удов и мыс Стрещения».

«Вот здесь — и здесь. Мыс Стрещения — крайняя северо-западная точка территории Тэйри».

Нэй Д'Эвер изучал карту: «Возможно, вы правы, и вся эта история не имеет значения. Тем не менее, вы полетите в Форлок на моем персональном скипе. Найдите Рамуса Имфа и выясните, что он там делает. Держитесь незаметно, избегайте личных контактов».