— Тебя и раньше арестовывали.

— То был частный иск. А тут совсем другое дело. Никто не сможет вмешаться, даже если и попытается. Моя жизнь зависит от милости королевы.

— Скорее всего, она смилостивится. Не думаю, что она злопамятна.

— Дай-то Бог. Я знаю, что раньше она затаивала злобу и лелеяла обиды. Что же касается взыскания двух тысяч фунтов... Если бы только это... Набросятся на нас, как шакалы...

Энслоу, тюремный надзиратель, был тучный человек с похожим на собачью морду лицом, жёсткими рыжими волосами с сединой и вонючий до жути. Он потребовал сразу три фунта в качестве взятки и ещё двадцать шиллингов в неделю, чтобы обеспечить отцу кровать и камеру на первом этаже с пятью другими узниками. Если заплатить меньше, новый заключённый отправится в общую камеру. Направляясь к камере, мы прошли по решётчатым люкам. Оттуда раздавались мольбы о хлебе и мясе, а из-за решёток тянулись худые руки с отросшими ногтями.

В тюрьме, которая оказалась небольшой, царили вонь и сумрак; отец мог выжить только там, куда проникал свежий воздух, где мог смотреть на экипажи и людей, которых пропускали в Гейтхаус. Отец выхватил у меня деньги и тут же отдал Энслоу, затем его отвели в тёмную отвратительную комнату, где на полу скрючились три человека в лохмотьях, с единственным узким окном, через которое можно было взывать к прохожим. Узники сердито глянули на новоприбывшего, Энслоу указал на какие-то доски и простыни, со словами «Вон твоя кровать», и стал ждать, когда я уйду. С тяжестью на душе я оставил мистера Киллигрю. Тот стоял, как откормленная птица в окружении стервятников.

***

— Ну что ж, Моган, — заговорил Рэли, — а мы-то думали, ты погиб... Я узнал новости из письма твоего отца. Ну и приключения у тебя были!

Он оказал мне великолепный приём, исполненный доброжелательности и почёта; однако я выбрал неподходящее время, поскольку рядом с ним находился Белл, а также новый секретарь, и к тому же Рэли готовился к отъезду в Бат. А когда с ним были другие люди, даже слуги, нормально поговорить уже не получалось. Уолтер Рэли имел много лиц: истовый патриот, мыслитель, изощрённый политик, обычный друг, активный государственный деятель, поэт, стратег, деловой человек. Сегодня он тяготел к последнему.

— Бедняга Виктор... В неудачный день я отправил вас обоих домой. Я стремился сохранить ему жизнь, а в итоге он умер. Господи, вся наша жизнь во власти случая!

Морщинистое лицо Рэли было землистого цвета; у стола стояла трость, хотя он не пользовался ей в комнате.

— Сэр Уолтер, я пришёл выразить нашу с отцом благодарность. Без вашей помощи дела его были бы совсем плохи.

— А, Тайный совет. Мне следовало на нём присутствовать, но её величество знала, что я заправлял бы там всем. Это ж надо додуматься до такой глупости — заподозрить Джона Киллигрю в сговоре с врагом!

Я не мог ничего на это ответить.

— Да, знаю, он не ангел, — продолжал он. — Я не одобряю его поступок. Да и новый капитан Пенденнису не помешает: я заметил прискорбное состояние замка, когда приезжал туда месяц назад. Но не надо путать измену с неумелым управлением.

Секретарь подал ему документ на подпись. Пока Рэли его изучал, я подошёл к окну. По реке на хорошей скорости шло пассажирское судно с семью парусами.

Секретарь вышел, и остался только Белл. Момент был всё такой же неподходящий, но пока Рэли не уехал в Бат, надо у него спросить.

— Сэр, долг зовёт меня обратно в Арвнак, вдруг надо чем помочь семье. Но мой единокровный брат Джон скоро вернётся домой и возьмёт эту ответственность на себя. Как только это случится, я...

— Ах да, у твоего отца много детей, но парочка из них уже взрослые и могут приносить пользу в нынешнее время. Вот бы юный Уолт был такого же возраста. — Сэр Уолтер взял книгу со стола и сунул перо между страниц, где остановился. — Сложи это, Белл, а я до вечера займусь другими делами... Вероятно, со временем ты сможешь вернуться ко мне на службу, парень...

— Именно об этом я и хотел у вас спросить...

Дверь за моей спиной распахнулась.

— Сэр, пришел лорд Кобэм.

— Проводи его на балкон. Я скоро буду.

Секретарь удалился.

— Сэр, могу я считать, что вы предлагаете мне должность? — спросил я.

— Разумеется. Леди Рэли ты очень понравился. В Шерборне есть чем заняться, и весьма вероятно, что придётся улаживать ирландские дела. Я уверен, что готовится мятеж, а командовать нашим войском должен человек с опытом, имеющий также необходимые средства и силы... Интересно, что нужно Кобэму на сей раз.

— Сэр, я ещё раз хочу вас поблагодарить, что вступились за моего отца. Вполне возможно, это спасло ему голову.

— Это меньшее, что я мог сделать. Не стесняйся, располагайся пока в какой-нибудь комнате внизу. У меня неотложное дело.

— Не уделите мне ещё одну минуту?

У дверей он остановился. Во взгляде его появилась отстранённость и обеспокоенность.

— Две, если тебе нужно. Но лорд Кобэм ждёт внизу.

— Сэр, я хочу жениться.

— Тебе нужно моё одобрение? Если так, то ты его получил.

— Сэр Уолтер, если я женюсь, мне необходима должность. Лично я счастлив и считаю почётным служить писарем или кем вы меня пожелаете назначить, но мне понадобится обеспечивать жену, а потом и детей...

— В Шерборне хватит места. Привози туда жену. Можешь там жить с ней счастливо.

У меня язык прилип к нёбу, поскольку Рэли словно исполнил моё тайное желание.

— С радостью. Благодарю вас. Благодарю... Но если можно, я бы попросил вас об одолжении: каком-нибудь продвижении по службе или... рекомендации. Когда... когда женишься, то растут и запросы.

Он нетерпеливо повертел трость.

— О... запросы, значит. Всеми нами движут честолюбивые стремления. Привози жену в Шерборн, Моган, если хочешь. Продвижение по службе случится попозже. Я не забываю своих друзей.