-Вот. – Тимыч достал из внутреннего кармана три свёрнутых трубкой толстых листа. Раздал по одному на человеку. От прикосновений листки засветились изнутри и на каждом появилось небольшое меню. – Каталог. Там предмет к нему цена. Выбирайте что нужно. Естественно, ни о каких пехотках и энергетическом оружии речи быть не может.

-Пехотках? – Ошарашенно проговорил Кон, читая названия пунктов меню.

-Подвижная пехотная броня на базе экзоскелетов. – Тимыч усмехнулся, видя выражения лиц меченных. – Зато экзо можете заказать какой душе угодно и на какой бабла хватит. Только советую помнить, что для экзо батареи нужны, а они как героин для нарика – всегда надо ещё одну, что бы дотянуть до следующей.

-Дурдом какой-то…, каталог мля… - Буркнул тут Сухой и Тимыч вновь рассмеялся.

-Анну благодарите. Она распорядилась каталоги клепать. Оно и вам так удобнее и нам время экономит. Там на листках этих блокнот есть справа. Что выбрали туда пишите.

-А как? – Спросил Старый, загибая угол листка. Заглянул туда и снова на лицевую часть, снова его согнул и снова на лицевую часть посмотрел. В итоге пробурчал. - Бесовщина какая-то…

-Честно сказать? – Пожав плечами ответил Тимыч. – Сам не знаю. Я не слишком разбираюсь в этих электронных штучках-дрючках. Вот, на. – Покопался в кармане и передал Старому огрызок карандаша и блокнот. – На него срисуй название того что нужно, если не разберёшься с листком этим. Только Анне блокнот не показывай, - Тимыч болезненно поморщился, - опять орать будет…, лично мне отдашь бумажку. У Анны пунктик по этому моменту, хрен знает с чего…. Ну ладно, вы изучайте, а мне идти надо. Как закончите, ложитесь спать, до утра выходить всё равно самоубийство, да и задание для вас есть с той стороны.

-Задание? – Эхом отозвались меченые.

-Ага. Небесплатно естественно. За любой кипешь на этой стороне, контора хорошо платит.

Когда солдат ушёл, меченые переглянулись и принялись за изучение каталогов. Спустя десять минут, Сухой тихо выматерился и ошарашенно произнёс.

-Пацаны, мы чисто на эти бабки можем устроиться здесь, в каком-нибудь из брошенных посёлков.

-Землю типа пахать, картошка садить? – Буркнул Старый.

-Есть варианты?

-Раз повезло – может ещё повезёт? – Старый отложил листок и посмотрел на Сухого, потом на Кона. – Я серьёзно пацаны. Захрен нам оно нужно? Не прёт меня в свинопасы записываться. Будем болтаться по этой земле. Как охотники. Только не на медведей и бобров, а на разную странную херь.

-Сдохнем мы так. – Сухой вернулся к листку с картинками лучшего и тёплого будущего. – На одно «повезло», приходится четыре трупа, в среднем.

-Почему?

-Мы всемером отсюда вышли. – Напомнил Сухой своим спутникам. Ответить на это было не чем, все трое молча продолжили изучать каталоги, довольно странно себя чувствуя. Они чего угодно ждали, по приходу в городок. Не удивились бы если бы их положили, забрав цветы. Поняли бы, если бы их обобрали до нитки и пинками вышвырнули прочь. Ждали, если всё пойдёт хорошо, долгого разговора, где им предложили бы за всю их ношу три ведра патронов, горсть гранат и тарелку вчерашнего борща. Но вот каталог, словно в магазине модной одежды блин…, как-то немножко дико. Эта валькирия в шортах, привнесла сюда то, чего здесь по определению быть не могло.

Некоторое время они молча изучали электронные листочки. В какой-то момент, Сухой отложил лист и тяжело вздохнув, посмотрел на Старого. Потом тем же взглядом на Кона. Подозрительным, мрачным таким взглядом. Он смотрел на них минут пять, прежде чем головы меченых поднялись, с немым вопросом. Сухой снова вздохнул и сказал.

-Пацаны, на ту сторону вернуться не желаете? Только честно.

-Нахер тебе? – Проворчал Старый отводя взгляд.

-Млин, Старый твоя манера общаться меня убивает. Ты как ещё жив до сих пор? – Рыкнул Сухой. Никак не получалось у него привыкнуть к такой вот жизни. Очень давно с ним не говорили вот так, люди, на то не имеющие права. Трудно сдерживать гнев, трудно забыть прошлое и измениться в одночасье. А надо меняться. Теперь всё вокруг него иначе и если не приспособится, рано или поздно, помрёт. На той стороне, он поступил бы со своими напарниками по приключениям в Дыре, намного проще и легче. Там он просто убил бы обоих, что бы обрубить концы и вышел на связь с людьми которые помогут отсидеться, пока не перестанут искать…, тут не побег. Его не отмазали, ему не помогли сбежать, его просто вычеркнули из жизни и выбросили на съедение живым мертвецам.

А раз вычеркнули, пора бы и ему забыть всё-то, чего ему уже не увидеть.

-Сухой, - помолчав, проговорил Старый, - не пойми неправильно: ты там был важной фигурой. На той стороне. Здесь ты просто ещё один человек, который пытается выжить.

-Угу. – Мрачно буркнул Сухой и сильно потерев виски основаниями ладоней произнёс. – Прав ты старик, прав…, короче, нахер всё. Я честно спросил, мне нужен честный ответ. Если мы и дальше двинем вместе, я должен точно знать о ваших планах. Ваши планы пацаны, они здесь или собираетесь биться лбом о стену и искать дорогу домой?

-Домой… - Отозвался Кон, словно эхо. У него взгляд вдруг стал пустым, как в первый день на этой стороне. Меченые переглянулись, немного даже со страхом во взглядах. Сухой не желал снова остаться с двумя обомороженными людьми, едва способными соображать, а Старый вдруг подумал, что эффект от цветочков временный и вот-вот он тоже в морального зомби превратится.

-Кон, башня опять отключилась? – Беспокойно поинтересовался Сухой.

-Нет…, я просто… - Кон тряхнул головой. – Нет, мне нечего там делать.

А перед глазами Кона мелькали картины давно забытого прошлого. Сейчас, только подумав о возвращении домой, он вспомнил суд. Да, он очень хотел домой, назад в свою жизнь, к своей жене. Хотел снова увидеть её…, но перед глазами стоял суд и её лицо. Она не плакала на суде. Смотрела на него глазами полными ужаса и омерзения. Когда его вывели из клетки, зачитав приговор, Конрад отбросил охрану и кинулся к ней. Он хотел снова коснуться её, посмотреть ей в глаза, обнять…, а она отпрыгнула от него как от огня и завизжала так, что судья молоток выронил. А ещё…

-Убийца!!! – Взвыла она, когда Кон позвал её, вроде бы, по имени позвал…, странно что он так и не может вспомнить её имени. Видать, эти цветы восстанавливали далеко не всё.

Ему просто не куда было возвращаться. Да и не зачем. Единственный дорогой человек на той стороне, боялся и презирал его. И он не очень понимал почему. Пусть он жестоко расправился с теми пятерыми, но они напали на них первыми! Один из них изнасиловал её! И всё равно, презренье и страх…, он не заслужил такого отношения. Но таковы законы этого общества. Его выбросили сюда, здесь ему и быть, а там делать больше нечего.

-Старый?

-Не беспокойся Сухой. Я не вернусь туда. А кто попытается вернуть – завалю нахрен. – Сухой удивлённо крякнул, а Старый нехотя пояснил. – Если честно, я бы с радостью вернулся в тюрьму.

-Чего??? – Изумлённо воскликнули оба.

-Да нет. – Старик мотнул головой и поморщился. – Вы не поняли. Не в пожизняк, а в обычную зону. Там хорошо – жрать дают, народ есть, а сейчас там правозащитники блатными стали, в зонах вообще кайфово. Я бы вот на срок лет в двадца пять-сорок лет сел бы с удовольствием. Но на мне пожизненно висит и меня в пожизняк опять закроют, а то и вовсе мусора убьют, если вернусь. Я же красных троих положил. Пэпэсов, на грабеже, и опера, когда меня брали. Если опять ловить начнут, всё, уже никаких отсидок, мусора завалят на месте. Они и так бы завалили, да я тогда живой понадобился, на камеру они играли, перед общественностью выкобенивались… - Старый скривился, собрался было харкнуть в пол презрительно, но вовремя остановился, всё-таки не на улице. – Пардон.

-Понятно всё с тобой Старый. – Улыбнулся Сухой и протянул ему руку. – Давай пять, за гнид из мусарки уважаю. Особенно за опера – искренне надеюсь, что этот опер перед смертью мучился.

-Да нет, - старик пожал руку вора, - я его быстро зарезал. Пером под ребро ткнул, он и сдох.