Быстро опустошаю содержимое шкафа, травы и хрустальные флаконы с неизвестным содержимым отправляются в сумку. С десяток коробочек и сверточков в резной шкатулке тоже пригодятся. Теперь сундук. Заперт. Немного стараний и что тут у нас? Монеты и драгоценности точно забираю, книги тем более. Кинжал и какие-то странные инструменты, а так же бубен мне не нужны.

Замираю на пороге. Наверно я все же дурак и Дон Кихот, но вот так бросить девчонку не могу! Подхожу к ней и проверяю пульс. Жива. Траншейником разрезаю кандалы. М-да, на улице-то зима. Перерываю всю комнату и нахожу под тюфяком низкий сундук с одеждой. Пара роскошных халатов и столько же шароваров с остроносыми туфлями. Теперь начинается игра «Одень куклу», так как девчушка не желает приходить в сознание!

Все, можно уходить из этого города! Только выхожу из комнаты с добровольной ношей на плече — на руках ее муж носить будет, как становятся слышны истеричные крики, значит разгорелось. Найти бы еще пороховой склад и кухню, но уже некогда.

Выбегаю из замка и стрелой несусь к стене…

Рассвет застает меня и мою находку в седлах. Девчушку привязал к седлу трофейными ременными арканами. Она так и не пришла в себя, но пульс устойчивый. На каждого коня повесил по артефакту для создания морока. Подгоняя лошадей, несусь за неизвестным рыцарем.

Хлопаю себя по лбу. Забыл узнать, зачем этот европеец приезжал! Есть одно предположение: хотят, чтобы татары отвлекли Русь от своих загнивающих земель. Сообщить царю или не рисковать своей головой? Нет, сначала постараюсь нагнать этого рыцаря. А потом буду решать, что делать дальше.

Глава 5

Бурное ночное похождение вымотало. Усталость сковывает мышцы, каждое движение становится невыносимым. Спустя пару часов после заката делаю остановку. И так использовал на лошадях «Ускорение», надо бы иметь совесть и дать им отдохнуть, да и укрепляющий отвар не помешает. Думаю, что и мне с Торком нужно плотно поесть, а то почти сутки то на ногах, то в седле. Да и всем нам надо поесть и набраться сил.

Снимаю седла, потники и стреноживаю коней. Затем опускаю на шкуры девчушку, а сам развожу костер. Лошадям насыпаю овса, протираю их, а себе ставлю вариться привычный кулеш. Пока он готовиться начинаю разбираться со своей добычей женского пола. Раздеваю и бегло осматриваю: никаких игл или каких-либо артефактов нет. Перехожу на магическое зрение. А вот и причина ее долгого сна — в голове и спинном мозге несколько участков мигают тревожным красным цветом. Одев ее, утаптываю еще один пятачок и черчу необходимую для ритуала исцеления пентаграмму.

Фух, долго. А если бы у меня был не сорок второй размер ноги, а тридцать седьмой? Точно до полуночи возился бы! Ладно, лирику в сторону, девушку в центр звезды и можно начинать…

— А-а-а! Помогайте! — кричит пришедшая в себя «добыча». — Чудь красноглазая, ты не получишь мою душу!

Ух, как от нее разит страхом!

— Успокойся — спокойно снимаю котелок с костра, — и не ори — не дома. И мне не нужна ни твоя душа, ни твое тело.

Девчушка уже набравшая воздуха в легкие, настороженно затихает. Видимо Торквемаду увидела.

— Так-то лучше — не люблю женских истерик. Кис-кис, иди сюда, хвостатый!

— Спасибо тогда. А как ты…

— Не скажу, что легко, но и я не лыком шит, — выдаю коту положенную порцию мяса.

— А что…

— Пока ты поедешь со мной — мне нужно вернуть одну вещь.

— Ты…

— Нет, я не читаю твоих мыслей, — потираю подбородок, ладонь царапает щетина. — Просто это самые вероятные вопросы, которые может задать человек в твоем положении. Есть будешь?

Вместо девчушки отвечает ее желудок — он громко урчит. А я ловлю себя на мысли, что мог бы стать неплохим актером уездного театра.

— Ешь, давай, — пододвигаю к ней котелок и протягиваю запасную ложку.

— А ты?

— Мне еще с лошадьми и трофеями надо разобраться.

Бросив на нее короткий взгляд, начинаю перекладывать травы. Вот эта, эти две не подходят: кони быстро падут, хотя скорость передвижения будет хорошей. Эти же снимут усталость. Отложив собранный «веник», принимаюсь за наследство колдуна. С ингредиентами разбираться буду позднее, а вот с драгоценностями сейчас. Перстни с камнями низкого пошиба очень массивные, браслеты и височные кольца вроде не плохие. Дешевка. Чар нет, запишем в плюс. Книга с арабской вязью не по мне, зато вторая на латыни. Откладываю их в сторону, беру мешочек с монетами и взвешиваю его в руке. Где-то триста-четыреста грамм, неплохой улов. Вдобавок там не только серебро, но и золотишко. Вот от него в первую очередь и избавлюсь! Не люблю я этот металл.

— Спасибо, очень вкусно было.

Недоверчиво хмыкаю и притягиваю к себе котелок. И что она вкусного нашла?

Доедаю остатки, мою котелок, набиваю его снегом и ставлю на огонь.

— Кто ты вообще такая? — добавляю шиповник и пару травок в будущий отвар.

— Василиса я, знахарка.

С трудом сдерживаю смех…

— И что от тебя хотел колдун? И вообще, откуда ты?

— На Танаисе наш поселок, из казаков я, — она краснеет и, запинаясь, продолжает: — Он хотел… он… я еще никогда… с мужчиной…

М-да, еще и девственница на мою седую голову! Как бы еще на ней не женили! А то казаки ребята решительные и боевые. Ставлю котелок на снег — пусть слегка подстынет.

— Успокойся, все позади, — говорю ей как маленькому ребенку. — Верну себе одну вещь, а затем довезу тебя домой.

— Спасибо, дай Бог тебе здоровья! — креститься девчушка и, потупив взгляд, спрашивает: — А кто ты?

— Странник я, дорогу домой ищу.

— А где твой дом? Под землей? — началось, горячий ужин, и присутствие кота привело ее на исконно женскую стезю — неуемное любопытство!

— Нет, не под землей. А где он… — тяжко вздыхаю, — сам не знаю, поэтому и ищу. Родина она ведь одна…

— Бедненький, — вот и нелогичное женское желание кого-нибудь пожалеть проявилось.

— После потрошения сундука колдуна не такой я и бедный, — криво усмехаюсь и протягиваю ей посудину с отваром, — пей, нам скоро в дорогу.

Допив отвар, промываю и снова ставлю на огонь котелок. Теперь лошадок надо будет напоить.

Закончив со всем этим, еще час отдыхаем, а затем седлаю и навьючиваю лошадей.

— Поехали, — говорю девчонке, забираясь в седло.

Она с легкостью устраивается на второй лошади. У меня так скоро не получится — я к ящеру привык. Эх, как там Пепел у Тирны поживает? Мотаю головой, отгоняя непрошеные воспоминания, и не сильно бью каблуками лошадь под ребра. Если не загоним скакунов, то к рассвету должны настигнуть этих рыцарей.

Не нагнали, но практически достигли города. Ешкин кот, никак не могу вспомнить названия! Хотя это и не важно.

— Жди здесь, я кое-что проверю, и поедем к казакам, — говорю и, не дожидаясь ответа, телепортируюсь из седла на крепостную стену.

Пережидаю недолгое головокружение, значит, расстояние было больше километра. «Мерцание» заклинание удобное, но у него есть гигантский минус: чем дальше — тем больше энергии нужно. Для получения тактического преимущества незаменимо, а для путешествий нужно что-то другое поискать.

Перемещаюсь вниз и бегу в порт. Что-то у меня дурное предчувствие разыгралось.

Морок работает, но все равно придерживаюсь узких улочек, где практически нет людей. У самого порта отключаю артефакт и набрасываю на себя иллюзию. В теории богатого купца, а вот на практике… Янычары не оборачиваются — значит, ошибок не допустил.

— Где этот мерзавец?! — кричу, подбегая к мелкому чиновнику.

— Кто? О чем вы говорите?

— Тот рыцарь, он обманул меня! Половина монет — фальшивые! Где этот сын шакала и ишака?!

— Как он выглядит?

Описываю этого субъекта.

— Ох, вы не успели — корабль уже отошел…

— Какой?! Где?!

— Вон, из бухты выходит…

Каравелла на глазах уменьшается в размерах. Эх, была – не была! Достаю траншейник и телепортируюсь на корабль.