— Благодарю, — киваю я.

Пир уже начался, тихо заиграла музыка, появились танцовщицы, слышатся разговоры и смех. Чувствую, что пожив здесь пару месяцев и неприкрытые женские прелести перестанут отвлекать меня!

О, наконец-то еда! Печеное мясо с неизвестными мне корнеплодами. Вкусно, на колени из рюкзака, запрыгивает Торквемада. Ловлю на себе пяток взглядов, причем от девушек. Даже если они и вампиры, они все равно остаются девушками!

— Не повезло тебе, хвостатый, — отрезаю ему кусок мяса. — Скоро тебя будут тискать и восторгаться.

Он дергает хвостом, не обращая ни на что внимания, пытается быстро расправиться с едой.

Через пару часов градус веселья поднимается, темп музыки ускоряется, и танцовщицы уже перешли на акробатику: то сальто, то шпагат, больше смеха.

О, только сейчас обратил внимание — у некоторых мужчин глаза тоже подведены черным контуром. Со слабым полом все понятно: их проще представить без одежды, чем без макияжа, хотя они и так без нее ходят, а вот мужчины… Признак статуса, и в связи с этим необходимость защищаться от проклятий? То есть своеобразная защитная маска: оно падет на макияж, и не повредит человеку, точнее вампиру.

— Ат, можно спросить?

— Конечно, — кивает он и отхлебывает из кубка.

— Почему ваши девушки ведут себя как демоны похоти?

Старейшина начинает хохотать.

— Кто? Нефер? — отсмеявшись, спрашивает он.

— И не только она, — тоже делаю глоток крови.

— Наша самая большая слабость, кроме солнца, это любопытство.

— Что-то я не понимаю, — скармливаю коту еще один кусок мяса.

— Ты им любопытен и непонятен, — теребя мочку своего уха, произносит Ат. — Это просто один из способов разгадать тебя.

— А…

— Недж, не смей! — поворачиваю голову и вижу, как из тени колонны появляется щупальце и сжимает шею вампира, пытающегося укусить танцовщицу. — Не забывайся, птенец!

На последнем слове, щупальце швыряет провинившегося об стену.

— Извини странник. Всегда с этими детьми одни проблемы, — он собственноручно наливает в мой кубок странной льдисто-синей крови. — Отведай, не думаю, что ты пробовал подобное.

— Это не твоя вина, — делаю глоток, м-да, небо и земля, по сравнению с обычной! — Действительно, что это?

— Кровь воителя нордов. Так вот, это просто один из способов познания. Странный, но весьма естественный для женщин.

— Мне всех вампиров теперь опасаться?

— Тебе только девушек, извращенцев среди нас нет, и не будет! — качает головой Ат. — Смертных в долине и так немного, поэтому…

— Успокоил, — отдаю Торквемаде остатки мяса. — А как вы уживаетесь с людьми? Эти танцовщицы и остальные.

— У нас договор с Солнцеликой: мы охраняем ее долину по ночам, она же, в обмен на это, предоставляет нам все необходимое. Да, ты завтра встретишься с ней.

— Понятно. Где я могу переночевать?

— Тебя проводят. Встретимся завтра, Л’ис!

— Следуйте за мной, — передо мной возникает девушка.

Веди…

Большая комната с нейтральными фресками на стенах, на этот раз с изображениями тусклой местной природы. Две напольных лампы с привычным кровавым пламенем освещают комнату и занавесь в углу, прикрывающую проход видимо в туалет или еще куда-то. На низкой кровати вместо подушек жесткие подголовники. Вот так и развеивается миф о вампирах, спящих в гробах. Шкаф и несколько сундуков. Девушка бросается заправлять ложе, свежей простыней, вынутой из сундука. Приятный вид сзади у этой особы, да и спереди тоже очень даже ничего! Спартанская обстановка в этой комнате, ничего не скажешь. С другой стороны, что мне еще нужно? Только плеер, колоночки по триста ватт и ящик с записями русского рока, но этого здесь нет, и никогда не будет.

— Где здесь можно помыться?

— Здесь есть умывальня. Сейчас скажу, чтобы принесли воды, — она кланяется и убегает.

Вскоре девушка возвращается в сопровождении двух парней, осторожно несущих большие кувшины. Она отдергивает занавеску в углу комнаты, они заходят туда и там оставляют свою ношу. Поклонившись, удаляются. Заглядываю в ту комнату и я.

Крохотная, с наклонным полом для лучшего стока воды, ростовое зеркало из полированной бронзы на одной стене и табурет. Освещения нет. Хотя зачем оно вампирам?

Кот беззаботно занял один из сундуков и мирно растянувшись, спит. Не спеша стягиваю пропотевшую одежду и обувь. Стесняться незнакомки? Не смешите меня! С моей жизнью такие мелочи уже не смущают и не доставляют неудобств.

— Вам помочь помыться?

— Давай, — усмехаюсь и прохожу в ванную комнату.

Сначала девушка обливает меня водой, затем начинает тереть тряпочкой с каким-то порошком, смывая грязь с усталого тела. Дальше обривает подмышки. Хм…

— А вот этого не нужно! — перехватываю ее руку с бритвой.

— Но господин, вы же…

— Я сказал нет, — перебиваю девушку, — считаем, что с этим закончили.

— Хорошо, господин. Вы не могли бы присесть? — жалобно произносит она. — А то я не достаю до ваших волос.

Да, люди здесь мелковатые, в засуху что ли родились. Нехотя киваю и сажусь на табурет.

Волосы отросли, надо начинать носить хайратник, а то будут в глаза лезть! А для хвоста еще коротковаты, грустно.

Вытираюсь отрезом ткани, подхожу к зеркалу и всматриваюсь в свое отражение. Все мышцы четко прорисовываются под кожей, значительное число шрамов. Вечно свежие и ноющие порезы «Свитков крови» на предплечье в количестве трех штук. А раньше мог только два создать.

Бой с вампирами тоже не прошел бесследно — отметина их меча, пересекает уголки глаз и переносицу, создавая впечатление, что я все время щурюсь. Да и из-за «подарка», оставленного мне волхвом на память, на лице застыла кривая усмешка.

Немигающий взгляд холодных алых глаз с вертикальными провалами черных зрачков, вот и подтвердилась древняя истина: «Убив дракона — сам превращаешься в него». Виверна почти дракон, хотя афоризм имеет несколько иное в виду, но кому какое дело?

В общем, я теперь еще тот красавец, просто вылитый Аполлон! Ну да ладно, еще не воротит от отражения, а большего мне и не надо.

— Вам постель согревать? — потупив взор, интересуется девушка.

— А так хочется? — ложусь на кровать. Да, отвык я от такой роскоши!

— Это моя обязанность…

— Тогда нет, ступай.

— Приятных вам снов, господин, — она кланяется и удаляется.

В след за ней, с низкими поклонами заходят парни и забирают пустые кувшины из ванной.

Кладу под бок чекан — береженого и боги берегут. Поставить «Стража» и спать…

Утром просыпаюсь от действия заклинания. На пороге замерла вчерашняя служанка.

— Господин, Старейшина Ат приказал разбудить вас! — кланяется она.

— Зачем?

— Вы сегодня удостоитесь великой чести встретиться с Солнцеликой!

— Тогда прикажи принести воды.

— Конечно, господин, — снова кланяется она. — Вам еще что-то нужно?

— Поесть, мне и коту.

— Если господин не побрезгует… — произносит служанка, затем опускается на колени и откидывает голову с волосами вправо.

Приближаюсь к девушке и провожу кончиками пальцев по шее.

— Не сегодня, — легонько сжимаю ее грудь. — Лучше принеси мяса и вина.

— Хорошо, господин, — со скрытым разочарованием, произносит она, поднимаясь на ноги, — вам помочь совершить омовение?

— Да, и давай быстрее — не стоит заставлять ждать старейшину с Солнцеликой.

Ат все же соврал: судя по реакции служанки, то кусают их вампиры и не редко. Да, если верить памяти охотника, то это приятно, практически на одном уровне с оргазмом. Хм, откуда взялись такие умные слова в мире меча и магии, застывшем в средневековье?

Вскоре служанка возвращается с подносом и едой, а следом за ней входят парни с кувшинами и ставят их в ванной.

Едим с Торквемадой, а затем, прихватив служанку, отправляюсь совершать утренний моцион.

— Господин не будет бриться? — услужливо спрашивает девушка.