Поиск
КАМАНЧА
Из всех людьми хваленых лир полней звучишь ты, каманча!
Кто низок, не иди на пир: пред ним молчишь ты, каманча!
Но к высшему стремись: весь мир, всех покоришь ты, каманча!
Тебя не уступлю я: мне – принадлежишь ты, каманча!
Ушко – серебряное будь, сверкай на голове – алмаз:
Рука – слоновой кости будь, на чреве - перламутр, что глаз;
Струна – из злата свита будь, резьбой пленяй, железо, нас;
Ты – бриллиант и лал! И суд,- всех посрамишь ты, каманча;
Смычок быть должен золочен, чтоб пышно он блистал, звеня;
Певучий волос – быть сплетен из косм крылатого коня.
Тем, как бальзам, даришь ты сон, тех ты бодришь всю ночь, до дня:
Ты – золотой сосуд с вином, и всех пьянишь ты, каманча.
В ашуге две души с тобой: ему и чай и кофе есть;
Когда он утомлен игрой, на полке ты находишь честь,
Когда ж поет,- вновь пир горой, ты – празднеств и гуляний весть!
Собрав красавиц вкруг себя, их всех манишь ты, каманча!
Ты всем даешь веселый вид, с тобой опять здоров больной;
Чуть сладкий зов твой зазвучит, блажен, кто говорит с тобой.
Проси, да скажут: «Бог продлит – дни нас пленявшего игрой!»
Доколе жив Саят-Нова, что не узришь ты, каманча!
* * *
Меня и милую мою година та ж родила, знай,
И потому я вздох таю, а в сердце кровь застыла, знай,
Я днем и ночью слезы лью, а в грезах много пыла, знай,
Мой влажен глаз, язык сожжен, уста любовь спалила, знай.
Ах, сердце замерло в груди, утомлено борьбой оно,
И око тускло, погляди, томится по одной оно,
Тьма перед мыслью впереди, лишь пение – со мной оно,
Но мне надежды в жизни нет, близка моя могила, знай.
Сожжен, изранен, я брожу, приюта нет родного мне,
Я острых слов не нахожу, но для чего и слово мне!
Тысячекратно я тужу: дано так много злого мне,
И мысль и память как в цепях, меня пучина скрыла, знай.
Но сердца траурен наряд, и кровь из глаз струится вновь.
Как тучи на море лежат, так жаждет грудь упиться вновь.
Лечить я рану сердца рад, но можно ль исцелиться вновь?
Так истекаю кровью я,- ах! – я отвергнут милой, знай!
Кто видит, говорит сейчас: «Ты гибнешь, ах! Саят-Нова!
Тебя встречать ли нам не раз, кровь на очах, Саят-Нова!
Иль лучшей девы, лучших глаз нет на пирах, Саят-Нова!
Вся жизнь прошла, как сон, плодов лоза не подарила,- знай!
* * *
Я – на чужбине соловей, а клетка золотая – ты!
Пройдешь, как по ковру царей, лицо мне попирая, ты!
Твои ланиты – роз алей, как образ дивный рая – ты!
Как шаха, я тебя молю; молчишь, не отвечая, ты!
О милая! Вошла ты в сад и взорами цветы палишь:
Твои глаза огонь струят, ты силой красоты палишь,
А я своим мученьям рад: сгораю я, а ты палишь…
Никто так стройно не ступал, как ходишь, всех сжигая, ты!
Причти меня к своим рабам! Что я твой раб, не скрою я!
Поставь меня к своим вратам: страдать в темнице стою я!
Я жив иль мертв, не знаю сам, но болен лишь тобою я!
Как море, как Араз, мечусь: причина, дорогая, ты!
Ты, с пятнышком лица, мила; кто видел, тот пленен тобой,
Хотя ты мной пренебрегла, но суд произнесен тобой.
Ты отвернулась, отошла, не выслушан мой стон тобой,
Хотя жизнь можешь даровать, как царь повелевая, ты.
Саят-Нова сказал в слезах: «Я слез не лью, пока могу,
Но буду выносить я страх и скорбь свою, пока могу.
Хочу быть славным на пирах, тебя пою, пока могу…
Когда б со мной, саз золотой, вошла на пир, сверкая, ты!»
* * *
Отраден голос твой, и речь приятна.
Бог – светоч твой в земном просторе, прелесть.
Ты станом – лань, ты – белый сахар цветом,
Ты – золото в цветном узоре, прелесть!
Скажу – ты шелк, но ткань года погубят;
Скажу – ты тополь,- тополь люди срубят;
Скажу – ты лань,- про лань все песни трубят. Как петь?
Слова со мной в раздоре, прелесть!
Скажу – цветок,- гора взрастила, скажут;
Скажу – алмаз,- земная жила, скажут;
Скажу – луна,- ночей светило, скажут.
Ты солнца свет таишь во взоре, прелесть!
Мой храм молитв – твои дверные плиты.
Твои глаза – как розы цвет раскрытый,
Язык – звучней пера, как снег – ланиты,
Ты дивный перл, возникший в море, прелесть!
Зерно любви ты в сердце мне вложила;
Томясь тобой, душа во мне изныла;
Ты своего Саят-Нову убила.
Не ведай слез, пусть мне все горе, прелесть!
* * *
Я в жизни вздоха не издам, доколе джан ты для меня!
Наполненный живой водой златой пинджан ты для меня!
Я сяду, ты мне бросишь тень, в пустыне – стан ты для меня!
Узнав мой грех, меня убей: султан и хан ты для меня!
Ты вся – чинарный кипарис; твое лицо – пранги-атлас;
Язык твой – сахар, мед – уста, а зубы – жемчуг и алмаз;
Твой взор – эмалевый сосуд, где жемчуг, изумруд, топаз.
Ты – бриллиант! Бесценный лал индийских стран ты для меня!
Как мне печаль перенести? Иль сердце стало как утес?
Ах! Я рассудок потерял! В кровь обратились токи слез!
Ты – новый сад, и в том саду, за тыном из роскошных роз,
Позволь мне над тобой порхать: краса полян ты для меня!
Любовью опьянен, не сплю, по сердце спит, тобою полно:
Всем миром пусть пресыщен мир, но алчет лишь тебя оно!
С чем, милая, сравню тебя? Все, все исчерпано давно.
Копь Рахш из огненных зыбей, степная лань ты для меня!
Поговори со мной хоть миг, будь милая Саят-Новы!
Ты блеском озаряешь мир, ты солнцу – щит средь синевы!
Ты – лилия долин, и ты – цветок багряный средь травы:
Гвоздика, роза, сусамбар и майоран ты для меня!
Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: