— Сядь! — она кивнула дулом в сторону инвалидной коляски.

— Кто к нам пожаловал! Эвелин Ламберт! Чем обязан?

— Я сказала, сядь! — она сделала акцент на последнем слове и взвела курок.

— Эй, эй! Полегче! — Рафаэль встал возле коляски, но не сел в нее. — Давно не виделись, Эвелин!

Она ничего не сказала, а только посмотрела на Марка и его окровавленную голову.

— Как ты нашла нас? А я всегда считал тебя глуповатой! Вы с сестрой на самом деле были небо и земля, — Рафаэль потянулся к карману, но Эвелин шикнула на него. — А знаешь…

— Достань оружие и положи его на землю, медленно!

Рафаэль улыбнулся, засунул руку в балахон и достал револьвер. Он не собирался хитрить. Все так же улыбаясь, Рафаэль положил пистолет на камень и подошел чуть ближе.

— Если ты явилась по мою душу — действуй быстрее! Скоро здесь будет людей больше, чем может вместить эта маленькая пещера. Зачем ты пришла? За мной? — Рафаэль выпучил глаза и показал рукой на грудь. — За этими милыми обезьянками? — он показала на Джесс. — Да брось! Тебе уже нечем заняться?

— Свора Джеймса сожгла дом, Габриэль убит, а мне тебе в ноги кланяться? Приведи Джесс и Марка в чувство. Я хочу, чтобы они увидели твою смерть.

— Интересно, как я это сделаю? — Рафаэль развел руками.

— Как угодно! Делай, что угодно, но чтобы через пять минут они были бодрые. И сделай что-нибудь с Марком. Если ему не оказать помощь, он не доживет до завтрашнего дня.

— К сожалению, моя дорогая я не терапевт и не хирург, — Рафаэль присел, будто делал реверанс. — А где Клавдия? Я попросил её прийти полчаса назад, а она…

— Она мертва, — спокойно сказала Эвелин. — Мы пересеклись с ней на развилке у водопада. Клавдия так торопилась, что не заметила мою руку с камнем. Хотя, может она и жива, но удар вышел хороший. Та самая Клавдия, которая была твоей сиделкой? Сиделка поддельного инвалида. Что за идиотизм! — Эвелин убрала пистолет и села на высокий камень, который служил стулом. — Сядь, Рафаэль! Поговорим, как в старые добрые времена!

— Старые добрые? — Рафаэль подошел к Джесс и стал тормошить её. — За всю жизнь, в общей сложности, мы говорили минут двадцать. Клянусь, Эвелин, сейчас мы установим новый рекорд! О, кажется, мои чудные движения привели девчонку в чувство.

Джесс стала мотать головой и через несколько секунд открыла глаза. Она посмотрела на Рафаэля, на Марка и перевела взгляд на Эвелин.

— Эвелин! — сдавленным голосом произнесла Джесс. — Как ты сюда попала?

— А теперь Марка, — сказала Эвелин. — Только осторожно, у него серьезная рана.

— Это Карим постарался, — Рафаэль слишком много улыбался. — Сначала камешек, потом ударил. Беда парню, одним словом. А ты взяла и застрелила его, — он посмотрел на тело Карима.

Джесс сидела и пыталась освободиться от пут, связывающих её вдоль и поперек, но все впустую. Рафаэль подошел к инвалидной коляске и вытащил бутылку абсента. Он сделал глоток, подошел к Марку и разбрызгал алкоголь ему на лицо. Ничего не произошло. Рафаэль сделал глоток и повторил процедуру.

— Черт, перевожу такой божественный напиток, — он сделал глоток. — Прекрасно! Превосходно, — еще глоток. — Так на чем мы закончили? Точно! На рекорде! Вот сейчас Эвелин, мы установили с тобой рекорд. Выпьем за это?

— Хватит дурачиться, Рафаэль! Когда-то я считала тебя эталоном. Сверхчеловеком! А ты оказывается болван. Еще какой!

— Черт, как голова болит, — у Марка вырвался тихий стон. — Что такое? — он попытался правой рукой дотронуться до лба, но веревка не позволила ему этого сделать. А ты как тут оказалась? — Марк посмотрел на Эвелин.

— Я здесь для того, чтобы прояснить ситуацию! Поговорим с Рафаэлем, а потом подумаем, что делать дальше! — Эвелин на мгновение закрыла глаза. — Зачем ты все это затеял? В чем смысл? Маргарет? Не надо себя обманывать, скажи правду!

Веселое выражение лица Рафаэля мигом пропало. Взгляд снова стал суровым и невозмутимым. Он оставил бутылку возле Марка и сел на противоположный от Эвелин камень.

— Я заблудился, причем очень давно, — Рафаэль усмехнулся. — Хотя это будет неправильно. Вся моя жизнь — поиск выхода из бесконечного леса. Из непроглядного мрака! Когда я попал в орден, мне казалось, что моя жизнь началась с чистого листа, но…

— Но все пошло прахом, потому что у тебя появился комплекс власти! — перебила Эвелин. — Моя сестра тут не при чем!

— Все дело в твоей сестре! Маргарет взорвала мой мозг своими выходками! Но я не мог убить её. У меня были свои принципы, которые были для меня важнее всего.

— Важнее всего для тебя был Синий Колосс и горячая постель с Маргарет Ламберт. Не оправдывайся, Рафаэль!

— Что ты сказала? — он сдвинул брови.

— Повторять дважды я не стану!

— В минуты слабостей, эти слова мне постоянно говорила Маргарет! Никто другой…

— Она была моей сестрой, — Эвелин засмеялась. — Маргарет мне все рассказывала!

— Рассказывала? Да вы ненавидели друг друга!

— Не буду скрывать, но самый ненавистный человек для меня это моя сестрица. Тебя я тоже ненавижу, но не настолько!

— А я что тебе сделал?

— Переспал с какой-то учительницей, а она понесла от тебя. Человек принципов говоришь? Да ты самый настоящий нытик!

— Тогда для чего ты приютила у себя Габриэля? Ведь он плоть моей плоти!

— Мне нужно было оставить хоть какое-то напоминание о тебе. Твоя маленькая копия, — Эвелин улыбнулась. — Когда Габриэль вырос, он совершенно не походил на тебя в молодости. Я воспитала в нем воина, а не тряпку, жалобно стонущую от нападок женщины.

— Как я понимаю, эти слова были направлены в мой адрес! Ты вообще кто? Эвелин Ламберт! Туповатая Калитерос! Ты даже руку не смеешь на меня поднимать!

— Это интересно почему? Потому, что твой Ватмос выше моего?

— Данный факт уже является моей неприкосновенностью! Только Заря может мне указывать!

— Какой же дурак! Уверена, тебя много раз обманывали, но чтобы так сильно, как это сделали мы с сестрой…

— С сестрой? — тон Рафаэля стал беспокойным. — Что за чушь ты несешь?

Маргарет закатала левый рукав и показала зеленый браслет!

— Почему на левой? — спросила Джесс.

— Видишь! Даже девчонка шарит, где надо носить браслет, — Рафаэль погладил лоб. — А взрослая женщина не может отличить правую руку от левой.

Эвелин минуту молча смотрела на Рафаэля, а потом закатала правый рукав. На запястье покоился браслет Черной Зари. Даже сквозь полумрак пещеры, Марк разглядел его блеск. Прошло столько лет, а он ничуть не потерял своей новизны. Если Ручей или Колосс покрылись мелкими царапинами, то Черной Заре все было нипочем.

Рафаэль, увидев браслет, улыбнулся.

— Так вот, кто украл браслет у Маргарет! А мне пришлось выуживать информацию из Мишель. Помнится, она не пережила раскаленные стальные пластинки под ногтями, — у Рафаэля был совершенно невозмутимый вид. — Значит, ты обокрала свою родную сестру! Зачем тебе он? Ведь ты не могла его просто взять и надеть!

— Я хочу рассказать тебе одну маленькую тайну! Тайну обмана Рафаэля Даэнтрака.

— Звучит грандиозно! — Рафаэль усмехнулся. — Что еще за обман? Какую тайну? Ты хочешь сказать, что… Нет! — он вскочил и рванулся к Эвелин.

Она ничего не поняла, но успела быстро достать пистолет. Рафаэль бежал не к ней, а к Эрику с Уиллом. Они стояли в проходе и целились в Эвелин. Даэнтрак хотел закрыть её, но было поздно: в пещере прогремели два оглушительных выстрела. Эвелин только успела посмотреть в глаза Уилла и упала, сраженная наповал. Рафаэль поднял её голову и убрал кровь с губы. Она смотрела на него полуоткрытыми глазами и пыталась что-то сказать, но вместо слов изо рта вытек большой сгусток крови.

— Кретины! Вы что натворили! — Рафаэль тряс Эвелин, в которой еще были признаки жизни. — Можно было обойтись и без оружия? Она мне даже не угрожала, а вы сразу за пушки схватились, — он постучал по лбу. — Вы идиоты!

Рафаэль нащупал в кармане Эвелин пистолет, и решение пришло само собой. Даэнтрак посмотрел на Уилла и Эрика, чтобы убедиться, что оружие не направлено на него. Рафаэль резко поднялся и сделал два выстрела! Уилл упал сразу, а Эрик еще смог зарядить кольт, но очередной выстрел в грудь повалил его. Эрик упал на каменную стену и медленно сполз по ней.