Кэтрин была в бешенстве, но мне пришлось уйти с Фернандо и сделать то, о чём просила маленькая ведьма. Мы закинули колёса Сидни в кузов её пикапа, но я не собирался будить всю футбольную команду. Вместо этого мы украли командную джерси – мы подписываем её каждый год в первый день тренировок, своего рода обязательство – красным маркером я написал «ИЗВИНИ» и закинул её внутрь вместе с колёсами.

Никаких копов у нашей двери в час дня, поэтому, полагаю, извинение было принято. Но где моё извинение? Нигде, и эта соплячка, кажется, всегда выигрывает.

Не сегодня.

– Чего? – Джек стоял в проходе. Он наклонился, чтобы поднять с пола мятую футболку. – Ты только что пробормотал «Не сегодня» и поднял сжатый кулак к потолку. – Он бросил взгляд за дверь, и я поднял CD с пола, засунув его за пояс своих шорт. – Что это? – спросил он, склонившись над подарками Сидни. Потом открыл коробку. – Вот чёрт. Здесь была Сидни.

Я кивнул.

– Ладно. Она сказала тебе конкретное расположение кофейной крышечки и донатов? – Он прошёл мимо меня, надев какие-то баскетбольные шорты, и вытащил пару носков из выдвижного ящика. – Потому что это важно.

Я покачал головой.

– Один раз несколько ребят из моего класса по естествознанию стащили кусок крысиного мяса со стола для препарирования и сунули в мой бутерброд с тунцом. На самом деле это была моя ошибка. Я оставил контейнер на крючке для вещей, когда должен был держать его в рюкзаке.

Он надел свои «Найки» и схватил толстовку со спинки стула у стола.

– Как бы то ни было, я съел сэндвич, и они все смеялись надо мной. Это было отвратительно. Когда я пришел домой, у меня крутило живот, но я не мог сказать маме, потому что она ужасная. Поэтому я совершил ошибку, сказав Сидни, и она порезала все шины на их великах.

Он начал тихо посмеиваться, когда продолжил своё смущающее признание.

– И в течение трёх следующих недель Сидни входила в нашу классную комнату перед ленчем и передвигала вещи, висящие на всех их крючках для одежды. Наполовину расстегивала сумки. Брызгала дешёвыми духами на их пальто. Они боялись её до смерти. Одна девочка, Николь Фаррис, не ела почти месяц. Николь не доверяла еде, которую собрала её мама после того, как Сидни оставила голову куклы Барби с зачёркнутыми глазами в её контейнере для ленча. – После тщательного осмотра коридора общаги в стиле работника секретных служб он схватил кофе и донаты и внёс внутрь. – Ладно, пошли.

Меньше чем через неделю разведки я привёл вторую фазу операции «Уничтожить Зловещую» в действие. Теперь вы подумаете, что я самый большой засранец на земле, поэтому не стану портить вам впечатление. Просто дождусь её реакции. В любом случае, после долгого расследования я выяснил, что у Сандэй Лэйн было много последователей в кампусе. Половина из которых хотели четвертовать её тело в стиле четырёх лошадей^[15], а другая половина хотела построить для неё трон в центре кампуса. Я решил сосредоточиться на тех фанатах, что жаждали её крови.

Поздно ночью, с карандашом и бумагой в руке, я прослушивал каждый подкаст, который смог найти на вебсайте радиостанции кампуса.

И вот что я записал и успешно расшифровал из уст Сандэй Лэйн:

1. У Спэнки (который, я выяснил в ходе тщательного анализа, был деканом) было фруктовое дыхание. Не потому, что он известный диабетик, а потому что он постоянно лижет задницы начальству.^[16]

2. Визжащие «Т» (которыми, я определил, были Тина, Тереза и Тиффани из команды чирлидинга) постоянно носили кремовый, потому что он лучше скрывал пятна спермы. Поскольку они, видимо, живут на земле, где идут дожди из спермы, и, если семя не будет попадать им в рот до полуночи каждый день, они превратятся в гремлинов.

3. У номера двадцать четыре (я) микроскопический член, так что понадобится помощь телескопа «Хаббл», чтобы найти тот самый орган внизу, причем наводить его нужно будет на расстоянии не более пяти сантиметров над промежностью.

4. Есть три девушки из класса Психологии, которые встречаются на верхнем этаже библиотеки и каждый четверг участвуют там в оргии. (Заметка для себя: чаще ходить в библиотеку). После этого они пьют моккачино и клянутся никогда больше этого не делать. Но они непременно приходят и цикл продолжается. Она относит их к Фрейдовским потаскухам.

5. Она зовёт свою соседку по комнате неглубокой лужей в человеческом обличие. Просто болтающая белобрысая тина, погрязшая в неуверенности. (Элисон). О ней не слишком много информации, но слово «банальная» использовалось часто.

6. Это, возможно, было самым важным открытием. Кареглазый Девственник – парень, который, по её описанию, обладал грацией слепого одноглазого мужчины, катающегося на велосипеде по катку, и сексуальными навыками фонарного столба. Она рассказывала много историй об этом парне. Они были слишком личными и слишком подробными. Я знал, что это был Джек. 

– Привет, Бри-Бри, – прощебетала я Брайану, когда вошла в студию.

Он ненавидел, когда я так его звала. Поэтому, естественно, я делала это самым сладким голоском, который только могла изобразить. Вместо своего обычного напутствия о том, как быть ответственным членом общества (которое он давал перед началом каждой передачи), он прыгал по кругу, опуская и поднимая в руках конверт.

– Ты это сделала, ты, сучка! – Он кинул в меня конвертом. – Они тебя хотят. Я так ревную. В какой комнате ты живешь, чтобы я смог её поджечь и вывести тебя оттуда во имя добра?

Он улыбался сумасшедшей улыбкой, когда уселся на свой крутящийся стул. Драматично подняв глаза к потолку, он зарычал.

– Серьезно. Ты самый худший человек из всех, кого я знаю, а с тобой всегда происходят хорошие вещи. Так несправедливо, – ворчал он себе под нос.

– Да, я как раз размышляла о том, какие хорошие вещи, всегда происходящие со мной, случились недавно. Как, например, девушка в очереди в школьном кафе вылила целую бутылку салатной заправки на линолеумный пол. Я без труда туда наступила и поскользнулась, размазав белую сметану по чёрным штанам, и три парня назвали меня диджей Пятно Спермы. Умно, да? На самом деле я была в восторге, что они меня узнали.

Очень скоро в клубе будет больше двадцати-с-чем-то-летних, чем восьмидесятилетних. Рик, скользкий и носящий цепь владелец клуба, сказал, что его прибыль за выходные утроилась с тех пор, как я начала работать, то есть шесть недель назад. Он сказал, что будет платить мне десять баксов в час сверх моих чаевых, а если я выступлю на Хэллоуин, он подбросит дополнительных пятьдесят баксов. Я сказала, что соглашусь на одном условии: два дополнительных браслета для несовершеннолетних – Элисон и Джека.

В следующую пятницу будет Хэллоуин, а также мой и Джека день рождения. Разве это не странно, что мы родились в один день с разницей в два года? Ходили слухи, будто моя мама была оборотнем, который мог зачать человека только когда всходила полная луна в четвёртый четверг января. Конечно же, это я пустила такой слух, он дошёл до неё на родительском собрании, и меня посадили под домашний арест на месяц.

Джеку будет девятнадцать, а мне исполнится благословенный двадцать один. Официально можно пить. Берегись мир! Здесь я запнулась. Рик согласился на мои условия, но прежде чем я вышла из его офиса, он сказал:

– Надень костюм. Что-то, в чём не будешь выглядеть как мальчишка-подросток. Никакого дерьма вроде «Людей икс» или «Майнкрафта».

Должным образом принято к сведению. Неужели все считают, что я одеваюсь, как прыщавый ребёнок-геймер? Где я совершила ошибку?