Р о м а н (пнул ногой колесо). Не повезешь. Но и не поедешь. Привязывай вожжи, слезай с облучка. Колесо спустило.

М и ш а. Какое?

Р о м а н. А ты погляди.

М и ш а (вылез из машины). А, дьявол его побери! Придется менять.

Р о м а н. Может, придется, а может, нет. (Опустился возле колеса на корточки.) Я везучий. Считай, это от меня первый подарок. Менять не надо, через ниппель спустило. Насос у тебя есть?

М и ш а. Где-то лежит.

Р о м а н (лезет под заднее сиденье, ворчит). До чего автомобилизация народ довела. Только и умеют что баранку крутить. «Где насос?» — «Где-то лежит». — «Колесо спустило». — «Какое?» У тебя же не сороконожка. Четыре колеса. Не глядя должен знать. Ты ехал — машину влево вело. (Кидает Мише насос.) Качай. (Смотрит направо.) Расплачивается. Вышла. Сюда идет. Определенно к тебе.

М и ш а (прилаживает насос, качает). Я, Рома, в «ситроенах» не путешествую, и японского кассетника у меня нет. Обыкновенный абитуриент.

Входит  Н а т а л ь я  П а в л о в н а — двадцатисемилетняя женщина во всеоружии обаяния и красоты. В руке спортивная сумка, из которой торчит ручка теннисной ракетки.

Н а т а л ь я  П а в л о в н а. Доброе утро.

Р о м а н (церемонно поклонившись). Мадам.

Н а т а л ь я  П а в л о в н а (о Мише, чья голова то появляется, то исчезает по другую сторону машины). Что он делает?

Р о м а н. Кланяется прекраснейшей даме планеты.

Н а т а л ь я  П а в л о в н а (обходит машину). Здравствуйте.

Р о м а н (представляя Мишу). Мой друг — один из вождей научно-технической революции. Осваивает механизм под названием насос.

Н а т а л ь я  П а в л о в н а. Это ваша машина?

Р о м а н. Да. Точнее, его. Может тебя подвезти.

Н а т а л ь я  П а в л о в н а. Спасибо.

Р о м а н (Мише, радостно). У нашего «в никуда» появилось направление.

М и ш а. Я сказал: никого не повезу.

Н а т а л ь я  П а в л о в н а. Я могу заплатить.

М и ш а. Если можете заплатить, платите по счетчику.

Р о м а н. Да, в самом деле: зачем ты отпустила такси?

Н а т а л ь я  П а в л о в н а (со спокойной улыбкой). У шофера окончилась смена, он опаздывал в парк. Я увидела вас и подумала: а вдруг нам по пути?

Р о м а н. Ты подумала правильно: нам по пути.

Н а т а л ь я  П а в л о в н а. Куда вы едете?

Р о м а н (Мише). Если ты рыцарь, отвлекись от насоса. Прекраснейшая из дам соблаговолила справиться о нашем маршруте.

М и ш а (не поднимая головы). Проблему дам и маршрутов мы уже обсудили.

Р о м а н (осененный). Гениальная идея! Лучший путь «в никуда» — это путешествие на юг. Конечно, твой «козлик» не «ситроен», но «ситроен» — вот. (Достает из кармана и показывает маленькую деталь.) Молоточек от распределителя у них не сегодня завтра полетит. Я знаю, они — нет. По доброте душевной достал, хотел заменить. Им теперь до моря своим ходом не дойти. А мы хоть и без комфорта, а въедем прямо на пляж.

Н а т а л ь я  П а в л о в н а. Значит, вы собрались на юг?

Р о м а н. Именно. И предлагаю присоединиться. На принципах взаимного уважения и равноправия.

Н а т а л ь я  П а в л о в н а (Мише). А вы?

Р о м а н. А он своего счастья не знает, уговорим. Абитуриент, ездил ли ты на машине на юг? Отдых в придорожном лесу. Украинские базары с кавунами. За поворотом поворот. Калейдоскоп!

М и ш а (кладет под сиденье насос). Слушай, искатель приключений, можешь ты отвязаться от меня?! (Садится за руль.)

Р о м а н. Спасибо, отблагодарил за бензин.

Миша не отвечает.

Ну, меня обидишь — ладно. Но она же здесь в такую рань ни одного такси не найдет.

Н а т а л ь я  П а в л о в н а. Пожалуйста, разрешите мне поехать с вами.

М и ш а (готовый потерять терпение: его, в отличие от Романа, не приводит в восторг милая непосредственность Натальи Павловны). Куда?

Н а т а л ь я  П а в л о в н а. Может быть, вы поедете в центр?

М и ш а. Нет, я поеду прямо. (Роману.) Садись.

Р о м а н (удивлен). Гляди-ка, уговорил. Далеко ли?

М и ш а. Там поглядим. (Наталье Павловне.) Простите, нам не по пути.

Н а т а л ь я  П а в л о в н а (мягко, но настойчиво). Если позволите, я все же поеду с вами.

Р о м а н (уже сидит в машине). Что значит — с нами? На юг?

Н а т а л ь я  П а в л о в н а. До ближайшего автомата. Мне надо позвонить.

Р о м а н (принимая сумку Натальи Павловны). Как звать-то тебя?

Н а т а л ь я  П а в л о в н а (холодно). Называйте меня, пожалуйста, Натальей Павловной.

Р о м а н (подавая руку). Садись, Натали́.

Н а т а л ь я  П а в л о в н а. И, если можно, на «вы».

Р о м а н (весело). Как в угол поставила. Видать, из учителей.

М и ш а. Довольно ваньку валять. Или молчи, или пехом иди.

Р о м а н. Молчу. Знамение века: кто за баранкой, тот и царь. Давай, ваше величество, погоняй.

И возникла музыка. И изменилось освещение. Может быть, для того, чтобы отделить во времени этот эпизод от предыдущего, надо на две-три секунды погрузить сцену в темноту. А может быть, и не надо. Во всяком случае, теперь бензоколонка исчезла, и все наше внимание сосредоточено на едущей по шоссе машине, в которой сидят: Миша — за рулем, Роман — рядом, Наталья Павловна — сзади. Шум проносящихся машин и музыка из магнитофона, который лежит на коленях у Романа, — звуковой фон, сопровождающий весь этот эпизод.

(Проводив взглядом встречную машину.) Видал, как люди ездят! Присобачить крылья — взлетит. На самосвале-то! А у тебя на спидометре шестьдесят. Если до Луны — год пилить. А до Марса — всю жизнь. Я, Натали, современный человек, мне скорость для самоутверждения нужна. Миша, гляди, кто обходит тебя! Ассенизатор. Левее возьми, не пропускай. Ему не к спеху, не молоко везет.

М и ш а (все с той же мрачностью). Не ерзай.

Р о м а н (привстал, рыцарским жестом разрешая обгон). Прошу вас, милорд. Нет, нет, только после вас. (О Мише.) Джентльмен: говновоз пропустил. (Протягивает руку к рулю.) И на повороте осевую не пересекай.

М и ш а (отбрасывает его руку). Было условие — соблюдать тишину.

Р о м а н (некоторое время без интереса смотрит на проплывающий пейзаж). Слушай, погоняльщик черепахи, а с дамой на отвлеченные темы можно?

М и ш а. Валяй.

Р о м а н. Имею вопрос. Вот — Миша. Книжку возит с собой. «Вэ бук». (Берет лежащую на заднем сиденье книгу.) Учебник английского языка. Абитуриент. Разочаровался в личной жизни. Мечется. Едет куда глаза глядят.

М и ш а. Я не мечусь.

Р о м а н. Мечешься. В спокойном состоянии ты бы перед выездом в мотор заглянул.

М и ш а. А что?

Р о м а н. А не слышишь?

М и ш а. Нормально урчит.

Р о м а н. Астма у него. Так вот, говорю, Миша нам ясен. Я — тоже. Трудовой человек. Взял десять дней в счет отпуска, путешествую на юг. А вот ты? Миша, можешь загадку отгадать: что в нашей машине делает Натали?

Н а т а л ь я  П а в л о в н а (поправляя). Наталья Павловна.

Р о м а н. Пускай Наталья Павловна. Все равно спрашивается вопрос: что здесь делаешь ты?

Н а т а л ь я  П а в л о в н а. Я просила на «вы».

Р о м а н. Спорю на десятку, что она из учителей.

М и ш а (прислушиваясь к мотору). На деньги не спорю.

Р о м а н. Проиграю — отдам четвертной.

Н а т а л ь я  П а в л о в н а. Проиграете.

Р о м а н. Никогда. У меня на учителей идиосинкразия. По интонации узнаю. Подсос не тащи — не поможет.

М и ш а. Действительно перебои.