Страна имеет разветвленную сеть особо охраняемых территорий (национальных парков и др.), приуроченных как к горным ландшафтам, так и к морскому побережью. В любом случае под их правовой режим «подпадают» разнообразные акватории, водные объекты, прочие элементы ландшафта, связанные с водами (в горной местности это ледники, на Тирренском побережье – дюны).
В Швейцарии гидрографическая сеть горной страны принадлежит к бассейнам трех морей: Северного, Средиземного, Черного. Благодаря обильным горным водам начинаются трансграничные реки Рейн и Рона, горное питание имеют притоки Дуная и По. Швейцария изрезана многими крупными и глубокими озерами (Женевское, Боденское, Лугано, Лаго-Маджоре, Цюрихское и Невшательское). Озера не только востребованы туризмом и курортами, они интенсивно используются для судоходства (прежде всего пассажирского). Бурные швейцарские реки служат для сплава леса и являются источником энергии [273] . Характерными для Швейцарии водными объектами являются ледники и снежники – колоссальный резервуар пресной воды, как полезный, так и опасный. Поэтому неслучайно в Швейцарии эти «твердые» водные объекты были проинвентаризированы и занесены в особый Каталог [274] .
Антропогенная нагрузка на природу Швейцарии сильно изменила ее ландшафты. Уже в XYIII в. шел процесс массовой вырубки дремучих лесов, вызвавший обеспокоенность знаменитого философа Ж.-Ж. Руссо. В конце XX в. леса покрывали только 1/4 территории страны, но принадлежали к наиболее продуктивным в Европе. Массовое сведение лесов увеличило лавиноопасность территорий: если в XIX в. было отмечено 7 лавинных катастроф, то за три четверти XX в. – уже 17. Все это отображается в Швейцарском лавинном кадастре, который официально ведется с 1878 г. Таким образом, из-за вырубки лесов был нарушен баланс в сложных экосистемах гор, предгорий, плоскогорий. Этот результат заставляет вспомнить забытый средневековый закон, запрещающий порубку даже одного-единственного дерева на горных склонах; швейцарцы тогда больше берегли горные леса. Уникальные леса на реках Инн и Ландкварт вошли в состав Национального заповедника, ставшего также прибежищем исчезающих видов фауны.
Большинство швейцарских рек подверглось гидротехническому регулированию (плотины, подземные тоннели), поэтому естественные поймы с разнообразием видов флоры и фауны найти трудно. Федеральные органы осуществили инвентаризацию участков пойм национального значения (как правило, это луга, кустарники, леса). Инвентаризация важных природных объектов различных форм собственности возможна и на уровне кантонов и общин. Еще в 1986 г. Совет общины Целль в долине реки Тес начал подобную инвентаризацию водно-болотных угодий, родников, лесополос и т. д. Примечательно, что группа ответственных исполнителей разработала по каждому объекту концепцию и меру охраны, а также выполнила кадастровое описание. Этот опыт может быть поучительным для уполномоченных органов в нашей стране [275] .
Важной проблемой является ухудшение состояния озер, некогда богатых рыбой. В недавнем прошлом жидкие промышленные отходы не подлежали должной очистке. Когда же требования о более тщательной очистке были внедрены в жизнь, выяснилось, что качество озерной воды продолжало «по инерции» ухудшаться, так как на это влияли уже накопленные в озерах загрязнения.
С острой проблемой загрязнения вод связана задача сохранения водно-болотных и луговых местообитаний редких видов флоры и фауны. Поэтому представляет большой интерес реабилитация водных объектов и вмещающих их экосистем. Показателен пример богатой озерами равнины Зеебах. Она занесена в федеральные списки ландшафтов национального значения. В послевоенный период экономического бума равнина подверглась мелиорации, что привело к обмелению водоемов и исчезновению лугов. Согласно постановлению 1966 г. о национальной ценности ландшафтов ведутся работы по восстановлению естественных угодий. В данной ситуации большую позитивную роль сыграл Союз охраны природы, приобретший в собственность ряд озер; активисты Союза контролируют водоемы, находящиеся в частной собственности. Этот опыт доказывает, что право собственности общественных организаций «зеленого» толка является эффективным природоохранным механизмом [276] .
К концу XX в. Швейцария сумела использовать около 90 % своих гидроресурсов для выработки гидроэнергии. В недавнем прошлом швейцарские ГЭС давали 60 % энергии для железных дорог. Однако развитие гидроэнергетики означало создание водохранилищ, затопляющих исторические поселения, и изменение речного рисунка. При этом ниже плотины река перестает существовать: от нее остаются лужицы, весенние и ливневые потоки. По оценкам специалистов, происходит «ампутация» рек [277] .
Зарегулированными оказались как крупные реки, так и мелкие горные потоки. В результате строительства ГТС на Роне не сохранилось ни одного естественного участка берега. Многие естественные озера, «охваченные» водохранилищами, «потеряли» речной сток. Из-за плотин превращенные в водохранилища реки резко замедляют течение и теряют свои способности к самоочищению. Это трудно полностью компенсировать очистными сооружениями. Образованные за последнее десятилетие крупные водохранилища ГЭС нередко представляют собой реальную и потенциальную опасность для нижележащих участков речных долин вследствие регулярного, нерегулярного и катастрофического спуска как плановой, так и избыточной массы воды.
В условиях дефицита земельных ресурсов швейцарские общины протестуют против занятия под гидроэнергетику их земель и требуют сохранения естественных водных объектов. Еще в 1975 г. Швейцарский союз производителей электроэнергии заявил, что дальнейшее строительство ГЭС в стране невозможно по хозяйственным и природоохранным причинам. Дальнейший ход истории опроверг эту позицию. Только с середины 1980-х было построено или реконструировано 26 ГЭС. По всей видимости, полностью предотвратить строительство ГЭС нельзя, но действующее законодательство направлено на «вживление» водохранилищ в ландшафт путем поддержания биологического разнообразия их вод и берегов [278] . Кроме того, если талые воды альпийских ледников будет решено заимствовать у природы, то требуется создать систему рукотворных водоемов и водотоков двойного назначения (как регулирование стока, таки защита от его вредного воздействия).
В Швейцарии охрана окружающей среды регулируется как федеральным, так и кантональным законодательством. На федеральном уровне были приняты следующие акты: об использовании энергии воды (1916 г.), об охране вод (1955 г., 1972 г.), об охране природы и ландшафта (1966 г.), о национальных парках (1980 г.), о чрезвычайных мерах по сохранению лесов 1988 г. С 1971 г. действует Федеральное управление об охране окружающей среды. Подобные органы действуют в каждом кантоне [279] . Следует отметить, что Закон об охране природы 1966 г. ссылается на принятый еще в 1963 г. «Перечень ландшафтов и памятников природы, имеющих общенациональное значение».
Согласно гражданскому законодательству, пока не доказано иное, публичные воды, ледники, бьющие источники не считаются частной собственностью и находятся под «верховным управлением государства» [280] .
Швейцария заключала международные соглашение по использованию и защите международных водных и водохозяйственных объектов. Договорная практика по этой проблеме восходит к XIX столетию. В целом договорная практика Швейцарии охватывает широкий круг вопросов (ирригация, ГТС, рыболовство, охрана природы), показывает пример другим государствам. Согласно итало-швейцарскому соглашению о регулировании вод озера Лугано 1955 г., стороны условились принять все меры для предотвращения возможного причинения вреда озерным берегам. В 1962 г. было заключено Соглашение между Францией и Швейцарией об охране вод Женевского озера, специальным природоохранным задачам было посвящено франко-швейцарское Соглашение о защите вод озера Леман 1962 г. Затем последовало Соглашение о гидроэнергетическом комплексе в Эмоссонской долине 1963 г., регулирующее тамошнюю концессию. В 1966 г. было подписано Соглашение между ФРГ, Австрией, Швейцарией об урегулировании отвода воды из Боденского озера. Это Соглашение предусматривало рассмотрение возможных споров консультативной комиссией, а затем выносящей окончательное решение арбитражной комиссией. Действуют также двусторонние комиссии по борьбе с загрязнением Женевского озера и озера Констанс [281] .