В Беларуси по водоохранным зонам и полосам действуют подзаконные акты еще советских времен. Постановление Правительства БССР от 18 января 1983 г. было посвящено водоохранным полосам и зонам малых рек, а правовой режим водоохранных зон иных поверхностных водных объектов был установлен постановлением Правительства БССР от 14 июня 1989 г. В целом он вполне сопоставим с российским, но по причине меньших размеров страны, меньшей протяженности ее водотоков и меньшей площади ее водоемов цифровое соотношение между параметрами водного объекта и максимальной шириной водоохранной зоны несколько иное.
В Казахстане водоохранные зоны и полосы рассматриваются как «зоны особого условия пользования землей» (ст. 91 Закона «О земле» 2001 г.). Обозначенные специальными знаками, они должны быть выделены при предоставлении земли в пользование. В свою очередь, возможно отчуждение, т. е. передача в частные руки, участков самого удаленного пояса зоны охраны водозаборных сооружений. В Казахстане все земли водного фонда – публичные, но не все водоохранные зоны включаются в земли водного фонда.
Болота: осушение и реабилитация
Водное и земельное законодательства Украины и Беларуси не считают болота водными объектами, хотя и признают земли болот землями водного фонда. Украинский ВК определяет болото как «чрезмерно увлажненный земельный участок с застоявшимся водным режимом и специфическим растительным покровом». При этом, однако, игнорируется тот факт, что 89–94 % в болотах – само вещество воды [328] . Но нежелание законодателя признавать болота водными объектами имеет свои основания – содействие частной собственности. Будь болото признано водоемом или частью водотока, частная собственность на него оказалась бы под сомнением. Считаясь с возможностью частной собственности на болота, определенные заболоченные участки действительно надо считать землею, а не водами. Это должно способствовать нормальному расселению, освоению и хозяйствованию на обширнейших территориях.
В советское время было предпринято массовое осушение белорусских и украинских болот. Для этого в Белоруссии у 60 % малых рек было спрямлено русло, 40 % площадей осушенных болот были превращены в сельскохозяйственные угодья. Однако многие из них со временем потеряли свой плодородный слой и пришли в негодность. Теперь это пески и истощенные земли, некоторые из них требуют рекультивации. В естественном состоянии сохранились болота, занимающие 11 % территории страны [329] .
В 1990-е гг. были предприняты усилия по сохранению уникальных водно-болотных природных комплексов [330] . Это происходило в рамках Рамсарской конвенции от 2 февраля 1971 г. о водно-болотных угодьях, имеющих международное значение главным образом в качестве местообитаний перелетных водоплавающих птиц, а также Национального плана действий по сохранению и устойчивому использованию биоразнообразия. В 1997 г. был одобрен План действий по сохранению пойм и низинных болот Полесья, который касался и земель водного фонда. Задачами международного значения являются сохранение в естественном состоянии затопляемых речных пойм, оставшихся уникальными по своим естественным характеристикам болотами, сохранение крупнейших остановочных пунктов на путях миграции перелетных птиц и естественных обиталищ исчезающих видов. Эти водно-болотные угодья предлагается причислить к Рамсарским, но они имеют также рыболовное и транспортное значение. Зарубежные специализированные организации выступают за вовлечение всех заинтересованных сторон от центральных органов Беларуси до местных жителей в управление ресурсами Припятско-Ясельдских угодий. Это напоминает «бассейновое представительское» управление водной системой, которое предполагается внедрять и в России. Но в Беларуси болота воспринимаются едва ли не как главный объект водной системы, чего нельзя сказать, конечно, о европейской части России. Именно поэтому в Беларуси ведется такая форма учета природных ресурсов, как кадастр торфяного фонда и сапропелевых отложений пресноводных водоемов. Он представляет собой свод специфической природоресурсной и природоохранной информации, полезный для экономики страны [331] .
Чтобы спасти самую большую в Европе популяцию исчезающих видов болотных птиц и растений, экологи инициировали строительство дамб в болотном заказнике «Званец»; вода будет сохраняться там и в жаркий сезон, что исключит торфяные пожары [332] .
Озера, обросшие болотными массивами, являются озерами – «окнами» в торфяных болотах (такие имеются и в Смоленской области Российской Федерации и в других местах [333] ). Они представляют собой переходную ступень к болотам, демонстрируя те процессы, которые в геологическом прошлом происходили и в Беларуси, и в России. Экологи ведут речь о создании компактных островов особо охраняемых территорий (заказниках, памятниках природы). Заповедный режим существует в приречьях Березины и Припяти. В этих местах возникает проблема разграничения правового режима земель водного фонда и особо охраняемых территорий. Здесь речь идет об особых экосистемах с комбинацией двух известных Водному Кодексу видов водных объектов: болото и озеро. Они включают в себя и ценные лесные ресурсы. Складывается структура, аналогичная лесо-болотам таежных просторов Сибири.
§ 6. Особенности водных правоотношений в ряде государств Азии и Африки
Япония – государство-архипелаг, состоящий из 4 тыс. островов с протяженной береговой линией. При этом половина береговой линии Японии существенно изменена берегозащитными сооружениями, дорогами, либо возникла в результате искусственного осушения, развития портов и городов.
После второй мировой войны бурный экономический подъем существенно ухудшил состояние окружающей среды, в том числе водных ресурсов. Японский архипелаг потрясали случаи массовых отравлений и скандальных судебных разбирательств.
Согласно Конституции 1947 г., охрана окружающей среды была в значительной части возложена на местные органы управления. Ряд законов 50-х гг. XX в. предусматривал совместное решение экономических и экологических задач. В конце 60 – начале 70-х гг. XX в. была принята серия природоохранных законов, охватывающих и водные отношения. Тогда же было создано Управление по охране окружающей среды с обширными административными полномочиями, включая административные санкции (1971 г.).
Япония приняла Закон о реках еще в 1896 г. По тем временам это был довольно всеобъемлющий акт. Затем в области водных отношений были приняты следующие законы: об охране вод от загрязнения промышленными отходами (1958 г.), о срочных мерах по строительству систем водоочистки (1963 г.), о реках (1964 г.), о специальных мерах по охране окружающей среды Внутреннего моря (1978 г.).
«Новый» Закон о реках (1964 г.) охватывает использование и развитие водных ресурсов, контроль за наводнениями и меры смягчения ущерба, управление землями и речной водой, охрану речной среды. Согласно Закону в редакции 1997 г., использование речной воды, сплав леса и бамбука, занятие земельных участков, выемка грунтов, камней и продуктов реки (очевидно, ил), строительство в пределах речной зоны санкционируется администраторами реки. К числу последних в зависимости от значения водотока принадлежат Министр строительства, главы префектур. К разрешениям «привязана» плата за пользование перечисленными видами водопользования, регулируемая постановлениями японского правительства, но являющаяся доходом соответствующей префектуры.
Понятие «река» определяется как общественный водоток, составляющий единое целое с сооружениями по его управлению. К числу последних относятся не только ГТС, но и набережные, противопаводковые насаждения. Следует признать данные положения Закона Японии схожими с нормами ВК РФ 2006 г. о поверхностном водном объекте как о единстве водной толщи и сопряженной с ней земли.
Японским законодателем разработано понятие «фундаментальная политика управления рекой» – продуманное управление использованием и охраной общественных водотоков, отраженное в специальных планах развития реки.