Наверно я уснула, потому что вдруг поняла, что Егор рядом. Когда и как он нашел меня, ведь мне казалось, глаза я так и не закрыла? Он ничего не сказал, ни слова, мне нравится, когда Егор молчит, поцеловал, за этим видимо и пришел, за любовью, и я бы никогда больше не расставалась с ним, гори все синим пламенем и будь что будет! Вот бросить все и остаться вдвоем, возможно, там, где нет никого, возможно, не в этом мире, хотя есть подозрение, что мы и так всегда вдвоем, что бы между нами ни случалось, какие бы расстояния времени, пространства и забытья ни вмешивались – мы всегда вместе. И где-то есть место, где нет между нами разницы, где мы одно. Близость не сближает нас, это отдушина, разрядка, воспоминание, ближе, чем мы есть, быть не получится, нет нигде ничего более близкого, чем он и я. Егор останавливается на крайней стадии, ну так он же не знает, что я не девственница! Не даю ему остановиться, вот еще, на хрена мне воспоминания про маньяка, хочу помнить только Егора, только Его, и он хотел бы сопротивляться, но не может, шепчу ему на ухо:

– Он убил меня, тот, кого вы ищете, изнасиловал и убил, закопал в могилу, забрал белье и толстовку, я разбила ему лицо и на мне была его кровь, наверно толстовку он сжег, но если бы найти место, где он трофеи прячет. Если мы его вычислим, его казнят? Его казнят? – Егор расслабился, зажал меня в два обхвата и долго не отпускал, но я все говорю, мне так много надо сказать. – Мы должны найти его, он убивает очень давно, я нашла похожие исчезновения блондинок лет восемнадцать назад… – мы сели, облокотившись о сосну с необъятным стволом, ей лет восемьсот, не меньше.

– Откуда знаешь? Знаешь, что я должен с тобой делать? – прижимает и дышать невозможно.

– Вообще-то слушать! Так вот, я поехала сразу в городской архив и нашла похожие случаи, самый ранний семьдесят первого года, но это конечно не показатель, многие девушки схожи, почти все подросткового вида блондинки, похожи на мою двоюродную бабушку Лизу, она меня и спасла, но это сейчас неважно. Важно, что таких случаев я обнаружила много, в «нижних» лагерях нашлись и адреса возможных жертв, но, надеюсь, что многие окажутся непричастны к этому делу, все это только мои предположения! Ну и главное: завтра я поеду с тем парнем в город, с которым меня Сергей твой видел, это его девушка тут весной пропала, мы пройдемся по всем известным адресам и будем подавать «коллективное заявление», если все же все подтвердится. Нам в твой отдел идти? – он пытается рассмотреть мое лицо, но это сложно при таком зыбком освещении.

– Ты как все это провернула? Охренеть, чувствовал – надо тебя к Ане отправить, знал, что надо было! Но тут это «дело маньяка» началось, и я бдительность утратил напрочь! Не мог я поверить, что с тобой случилось такое, но как? – он легонько шлепнул меня по заднице, но чего ворчать-то уже?

– Только с Серегой поедешь, он с вами по всем адресам пойдет и сразу в отделение, а потом к Ане, ясно тебе?

– Спятил? Совсем спятил? Куда угодно поеду, но не сейчас, если я сейчас сорвусь, мы его спугнем, вы должны найти его! Сдурел! Спугни и никогда не найдешь, пока он снова не начнет убивать, и все равно не найдешь! Вы должны сейчас его достать, до конца сезона! – я в ужасе, я не могу все испортить!

– Да как, блин? Ты думаешь, мы его не ищем? Целую группу под эту скотину собрали, Меркулов нас ведет, но он не может действовать открыто, это же территория «гэбистов», руки связаны и заявлений от жертв нет. Только маньяк никогда не нападал в нашем лагере, я ведь грешным делом за тебя даже не боялся, а Караулова точно не его жертва, почерк не тот… Даже поверить не могу, что с тобой это случилось…

– Да забыла уже! Заявления будут, этот парень сказал, что они напишут обязательно, я напишу, и других уговорим, у меня адреса! Ну и я тут старые карты отрыла, где лесные делянки, знаешь, в новых охотничьих турах некоторых нет, а в старой карте одна избушка есть, совсем рядом от того места, где он на меня напал! Надежда слабая, но он вполне мог давно поверить в свою неуязвимость, а трофеи он точно собирает, так может там их и хранит, не дома же. И он из наших, поверь мне, маньяк кто-то из «Десятки»…

– Почему ты так решила?

– Нападений до некоторых пор только у нас не было, а тут сорвалось у него что-то, возможно и Оля его жертва, только пошло все не так, ведь она вполне подходит по внешнему виду, и он ударился «во все тяжкие» так сказать… Но все равно он очень хорошо готовился, он знает про это захоронение очень давно, он закопал меня в мою могилу!

– Как это «в твою»?

– В могилу Лизы! Он готовился! И следит за мной все время…

– Мне нужно тебя увезти…

– Не нужно, он знает, что я не знаю, кто он, он был в этой дебильной маске «привидения» и хламиде, а я из-за него чуть Толика не убила…

– Так это ты Уткина отметелила! Голову ему оторву, посажу на хрен!

– Да не за что его сажать-то, я же Толика избила, а маньяк тогда следил за мной, но я его не догнала…

– Ты за ним гонялась? Совсем сбрендила, ты реально ненормальная! Тебя привязать надо!

– Слушай, он меня закопал! Сам бы как поступил? Но теперь все, клянусь, только по лагерю хожу и в толпе, и все такое, потому что «дело» вы откроете, и рисковать не стоит больше, вдруг он попадется, если так все сузилось. Ну и это, я нашла сумку Алены, так что ее тоже искать надо где-то тут, никуда она не улетела… А что с девушкой, что пропала в деревне? Это же случилось рядом с ее домом! Как такое возможно! Егор, как такое возможно! Я не понимаю…

– Не нашли… даже не знаю что сказать…

– Завтра я твоему Сереге все папки передам, что насобирала, они у меня с собой на всякий случай, так что обмозгуете. Ну и хорошо, что Серега с нами поедет, так надежнее, и не нужно за меня бояться, маньяк не тронет меня, это тупо для него уже опасно! Честно! Вот другие могут пострадать, его остановить надо, а то сезон закончится, и он исчезнет, поняв, что так наследил. Сейчас, до конца сезона, он не сможет уехать незамеченным, это будет слишком подозрительно, так что есть шанс! Совсем мало времени, но пока он ничего не знает, что все так близко около него крутится…

– Но мне придется уехать на несколько дней и бросить тебя в лагере…

– Буду очень осторожна, очень-очень, буду все время готовиться к финалу! Сумка Алены у Таи, уж не знаю, как лучше поступить, сами решайте, я больше не лезу! Честно, вот «заявление» подадим и все!

– Быстро возвращайся в палатку, вернусь следом, давай, мне фиолетово уже, кто что думает… – Егор подтолкнул меня вперед, и я вернулась в лагерь.

Залезла в палатку, все пляски страсти давно прекратились, у костра кто-то дежурил, но я не заметила кто, и меня никто не видел, из леса вползла в палатку на карачках. Кто-то тут спит уже, но это точно не Маринка – она меньше, и не Муха – он сильно больше, темнота как сплошное черное полотно без проблеска, щупаю кого-то за нос и немного обдает знакомым духом – Ромка. Он загреб меня рукой, положил рядом:

– Хочу, чтобы ты и я, и больше ничего, – он уперся носом мне в шею.

– Я тоже этого хочу… – и уснула.

Проснулась как от толчка, рассвет только собирался. Ромка спит, я, прихватив вещи, тихонько выползла из палатки, грузовичок уже стоит и тихо урчит на пригорке, около него собрались все: и Антон, и Сергей, и новый знакомый Олег. Антон сидит на лучшем месте, в кабине рядом с шофером, а Егор поодаль проводит с парнями инструктаж, и без меня! Подошла со спины Егора, на него и не смотрю, во мне вдруг очнулась неловкость, я, кажется, даже покраснела, поздоровалась, залезла в свой рюкзак и достала несколько папок, боялась я их в лагере оставлять и тащила все на себе, а сейчас рада скинуть эту тяжесть:

– Заберете, а то они ужасно тяжелые! – Егор перехватил папки и присвистнул с надеждой, но передал все Сереге.

– В отделе оформишь, а я приеду на днях и сам все разберу. Ну ладно, все поняли? И эту не отпускай от себя, Серега, умоляю, не верь ей и следи постоянно… – Егор потискал меня вполне по-свойски, без лобызаний и хлопнул парней по рукам, с Олегом они уже без меня контакт наладили.