— Везу в больницу хирурга. Каждая минута дорога, товарищ капитан.

— Все ясно, — согласился капитан милиции. И орудовская машина вышла вперед «Волги» с шашечками. Подавая сигналы сиреной, она понеслась вперед, тем самым создавая «зеленую улицу» для такси.

Так врач был доставлен вовремя.

Празднично и торжественно отметила столица 50-летие Советского государства. В Москву прибыло много гостей из других городов и из-за рубежа.

На Красной площади состоялся грандиозный парад войск московского гарнизона. Очень красочно прошли показательные выступления спортсменов. Народ ликовал, потому что видел, как много было сделано за годы Советской власти для повышения его благосостояния.

Ежегодно москвичи получают более 100 тысяч прекрасных благоустроенных квартир. В разных концах города возникли крупные жилые массивы с площадями, скверами, красивыми общественными зданиями.

Рос город, развивалась и транспортная сеть. Движение транспорта на улицах и магистралях столицы увеличивалось.

В этом году многое было сделано для того, чтобы движение на улицах города было удобным и безопасным. Было сооружено 22 развязки в разных уровнях, построено 100 подземных переходов, установлено свыше 8 тысяч дорожно-сигнальных знаков и 500 автоматических светофоров.

Вступила в строй 700-метровая эстакада на Самотечной площади, значительно разгрузившая движение на одном из самых интенсивных участков Садового кольца.

Вот и наступил последний вечер уходящего года. Сегодня я работаю, а завтра выходной. Так что Новый год встречу как следует. Москва кипит. Снуют во всех направлениях вечно спешащие москвичи, и огромное количество автомобилей движется впритирку друг к другу в разных направлениях.

Около десяти часов вечера. На Ленинградский вокзал пришел дальний поезд. И сразу огромная очередь пассажиров выстроилась на стоянке такси.

Я как раз высадил у вокзального подъезда пассажиров и подумал: «Время моей работы подходит к концу, взять мне из очереди последнего в этом году пассажира?» Новый год я встречаю дома. Ко мне придут четверо моих друзей-таксистов с женами, и мы отлично его отпразднуем. За два часа я вполне успею к встрече.

Итак, решено — беру замыкающего пассажира. Хорошо бы, попался по пути к парку.

Ко мне сели двое — мужчина и женщина. Обоим лет под шестьдесят. Женщина с легким иностранным акцентом сказала:

— Отвезите нас, пожалуйста, вот по этому адресу, — и подала мне бумагу…

Читаю: Москва, улица Берзарина, дом и квартира такие-то. Вот влип! Я о такой улице даже не слышал. Это, наверное, где-нибудь в новом районе Москвы.

— Скажите, вы знаете, где находится улица Берзарина? — спросил я у пассажиров.

— Нет, не знаем. Нас должны были встретить, но почему-то никто не пришел. Мы вчера послали телеграмму, что выезжаем с таким-то поездом.

— Да кто же в праздничные дни накануне выезда посылает телеграмму? — с досадой заметил я. — Ваши знакомые наверняка не получили ее. Знаете, что может получиться? Да это так и будет: мы найдем адрес, а хозяев дома нет — уехали Новый год встречать.

До Нового года остается менее двух часов. Я начинаю нервничать. Но что поделаешь, уж коли посадил, надо везти. Тут же на площади подъезжаю к справочному бюро. Темно. Окошко закрыто, бюро не работает.

Тогда я принимаю отчаянное решение и обращаюсь к своим пассажирам:

— Уважаемые товарищи! До Нового года остается очень мало времени. Ни вам, ни мне не следует его встречать на улице города в поисках адресата. Существует у нашего народа мудрая пословица: утро вечера мудренее. Сейчас я отвезу вас к себе домой. Ко мне придут мои друзья, и мы вместе встретим Новый год, а утром я вас доставлю на улицу Берзарина.

Тон моей речи, наверное, был какой-то просяще-умоляющий, поэтому мужчина, обращаясь к женщине, сказал:

— Была не была. Давай, Густа, воспользуемся приглашением товарища. Ни разу в жизни мне не приходилось встречать Новый год в московской семье. А потом, он, наверное, прав: приедем к своим, а их дома нет.

Свою хозяйку я застал за хлопотами на кухне. Представил ей гостей. Она была и удивлена и рада. Быстро раздела приехавших и просила их не стесняться, быть как дома. Я направился в гараж, заверив, что буду к Новому году без опоздания.

За праздничным столом было очень торжественно. Я, как хозяин, произнес тост, пожелал всем присутствующим в Новом наступающем году здоровья и счастья. Чокнулись по первой, а потом языки развязались, начались разговоры, песни, общее веселье.

Наблюдая за моими гостями, я заметил, что они в нашем обществе чувствуют себя непринужденно, так же искренне веселятся, как и все. Мы узнали, что это муж и жена. Оба на пенсии. Он — потомственный рабочий Онежского завода, русский. Она бывшая учительница из города Петрозаводска, карелофинка. Приехали они в гости к своей единственной дочке, которая окончила Московский университет и вышла замуж за своего товарища по факультету.

…Утро 1 января 1968 года выдалось солнечным, морозным. На окнах дед-мороз расписал затейливые узоры. Все мои гости уже разъехались, кроме супругов из Карелии, которых жена уложила в отдельной комнате.

Около двенадцати часов пополудни опять был накрыт стол. Мы вчетвером позавтракали и стали собираться в дорогу на улицу Берзарина (между прочим, никто из моих гостей-таксистов тоже эту улицу не знал).

Я позвонил по телефону в центральную диспетчерскую такси — заказал машину. И нам по телефону объяснили, что улица Генерала Берзарина — это переименованная 10-я улица Октябрьского поля.

Я сдержал свое слово — доставил стариков к дочке. И между прочим, хорошо сделал, что вчера вечером не привез их: хозяева уезжали на встречу Нового года. Телеграмму о приезде родителей, как и следовало ожидать, не получили.

Дочка моих клиентов и зять очень тепло встретили меня и сердечно поблагодарили.

На радостях со свиданием выпили по рюмке коньяку, и я стал прощаться.

Все вышли в коридор проводить меня. И когда была открыта входная дверь, то увидели на пороге почтальона, еще не успевшего нажать на кнопку звонка. Он принес опоздавшую телеграмму из Петрозаводска.

С моими новогодними гостями из Петрозаводска мы до сих пор переписываемся.

На стоянке такси, что находится около магазина «Богатырь» на проспекте Мира, собралось около десятка машин; по мере того как первая уходила в рейс с очередным пассажиром, остальные подтягивались к столбу, на котором висел таксомоторный трафарет.

На улице крепкий мороз. Но таксистам он не страшен, у «Волги» отличная печка. Приятно сидеть в теплой машине. Двигатель работает на малых оборотах, нежно мурлычет вентилятор, гонящий теплый воздух в кабину.

Но что такое? Между моей машиной и впереди стоящей образовался большой разрыв. Явно, водитель невнимателен. Надо ему напомнить об этом.

Хоть мне очень не хотелось выходить из теплого автомобиля, но я счел своим долгом подсказать товарищу, что он находится на работе.

В автомобиле за рулем сидел молодой симпатичный парень и, наклонившись, что-то читал.

Я постучал к нему в окно и попросил подвинуть автомобиль.

Он открыл окошко и вежливо ответил:

— Будет сделано. — Причем лицо его широко улыбалось. Заводя стартером двигатель, он с охотой пояснил мне причину задержки: — Правильно, батя, я совсем за работой не слежу. Вот письмо от любимой девушки в который раз перечитываю. Забываю обо всем на свете.

Через пять минут повторилось то же самое. Опять этот парень, позабыв, не подогнал машину.

Тогда, как говорят дети, я ему легонько «бибикнул». Он встрепенулся и подтянул свой автомобиль.

Но, откуда ни возьмись, у моей машины появилась рослая фигура регулировщика.

— Инспектор 12-го отделения ОРУДа Дехтярь! — отрекомендовался он мне. — Почему сигналите? Знаете, что в городе Москве сигналы запрещены?