Сидоров вновь хмыкнул. Он прекрасно знал принципиальность Анискина.

— Пока он все это говорил, деньги из карманов на стол разложил. И мне, так нагло глядя в глаза, берет несколько 25-долларовых купюр из пачки и подвигает. А в те времена это огромные деньги были.

— А вы что, товарищ майор?

— Что-что. У меня тоже чувство юмора есть… Поэтому вместо штрафа за незаконные валютные операции возбудил против него уголовное дело по факту фальшивомонетчества.

Помолчали. Наконец Сидоров промямлил:

— Товарищ майор, я что-то недопонял. А в чем шутка-то была, и как вы поняли, что он фальшивомонетчик? Тогда же детекторов купюр не было!

— Стыдно, коллега, — посуровел Анискин, — Учите матчасть. А когда поймете, как я догадался, что он — фальшивомонетчик, тогда поймете, в чем была и шутка.

Почему Анискин посчитал задержанного фальшивомонетчиком, и в чем заключалась его «шутка»?

Анискин поднимался по лестнице, когда его внимание привлек крик из-за двери соседки по подъезду пенсионерки Марьи Тимофеевны Васильевой. Он нажал на кнопку звонка. Дверь открыла заплаканная старушка.

— Что случилось?

Пенсионерка рассказала нашему герою, что вызвала на дом мастера из бюро добрых услуг, чтобы он ввинтил несколько шурупов в стену — бабуля хотела укрепить на них стойки для выращивания цветов. А работник, когда выполнял ее просьбу, сломал дорогой инструмент и теперь требует с нее денег.

— Пойдемте, поговорю с вашим работником, — предложил Анискин.

И как старушка ни открещивалась, майор все же прошел в квартиру, где нос к носу столкнулся со здоровенным бугаем. Увидев мужчину в милицейской форме, тот поначалу слегка сник, но потом все же принялся качать права.

— Пусть бабка деньги гонит за сломанный инструмент! — принялся орать бугай.

— А с какой стати? — удивился Анискин.

— С такой! Я у нее спросил, капитальная ли стена, а она мне в ответ: «И-и-и, какая капиталистическая, дом еще при коммунистах ставили». Ну, я ей и поверил, завинтил несколько шурупов, как она просила, а на последнем шуруповерт сломался. Извините, товарищ милиционер, но стена капитальная, из бетона, бабка наврала.

«Не наврала, а просто не поняла слово „капитальная“», — уточнил про себя Анискин.

— То, что я случайно несколько раз в «старые» дырочки попал, это чисто повезло. Но на последнем болте я инструмент в итоге сломал — в бетон попал! — и бугай принялся совать шуруповерт под нос то старушке, то Анискину.

— Это вы сами виноваты! Должны были проверить! — рассердился майор.

— А посмотрите договор, который бабка подписала. Тут так и написано — вот, сбоку, мелким шрифтом: «В случае если заказчик предоставляет неверные сведения, которые могут привести к поломке инструмента, он оплачивает стоимость поломки с учетом амортизации».

— Марья Тимофеевна, зачем же вы подписали такое? — расстроился Анискин.

— Да я этой подписи и не видела, — прошептала старушка. — Очень уж мелко написано. Да и мой муж-покойник не дорогим инструментом болты ввинчивал, а отверткой простой…

— Некрасиво вы поступаете, гражданин, — заявил Анискин.

— Все по закону, гражданин начальник, — ухмыльнулся бугай. — Да и шуруповерт 5 тысяч стоил, а я с бабки всего 3 возьму, уж пожалею. Ну и тысячу за работу.

— Тысячу за то, чтобы ввинтить пять болтов? — рассвирепел майор.

— Вот, пожалуйста, прайс-лист. Все по закону! — ответил мастер-вымогатель и помахал перед носом Анискина и старушки бумажкой с печатью. — Гони, бабка, «бабки».

Старушка уже потянулась к кошельку, как Анискин вдруг ловким приемом повалил бугая на пол и заломил ему руку.

— Марья Тимофеевна, позвоните моему коллеге Сидорову и попросите прислать наряд!

Вскоре задержанный бугай уже давал показания в отделении. Выяснилось, банда ранее судимых организовали «Бюро добрых услуг». Они выбирали клиентов-пенсионеров (молодым людям отказывали), а потом, пользуясь их доверчивостью и беззащитностью, имитировали поломку инструмента и вымогали у стариков крупные суммы. Благодаря бдительности Анискина мерзавцев задержали.

Как Анискин понял, что «мастер» просто завинтил болты отверткой, а теперь «разводит» старушку, требуя оплатить «поломку» шуруповерта, которым он даже не работал?

Анискин с Сидоровым гуляли по авторынку. В этот раз они не искали жуликов, воров или убийц. У сыщиков был куда более радостный повод для визита: Сидоров собрался покупать машину! На новую и дорогую скопленных денег, правда, не хватало, разве что на наш автопром, но лейтенант буквально бредил иномаркой, а потому решил съездить на рынок и приобрести сильно подержанную и оттого относительно недорогую машину.

Имелась, правда, проблема: Сидоров совершенно не разбирался в автомобилях, но он почитал соответствующую литературу, поспрашивал у старших товарищей и уже считал себя почти спецом.

Сыщики (разумеется, в гражданском) гуляли по рынку, когда их окликнул крепко сбитый молодой человек, судя по всему — один из продавцов.

— Чем интересуемся? — спросил юноша, вращая на пальце ключи от машины.

Услышав ответ, попросил обозначить сумму, которой располагают покупатели. Сумма была весьма скромна, и юноша, уже без собого энтузиазма, предложил обоим пройти в закуток, где стояли его машины. Сидоров, взволнованный потенциальной покупкой, которая, возможно, должна состояться вот-вот, на ходу обрисовывал, чего он ждет от автомобиля. У юноши энтузиазм проснулся вновь, когда он понял, что его визави в автомобилях не разбирается, хотя считает себя спецом.

— Ну, тогда могу предложить вам за эту сумму прекрасный вариант! Честно говоря, жалко отдавать красавицу, но, знаете, я тоже человек. Прекрасно знаю, что для новичка первая машина — как первая женщина. А первая женщина должна быть опытной и слегка потрепанной жизнью, — юноша заржал, довольный своей шуткой.

— В общем, вот!

Сыщики остановились перед довольно симпатичной машиной известной японской марки. Но, как говорится, не все то золото, что блестит, поэтому Сидоров принялся дотошно расспрашивать про количество «лошадок» под капотом, расход бензина, пробег и про все остальное, что приличный автомобилист должен узнать про «железного коня», на которого у него упал глаз.

— Да все нормально, мужик, бери не задумываясь! — уверял Сидорова продавец. — Документы все в порядке, вот они. Эту машина сделали в Японии 15 лет назад. На ней катался старичок-японец, а они там очень осторожные, сам понимаешь. Да, пробег великоват, но там дороги — не чета нашим, машина и через 100 тысяч, как новая. Марка редкая, на дороге будет выделяться — настоящий японский автопром! Это тебе не «Жигули»!

Пока Сидоров смотрел документы, юноша продолжал:

— Да не пожалеешь, мужик, стопудово тебе говорю. Эта красавица еще ого-го сколько погоняет! Японцы тоже по законам бизнеса живут: то, что за границу продают, оно, честно скажу, так себе. А то, что для себя делают, на внутренний рынок — лучшее в мире, тебе любой скажет!

— Гори все синим пламенем! Беру! — махнул рукой Сидоров.

— Одну секунду, — вмешался Анискин. — Мы отойдем в сторонку.

— Только быстрее, — крикнул им вслед продавец. — А то заберут красавицу!

Отведя старлея в сторону, Анискин спросил его:

— Документы в порядке?

— Да, товарищ майор, год совпадает, производство Японии… а что?

— А то… быстро вызывайте, коллега, группу захвата. Похоже, ваш продавец не одиночка, а действует в составе группы.

Вскоре задержанный продавец сдал своих подельников, среди которых был в том числе и высококлассный мастер по подделке документов, а также «оборотень в погонах», который помогал легализовывать машины. Сидоров едва не купил настоящий автохлам с эмблемой известной японской марки и поддельными документами. Фактически это было ведро с болтами, которое сломалось бы через пару сотен километров да еще могло и угробить своего владельца.