ствуем себя грешниками там, где должно наслаждаться. Я ловил вас, как рыбак вываживает форель. Я знал, что могу ошибиться, но, в общем, вы оказались мне верны, хотя впредь мне не хотелось бы, чтобы вы отгоняли дичь от моих сетей. ^ Когда и как я это делал? Вы же сами сказали... *—■ ...что вы прекрасно управляли «Королевской Каро¬ линой» и она потерпела крушение по воле неба?.* Нет, речь идет о более благородной добыче, а не о той, кото¬ рую может закогтить любой ястреб. Неужели вы столь ненавидите женщин, что готовы запугать благородную даму и прелестную девушку, лишь бы помешать им насла¬ ждаться вашим обществом? — Разве желание спасти женщин от страшной участи, что угрожала им сегодня, — предательство? Ведь, пока власть в ваших руках, надеюсь, ничто не грозит им обеим, даже той, что так прекрасна. — Клянусь небом, Уайлдер, вы правы! Злодейская рука не коснется прелестного ребенка. Скорее я собствен¬ ной рукой брошу спичку в пороховой погреб, и она взле¬ тит на небеса такой же чистой и светлой, как была от¬ туда послана к нам. Наш герой жадцо внимал этим речам, хотя ему не очень-то понравилось, что Корсар выразил свои благород¬ ные мысли чересчур восторженным языком. Как вы узнали о моем желании помочь им? — спро¬ сил он после некоторого молчания, которое оба они не спешили нарушить. — Вы сразу выдали себя. Стоило мне услышать ваши речи, как все стало ясно. — Услышать! Значит, я вам признался, сам того не замечая. Корсар промолчал, и лишь улыбка его дала понять собеседнику, что тот стал жертвой дерзкой и успешной мистификации, что старый матрос Боб Блант был не кто иной, как он сам, собственной персоной. Вот чем объ¬ яснялось поведение Джорама и непонятное исчезнове¬ ние ялика. Уайлдер понял, что попал в искусно расстав¬ ленные сети, и встревожился. Раздосадованный тем, что его так ловко провели, он некоторое время молча шагал взад и вперед по палубе. — Признаюсь, вы меня перехитрили, сказал он на¬ конец, — и отныне преклоняюсь перед вами, как перед 23* 707

мастером, у которого можно кое-что перенять, но пре¬ взойти которого нельзя. Но кто бы ни был старый матрос, хозяин-то «Ржавого якоря», надеюсь, оставался самим собой? — Славный Джо Джорам! Полезный человек для мо¬ ряка, попавшего в беду. Верно? А как вам понравился ньюпортский боцман? — Это тоже ваш агент? — Только на один раз. Таким мерзавцам я не верю ни на грош. Но тс-с!.. Вы ничего не слышали? — Кажется, в море упал канат. — Совершенно верно. Сейчас вы убедитесь, что я не спускаю глаз с наших беспокойных джентльменов. Корсар прервал разговор, который начинал всерьез интересовать Уайлдера, легкими шагами подошел к корме и, опершись о перила, сделал вид, что любуется морем. Уайлдер остановился рядом со своим командиром, и слуха его коснулся тихий шорох, похожий на скрип потрево¬ женных канатов. И вскоре помощнику еще раз пришлось убедиться, насколько предводитель превосходит в хитро¬ сти и его самого, и всю остальную команду. За кормой, держась за канаты и цепляясь за каждый выступ, с большим трудом и осторожностью двигался человек. Вскоре он уже висел на веревочной лестнице, стараясь разгадать, который из двоих наблюдающих за его передвижением людей ему нужен. — Это ты, Дэвис? — спродил Корсар полушепотом и, желая привлечь внимание Уайлдера, слегка тронул его за плечо. — Ты пробрался незамеченным? — Будьте спокойны, ваша честь. Я перелез через пе¬ реборку в каюте и выбрался сквозь иллюминатор; вах¬ тенные спят как убитые, словно их вахта в кубрике. — Хорошо. Какие новости? — Господи! Ваша честь, можете послать их в церковь, и самый отъявленный морской волк не посмеет сказать, что он забыл молитвы. — Зпачит, их настроение улучшилось? — Конечно, сэр. Лишь двое-трое все еще сеют смуту, но они не доверяют друг другу. Ваша честь всегда умеет их пронять, и им никогда вас не одолеть. — Это единственный способ справиться со смутьяна¬ ми, — пробормотал Корсар так тихо, чтобы его слышал один Уайлдер. — Будь они чуть почестнее, это было бы 708

куда опасней, а так их губит собственная подлость... А ка¬ кое впечатление произвела моя мягкость? Верно ли я по¬ ступил? Или следовало кое-кого наказать? — Так лучше, сэр. Люди знают, что у вас хорошая память, и поговаривают, что теперь надо держать ухо востро, чтобы новыми проступками не увеличить тот счет, который вы и так не забудете. Как всегда, немного задет начальник полубака; на этот раз чуть больше, чем обычно, потому что негр свалил его с ног. — Опасный негодяй! Когда-нибудь я с ним еще по¬ считаюсь. Его бы хорошо перевести на шлюпки, сэр; команде без него было бы лучше. — Ладно, ладно, хватит о нем, — нетерпеливо прервал Корсар, как будто ему не хотелось, чтобы новый товарищ сразу слишком глубоко постиг все тайные пружины его правления. — Я им займусь. Если не ошибаюсь, ты се¬ годня перестарался, парень, и слишком лез вперед во время .утренних беспорядков. — Надеюсь, ваша честь помнит, что команде было приказано начать потеху, да и что тут такого, если смыли пудру с одного-двух солдат! — Да, но тебя не остановило вмешательство офицера. Берегись, как бы твоя чересчур естественная игра не вызвала заслуженные аплодисменты. Матрос обещал исправиться и быть осторожнее; затем он исчез, получив в награду золотой и наставление вер¬ нуться в кубрик незамеченным. А Корсар с Уайлдером опять стали прохаживаться по мостику, предварительно удостоверившись, что их не подслушивают. Снова наступило долгое, глубокое молчание. — На таком судне,'—возобновил разговор Корсар,— хорошие уши так же необходимы, как смелое сердце. Не¬ годяи в кубрике не должны вкушать от древа познания, иначе нам, обитателям кают, несдобровать. — Опасно наше ремесло, — заметил его собеседник, невольно выдавая свои затаенные мысли. Прежде чем ответить, Корсар долго шагал взад и впе¬ ред по палубе. Потом он заговорил так тихо и мягко, словно это были увещевания заботливого друга, а не со¬ веты человека, издавна связавшего свою судьбу с гру^ быми, необузданными пиратами. 709

— Вы только начинаете жить, мистер Уайлдер, — ска¬ зал он, — у вас есть время выбрать себе дорогу. Вам не пришлось участвовать в том, что люди называют наруше¬ нием закона; еще не поздно решить, что вы никогда не станете это делать. Может быть, я эгоистичен в своем же¬ лании привлечь вас на свою сторону, но испытайте меня, и вы убедитесь, что собственные интересы при всем моем эгоизме не заполняют все мое существо целиком. Од¬ но ваше слово — и вы свободны. Не останется никако¬ го следа вашего пребывания на моем судне. Там, за по¬ лоской угасающего света, совсем недалеко лежит зем¬ ля; завтра, еще до заката, вы можете ступить на эту землю. — Почему я один, а не мы оба? Если жизнь вне за¬ кона не для меня, то она и не для вас. Если бы я смел надеяться... — Что вы хотите сказать? — спокойно спросил Кор¬ сар после краткого молчания, поняв, что его собеседник не решается продолжать. — Говорите смело, вас слушает Друг. — Коли так, то позвольте мне, как другу, открыть вам свою душу. Вы сказали, что там, на западе, лежит земля. Мы оба вскормлены морем, нам ничего не стоит спустить на воду эту шлюпку и под покровом ночи скрыться от преследователей задолго до того, как наше бегство будет зайечено. — И куда же мы направим свой челн? — К берегам Америки; там мы найдем не один укром¬ ный уголок, где можно скрыться. — И вы думаете,, человек, привыкший жить среди своих приспешников как король, согласится стать нищим в чужом краю? — Но у вас же есть золото! Разве здесь мы не полно¬ властные хозяева? Кто осмелится нам помешать, если мы сами пожелаем отказаться от власти, которой облечены? Не пройдет и половины вахты, как мы будем уже далеко. — Одни! Вы хотите, чтобы мы бежали одни? — Нет, не совсем. Бесчестьем будет, если мы, муж¬ чины, покинем женщин, оставив их в жестоких руках разбойников, от которых бежим. — А не будет ли бесчестьем, если мы, мужчины, по¬ кинем тех, кто слепо доверяется нам? Принять ваше пред- 710

ложение — значит стать негодяем. Пусть я давно преступ-» ник в глазах света, но стать предателем, изменить себе, нарушить клятву... Никогда! Настанет час, когда те, для кого это судно было целым миром, расстанутся, но-мы сделаем это открыто и по доброй воле, как подобает муж¬ чинам. Вы так и не знаете, что привело меня в Бостон, где мы встретились? — Нет, — ответил Уайлдер тоном глубокого разочаро¬ вания, ибо сладкая надежда на миг заставила биться его сердце. — Я расскажу вам. Один из преданных мне людей попался в лапы законников. Его необходимо было спасти. Я его недолюбливал, но по-своему он был честен и верен мне. Я не мог бросить его в беде, и никто, кроме меня, не сумел бы устроить его побег. Золото и хитрый план сде¬ лали свое дело; он снова с нами и воздает хвалу славному предводителю. Неужели я пожертвую добрым именем, которое завоевал с таким риском? — ¡Вы пожертвуете добрым мнением о вас негодяев ради того, чтобы возвыситься в глазах тех, чье одобре¬ ние — честь для нас. — Я в этом не уверен. Плохо же вы знаете человече¬ скую натуру, если никогда не слыхивали, что человек гор¬ дится даже дурной славой, если она все-таки слава. Кроме того, я не создан для той жизни, которую ведут ваши зависимые колонисты. — Стало быть, вы уроженец Англии? — О нет, сэр, я всего лишь жалкий провинциал, скромный сателлит могущественного солнца. Вы видели мои флаги, мистер Уайлдер; среди них не хватает только одного. О, ежели бы он существовал, этот флаг, — моя гордость, моя слава! Я защищал бы его кровью своего сердца! ^ Я вас не понимаю. —* Вы моряк, и мне нет нужды напоминать вам, сколько славных рек изливается в море с этих берегов, сколько там широких, удобных бухт, сколько белеет пару¬ сов, управляемых людьми, впервые увидевшими свет на этих широких и мирных землях. — Я знаю, как богата моя родина! — Боюсь, что нет, — с живостью возразил Корсар. —* Ежели бы вы и вам подобные знали ей цену, то флаг* 711