Колумб слишком хорошо знал горячий нрав юного графа, чтобы придавать значение его словам, а потому даже не ответил ему. Некоторое время они стояли молча, прислонившись к бизань-мачте, смотрели прямо перед собой и раздумывали о том, что их ждет впереди. Уже стемнело, фигуры вахтенных внизу на палубе казались смутными тенями, и лица невозможно было раз¬ личить. Матросы собрались в кучу и, судя по взволнован¬ ным, приглушенным голосам, опять заговорили про штиль и прочие подстерегающие их опасности. Силуэты «Пинты» и «Ниньи» четко вырисовывались на фоне усыпанного яр¬ кими звездами неба; паруса обвисли складками, а черные корпуса каравелл казались совершенно недвижимыми, словно они стояли на якорях в затоне какой-нибудь реки. Ночь была теплой и тихой; глубокое спокойствие дремлю¬ щего океана и поскрипывание мачт, напоминавшее по временам о судах, затерянных в необъятных пустынных просторах, придавали ей возвышенную торжественность. — Луис, вы не слышите — словно что-то трепещет там, на реях? — осторожно спросил Колумб. — Либо слух меня обманывает, либо это шелест крыльев. Но шелест такой легкий, что если это и птицы, то, вероятно, очень маленькие! — Вы не ошиблись, дон Христофор, — отозвался Луис. — Какие-то пичужки устроились на верхних реях, и размером они не более самых маленьких певчих птах, ка¬ кие бывают у нас... — Тш-ш-ш! — прервал его адмирал. — Слышите? Ка¬ кие веселые, звонкие голоса! Можно подумать, что мы с вами в апельсиновых рощах Севильи! Вот новое доказа¬ тельство обширности и единства нашего мира. Земля должна быть недалеко, иначе такие слабые и нежные со¬ здания не смогли бы сюда прилететь. Вскоре птичек заметили на палубе, и их радостный щебет успокоил простых матросов вернее самых точных математических расчетов, основанных на последних дости¬ жениях науки. — Говорил я тебе, что земля близко? — воскликнул Санчо, с торжеством обращаясь к своему постоянному противнику, Мартину Мартинесу. — А вот и доказатель¬ ство, которого не увидит разве что слепой! Слышишь, как заливаются эти лесные пташки? Разве усталые птицы могут так петь? Кажется, будто эти маленькие пернатые 265

разбойники слетелись на сладкую винную ягоду или на спелый виноград где-нибудь у нас в Испании, и пируют, и веселятся вовсю! — Санчо верно говорит!—поддержали его матросы. — И в воздухе пахнет землей! И море такое, словно мы в заливе! Слава нашему королю и милостивой • королеве, донье Изабелле! С этой минуты на каравеллах снова воцарились на¬ дежда и радость. Даже адмирал, глядя на крошечных и с виду таких слабых птичек, подумал, что земля близка. Позднейшие исследования показали, что, несмотря на столь веские соображения, Колумб в данном случае оши¬ бался. Люди часто недооценивают силу маленьких су¬ ществ или, наоборот, переоценивают мудрость их ин¬ стинкта. В действительности же маленьким легким птич¬ кам в океане, особенно в южных широтах, почти ничего не угрожает, в отличие от крупных, если только те не из породы водоплавающих. Скопления водорослей всегда служат местом отдыха, а то и кормежки для множества мелких птиц. Лесные птицы, конечно, не улетают так да¬ леко в океан, но иногда ураганные ветры и бури уносят за сотни миль от берегов даже могучих филинов. Кроме того, инстинкт частенько подводит животных: киты не¬ редко застревают на мелководье и птицы залетают го¬ раздо дальше, чем позволяют их силы. Но, каковы бы ни были причины появления пернатых обитателей рощ на мачтах «Санта-Марии», матросы успо¬ коились и развеселились. Ни один самый блестящий ор¬ кестр не смог бы доставить знатокам музыки такую глу¬ бокую и полную радость, какую испытывали простые моряки, прислушиваясь к щебету маленьких певцов. А когда они уснули, благодарные люди старались ничем не тревожить их покой. С восходом солнца пичужки защебетали еще веселее, а потом разом снялись с мачт и полетели на юго-запад. В тот день с утра был полный штиль, затем подул ве¬ тер, но такой слабый, что каравеллы с трудом продвига¬ лись через сплошные скопления водорослей, придававших океану сходство с заливным лугом. Появилось встречное западное течение, а к вечеру Санчо пробрался к адми¬ ралу с новым тревожным известием. — Матросы вбили себе в голову еще одну дурь, сеньор адмирал! — докладывал он. — Да такую чудную, что сразу 266

видно — они больше верят в чудеса, чем в самого бога! Мартин Мартинес, философ непревзойденный, когда хо¬ чет нагнать на себя и на других людей страх, теперь ходит и трезвонит, будто на дне этого моря полным^ полно затонувших островов, будто водорослей, которых, по правде говоря, и так хоть отбавляй, дальше начнет по¬ падаться еще больше, пока каравеллы совсем не застря¬ нут в них и уж тогда не смогут двинуться ни назад, ни вперед! — И люди этим глупостям верят? — сцросил Колумб. — Верят, сеньор дон адмирал, потому что гораздо легче найти таких, кто готов уверовать в любую неле¬ пицу, чем хотя бы одного, кто верит только в истину. К тому же матросы удручены: последние дни нам не ве¬ зет. Они думают, что это козни нечистого, который, надо полагать, не желает, чтобы ваша милость насаждала хри¬ стианскую веру во владениях великого хана, а потому преграждает нам путь в Катай. Безветрие тревожит мо¬ ряков, и даже про бедных птичек они говорят, будто их послал сам дьявол, чтобы завести нас туда, откуда мы уже не выберемся. Некоторые говорят, что скоро мы ся¬ дем на мель, да так и останемся навсегда посреди океана! — Ступай и прикажи готовиться к промерам глубины. Я докажу им, что они ошибаются. И пусть все соберутся на палубе, чтобы каждый сам убедился в своей глупости! Колумб повторил свой приказ кормчим, и за борт спу¬ стили лот1. Сажень за саженью лот-линь2 убегал под воду, увлекаемый в глубину свинцовым грузом, пока его не осталось ровно столько, чтобы можно было вытащить лот обратно. — Ну, видите, друзья? — спросил Колумб. — До ме¬ лей, которых вы так опасаетесь, более двухсот саженей, линя не хватило; значит, море здесь еще глубже! А вон — глядите! Видите кита? Он только что выбросил фонтан воды! Вы же знаете, что эти животные появ¬ ляются только вблизи больших островов или материков! Колумб не выдумывал — в те времена действительно так полагали. Появление кита пришлось весьма кстати: матросы охотно поверили адмиралу, сославшемуся на зна¬ комую им примету. 1 Л о т — грузило для измерения глубины. 2 Лох-линь=- тонкий, но прочный трос, на котором опус¬ кают лот. 267

Теперь-то мы знаем, что киты заходят в эту часть океана, потому что здесь, среди водорослей, они могут сытно кормиться; недаром лучшим местом для китобой- 11 ОГО промысла до последнего времени считалась так называемая ложнобразильская отмель, расположенная почти посредине Атлантики. Короче говоря, все эти свя¬ занные с привычками птиц и животных приметы, в кото¬ рые свято верили не только простые участники великого плавания, но и сам Колумб, на самом деле означали очень мало! Но что было спрашивать с мореплавателей той эпохи, только-только начинавших удаляться от берегов и совершенно не знакомых с тайнами открытого океана! Несмотря на мимолетные вспышки радости и надежды, моряков продолжали томить сомнение и страх. Те, кто возмущался с первых дней плавания, теперь пользова¬ лись малейшей возможностью, чтобы разжечь всеобщее недовольство. Поэтому утром в субботу 22 сентября, когда солнце снова взошло над неподвижными, застывшими водами, многие матросы собрались на палубе и решили еще раз потребовать от адмирала, чтобы он повернул каравеллы назад, на восток. — Сотни лиг мы шли попутным ветром, не зная до¬ роги!— кричали они. — А теперь зашли в, такое место, где ветра совсем не бывает! Здесь мы навеки застрянем среди морской травы или сядем на какой-нибудь затонув¬ ший остров и все погибнем от голода и жажды! Такого рода рассуждения были весьма характерны для той эпохи, когда даже самым образованным людям прихо¬ дилось с огромным трудом продираться сквозь заросли дремучего невежества, суеверий и предрассудков. Во что только люди не верили! В бога и в чудеса, в дьявола и в его козни, и любое явление объясняли вмешательством добрых сил — если дела шли хорошо, или пакостями не¬ чистого — если их преследовали неудачи. Но, к счастью для экспедиции, как раз в это время с юго-запада подул свежий ветерок, позволивший кара¬ веллам двинуться вперед сквозь скопления водорослей, которые внушали ужас матросам. Прежде всего надо было выбраться на чистую воду, поэтому флотилия свер¬ нула в первый же достаточно широкий просвет между нескончаемыми полями морских трав, и, лишь когда они остались позади, суда легли на желаемый курс, на¬ сколько это позволял ветер. 268