компасу точно на запад. С наступлением темноты кара¬ веллы легли на заданный курс и со скоростью до девяти узлов поплыли вслед за исчезнувшим солнцем, словно стремясь проникнуть, в тайны его ночного убежища и со¬ вершить то великое открытие, которое могло бы вознагра¬ дить \моряков за все их усилия. Сразу после перемены курса на судах пропели обыч¬ ную вечернюю молитву, которую в этих южных широтах частенько откладывали до того времени, когда уже нужно ложиться спать. Но в эту ночь никто не хотел расходить¬ ся, и Колумб ободрял матросов, напоминая об обещанной награде и о том, что они могут увидеть землю с часу на час. Слова адмирала не пропали даром: вся команда рассы¬ палась по каравелле, каждый избрал себе удобное место для наблюдений и приготовился бодрствовать, надеясь, что именно ему улыбнется счастье. Ожидание всегда тре¬ бует сосредоточенности, напряженные чувства жаждут тишины, поэтому на судне воцарилось полное молчание. Колумб не уходил с полуюта, а Луис, которого все это мало интересовало, растянулся на старом парусе, мечтая о Мерседес и представляя себе тот радостный миг, когда он ее снова увидит после успешного, славного плавания. Мертвая тишина на корабле придавала особую торже¬ ственность этой решающей ночи. Впереди на расстоянии одной мили скользила «Нинья», распустив все паруса, а еще на пол-лиги дальше можно было смутно различить силуэт «Пинты», которая, как всегда при свежем ветре, обогнала своих подруг. Санчо сам проверил каждый брас1 и шкот, и никогда еще «Санта-Мария» не шла так хоро¬ шо, как этой ночью. Казалось, все три каравеллы зарази¬ лись нетерпением моряков и старались изо всех сил! Временами снасти вдруг начинали гудеть от ветра, и матросы вздрагивали, словно до них доносились странные голоса таинственного нового мира. Всякий раз, когда крупные волны ударяли о борт корабля, люди напряжен¬ но вглядывались в темноту, с трепетом ожидая, что от¬ туда вот-вот полезут на палубу неведомые обитатели за¬ падных морей. 1 Брасы — снасти для поворота реев в горизонтальном на-» правлении. 302

Сам Колумб то и дело тяжко вздыхал и смотрел на за¬ пад* словно пытался сверхчеловеческим усилием проник¬ нуть взором сквозь ночную тьму. Вдруг он разом подался вперед, вглядываясь в какую-то точку над фальшбортом судна. Луис все это видел, лежа на своем парусе, а в сле¬ дующее мгновение услышал прерывающийся от волнения мужественный голос адмирала: — Педро Гутьерес... сеньор де Муньос... Луис — уж не знаю как вас еще называть, — проснитесь! Луис был уже на ногах. — Идите сюда, сын мой! продолжал Колумб. — Ска¬ жите, не обманывает ли меня зрение? Взгляните вон туда, чуть в сторону, — вы не видите там ничего не обычного? —г Я сейчас видел свет, огонек, неясный и мерцаю¬ щий, как от свечи. Кажется, он даже двигался, словно кто-то нес свечу в руках или плыл с ней по волнам. — Глаза не обманули вас! Но вы понимаете, что этот свет горел не на наших судах, потому что обе каравеллы находятся от нас впереди по носу? — Так что же означает этот свет, дон Христофор? — Землю! Огонь горел либо на далеком берегу и по¬ тому казался таким тусклым, либо на чужом судне, иду¬ щем вдоль берегов Индии! Внизу спит Родриго Санчес из Сеговии, ревизор 1 нашей эскадры, разбудите его, пусть поспешит сюда! Луис повиновался, и вскоре флотский ревизор уже стоял на полуюте подле адмирала. Прошло полчаса, но свет не загорался, затем он вспыхнул, словно далекий факел, мигнул раза два и окончательно погас. Об этом событии вскоре узнали все, но ни на кого оно не произ¬ вело такого большого впечатления, как на Колумба. — Это земля, — уверенно сказал он, обращаясь к окружающим. — Через несколько часов мы ее увидим. Можете радоваться и ликовать, ибо такие признаки не обманывают. В океане не бывает подобных огней, значит, и этот горел на берегу. По моим расчетам, он загорелся именно там, где и должна была оказаться суша, если земля шарообразна. При всем своем уважении к адмиралу матросы не чув¬ ствовали полной уверенности в успехе, однако надежда 1 Ревизор — офицер, ведающий хозяйственными делами и документацией. 303

увидеть с наступлением дня землю охватила всех. Боль¬ ше Колумб не произнес ни слова, и на каравелле опять воцарилось молчание. Через несколько минут все взоры в нетерпеливом ожидании были вновь прикованы к запад¬ ному горизонту. Каравеллы неслись вперед на всех пару¬ сах, пока внезапная вспышка не прорезала ночную тьму; затем со стороны «Пинты» докатился гул пушечного вы¬ стрела, приглушенный ветром и расстоянием. — Мартин Алонсо заговорил! — воскликнул адми¬ рал. — Ия уверен, что на сей раз не напрасно! Эй, кто там наверху на марсе? Кто хочет первым увидеть чудеса Индии? — Я, сеньор дон адмирал! — откликнулся Санчо. — Я здесь с самой вечерней молитвы! — Видишь ты что-нибудь на западе? Смотри зорко, ибо речь идет о великом открытии! — Ничего не вижу, сеньор! Вижу только, что на «Пинте» убавляют паруса. А вот и «Нинья» нагнала ее и делает то же самое! — Слава богу, это добрый знак! — воскликнул Ко¬ лумб. — Я не ошибся: Мартин Алонсо подал сигнал не напрасно! Когда догоним их, уберите все паруса, добрый Бартоломе! На борту «Санта-Марии» все пришло в движение. Еще с полчаса она шла полным ходом, пока, не поравня¬ лась с двумя другими каравеллами, кoтop¿Ie лежали в дрейфе на разных галсах1, как два скакуна, остывающие после горячей и долгой скачки. — Идите сюда, Луис! — позвал Колумб. — Насла¬ ждайтесь зрелищем, какого еще не видывал ни один ис¬ панский дворянин! Ночь была не очень темная, южное небо сверкало ми¬ риадами ярких звезд, и казалось, даже сам океан излу¬ чал какое-то смутное, неверное сияние. При таком осве¬ щении можно было различить выступающие над водой очертания предметов на много миль вокруг. Когда Луис взглянул налево по носу, куда указывал адмирал, он от¬ четливо увидел в нескольких лигах южнее флотилии кон¬ тур высокой горы. Склоны ее, постепенно понижаясь, сливались с темнотой на грани неба и океана, зато цен¬ 1 Г а л с — курс, направление судна' по отношению к ветру: левый галс —ветер слева; правый галс —справа. 304

тральная часть вырисовывалась так отчетливо, как может выглядеть ночью в океане только земля. — Смотрите, Индия перед вами! — воскликнул Ко¬ лумб. — Великая задача решена! Конечно, это всего лишь остров, но за ним близок и материк. Глава XXII Пройдешъ, судьбой храним отныне, По воздуху, иль по воде, Иль чрез пески любой пустыни,— И не заблудишься нигде. Б р а й н т Следующие два-три часа были заполнены самым тре¬ петным и напряженным ожиданием. Каравеллы, убрав почти все паруса, держались на близком, но безопасном расстоянии от еще погруженных во мрак берегов, напоми¬ ная эскадру, которая лениво лавирует на знакомом рейде, ни о чем не заботясь и никуда не спеша. Когда каравеллы случайно оказывались рядом, матросы обмени¬ вались чистосердечными поздравлениями, однако ника¬ кие шумные восторги не нарушали величия этой ночи. Торжество мореплавателей было слишком глубоким, чтобы выражать его громкими криками радости. Колумб хранил молчание. То, что он испытывал, было трудно высказать словами; сердце его сжималось от восторга и благодарности. Он верил, что находится у восточных берегов Азии, к которым проложил Западный путь через океан, и ожидал с восходом солнца увидеть перед собой все великолепие и роскошь неизвестной да¬ лекой страны, столь красочно описанной Марко Поло и другими путешественниками. Наверняка он знал только одно: какой-нибудь из близлежащих островов должен быть обитаем, а все остальное тонуло в хаосе самых неле¬ пых и причудливых предположений. Правда, ветер доно¬ сил до каравелл ароматы земли, и теперь уже два чув¬ ства — зрение и обоняние — свидетельствовали о том, чти мореплаватели достигли цели. Но вот долгожданный рассвет приблизился, и небо на востоке начало бледнеть, предвещая восход. По мере того как светлела синева небес и океана, очертания острова' 305

становились все отчетливее, яснее; скоро уже можно было разглядеть прибрежные скалы, отдельные группы деревь¬ ев, прогалины между ними, пока наконец весь остров не предстал перед моряками в голубовато-серой утренней дымке. Затем первый солнечный луч позолотил его вер¬ шины, углубил между ними тени, и тогда стало очевидно, что открытая ими земля представляет собой небольшой, но привлекательный остров, почти сплошь покрытый гус¬ тыми зарослями. Берег был низменный, однако довольно удобный, а людям, которые вообще не надеялись больше увидеть землю, он показался сущим раем! Вид матери-земли всегда веселит моряков после долгого плавания, когда вокруг только волны да небо и не на чем остановить глаз, а тем, кто в отчаянии уже отрешился от встречи с нею, земля кажется трижды прекрасной и благословенной, ибо она возвращает им жизнь. Исходя из местоположения острова, Колумб заключил, что ночью они миновали еще один остров, тот самый, где был замечен огонь. Зная курс, которым шли каравеллы Колумба, сейчас можно почти с полной уверенностью ска¬ зать, что он не ошибся. Едва взошло солнце, из леса начали появляться остро¬ витяне. С удивлением смотрели она на невиданные чу¬ дища, принимая каравеллы за какие-то божества. Вскоре маленькая эскадра стала на якорь, и Колумб сошел на берег, чтобы вступить во владение островом от имени короля Арагонского и королевы Кастильской. Совершилось это со всей торжественностью, доступной морякам. Первым ступил на землю адмирал в ярко-крас¬ ном мундире, с королевским штандартом в руках; за ним Мартин Алонсо и Висенте Яньес несли знамена с изобра¬ жением символа экспедиции — креста между буквами «Ф» и «И», инициалами Фердинанда и Изабеллы. Когда церемония закончилась, Колумб возблагодарил небо за удачу, а затем хотел приступить к осмотру, чтобы определить значение своего открытия, но это ему не уда¬ лось. Его обступили со всех сторон, засыпали поздравле¬ ниями и восторженным!! похвалами, которые так не вяза¬ лись с недавним злобным ропотом, упреками и недове¬ рием. Сцена эта часто приводится как образец людского непостоянства: лишь недавно Колумба считали бесстыд¬ ным, алчным авантюристом, а теперь стали смотреть на 306