— Наконец-то счастье улыбнулось мне! — воскликнул он. — Как вы добры, Сесилия! Больше, чем я заслуживаю, и гораздо больше, чем я ожидал. Но вы не одна... — Со мной моя кузина Кэт. Это ее проницательные глаза узнали вас, и она любезно согласилась сопровождать меня, чтобы уговорить вас... нет, чтобы помочь вам бежать! Ибо это просто безумие, Гриффит, так испытывать свою судьбу. — Разве я напрасно испытывал ее?.. Мисс Плауден, к вам обращаюсь я за ответом и оправданием. На лице Кэтрин отразилось неудовольствие, но после минутного колебания она ответила: — Готова служить вам, мистер Гриффит! Я вижу, что ученый капитан Барнстейбл не только сумел разобрать мой каракули, но и счел возможным показать мое письмо всем желающим. — Теперь вы несправедливы к нам обоим, — сказал Гриффит. — Разве он мог не показать мне план, в котором мне суждено было играть главную роль? — Ах! Видно, ваши оправдания так же послушно яв¬ ляются на ваш зов, как и ваши матросы, — ответила моло¬ дая девушка. — Но как это вышло, что герой «Ариэля» посылает заместителя, чтобы выполнить долг, лежащий на нем самом? Разве ои имеет обыкновение довольствоваться второй ролью? — Боже упаси, чтобы вы так дурно подумали о нем хотя бы на миг! Мы в большом долгу перед вами, мисс Плауден, по у нас есть и другие обязанности. Вы знаете, что мы служим нашему общему отечеству и у нас есть начальник, воля которого для нас закон. — Тогда возвращайтесь, мистер Гриффит, пока можно, на службу нашей истекающей кровью стране, — сказала Сесилия. — И, после того как общие усилия ее храбрых сынов изгонят из ее пределов врага, будем надеяться, что наступит время, когда мы с Кэтрин вернемся в наши род¬ ные дома. — А подумали вы, мисс Говард, насколько может ра¬ стянуть это время могущественная армия английского ко¬ роля? Мы победим! Народ, который борется за самые свя¬ щенные свои права, не может не победить. Но разбить Англию — это не одного дня дело для бедного, разбросан¬ ного по обширной территории и разорённого народа. Ко¬ нечно, вы забыли, мисс Говард, что, уговаривая меня 525

покинуть вас при таких обстоятельствах, вы отнимаете у меня всякую надежду. — Мы должны положиться на волю божью, — ответи¬ ла Сесилия. *— Но у вас есть руки и опыт, Гриффит, кото¬ рые могут сослужить нашей родине большую службу. Не растрачивайте же свои силы в призрачных заботах о лич¬ ном счастье, пользуйтесь минутой возможности и возвра¬ щайтесь на корабль, если действительно он еще в безопас¬ ности. Забудьте на время это безумное предприятие и ту, ради которой вы на него решились! — Я не ожидал такого приема, — сказал Гриффит. — Хотя я сегодня оказался в вашем присутствии случайно, а не намеренно, я все-таки надеялся, что, когда мне будет суждено вновь увидеть фрегат, вы, Сесилия, будете рядом со мной. — Вы не должны упрекать меня, мистер Гриффит, за свое разочарование, ибо я никогда не говорила ни слова, которое дало бы вам право думать, что я согласна поки¬ нуть моего дядю. — Мисс Говард не найдет меня дерзким, если я на¬ помню ей, что было время, когда она не считала меня не¬ достойным заботы о ней и ее счастье. Яркий румянец залил лицо Сесилии, когда она отве¬ тила: — Я и сейчас не считаю этого, мистер Гриффит. Но вы поступили хорошо, указав мне на мою прежнюю слабость, потому что воспоминание о былом безрассудстве только укрепляет меня в моей решимости... — Нет! — прервал ее пылкий влюбленный. — Если я хотел упрекнуть вас или питал хвастливую мысль, го¬ ните меня как недостойного вашей благосклонности на¬ всегда! — Я прощаю вам эти грехи легче, чем себе свое Лег¬ комыслие, — сказала Сесилия, — но, с тех пор как мы ви¬ делись в последний раз, произошло слишком много такого, что не позволяет мне повторить столь опрометчивый по¬ ступок. Во-первых, — продолжала она, приветливо улы¬ баясь, — я стала на целый год старше и умнее. Во-вторых, и это, возможно, самое главное, тогда мой дядя был окру¬ жен своими старинными друзьями и родственниками, а здесь он совсем одинок. И, хотя он находит некоторое утешение в том, что поселился в доме, где обитали его предки, все же он бродит по мрачным коридорам, как чу¬ 526

жой, и за все это ему остается лишь слабая замена утра¬ ченного — ласка и привязанность той, кого он любит и растит с детства. — Однако он противится вашему сердечному влече¬ нию, Сесилия, если только мое глупое тщеславие, позво¬ лявшее мне надеяться, не обмануло меня — о, я мог бы сойти от этого с ума! В ваших политических взглядах вы тоже с ним резко расходитесь. А мне кажется, что не мо¬ жет быть счастья там, где нет общих чувств. — Есть одно, очень сильное, — возразила мисс Го¬ вард, — это родственная любовь. Он добрый, любящий и, когда не гневается на какой-нибудь дурной поступок, снисходительный дядя и опекун, а я дочь его брата Гарри. Нелегко разорвать такую связь, мистер Гриффит. И, так как мне не хочется видеть вас безумным, я не до¬ бавлю, что ваше тщеславие вас обмануло. Да, да, Эдуард, вполне возможно питать двойную привязанность и выпол¬ нять свой долг перед двумя людьми. Я никогда не согла¬ шусь покинуть дядю одного в стране, образ правления которой он так слепо чтит. Вы не знаете Англии, Гриф¬ фит! Она смотрит на своих детей, явившихся из колоний, с холодным недоверием и надменностью, как ревнивая мачеха, которая редко ласкает неродных детей. — Я знал Англию в мирное время, знаю ее и во время войны! — гордо ответил молодой моряк. — И могу доба¬ вить, что она надменный друг и непримиримый враг, А сейчас она вступила в борьбу с теми, кто требует у нее только открытого моря. Однако ваше решение заставляет меня явиться к Барнстейблу с худыми вестями. — Нет, — сказала Сесилия улыбаясь, — я не хочу го¬ ворить за других, которые не связаны с полковником уза¬ ми близкого родства и одержимы неприязнью к этой стра¬ не, ее народу, ее законам, хотя совсем в них не разбира¬ ются. —* Разве мисс Говард наскучило видеть меня в стенах этого дома? — спросила Кэтрин. — Но тише! Кажется, кто-то идет по галерее... Затаив дыхание они прислушались, и действительно вскоре до их слуха донеслись приближающиеся шаги. Раз¬ дались голоса, а затем завязался разговор, отчетливо слышный в каморке Гриффита. — Да, у него военная осанка, Питерс, из него выйдет славный солдат. Ну-ка, отвори дверь I 527

— Это не его комната, ваша честь, — ответил напуган¬ ный часовой. — Он находится в последней комнате по ко¬ ридору. — Откуда тебе это известно? Ну-ка, достань ключ и открой! Мне все равно, кто где спит. Может быть, я за¬ вербую всех троих. Последовала страшная минута неизвестности, затем часовой ответил на этот властный приказ: — Я думал, ваша честь хочет видеть того, кто в чер¬ ном галстуке, и поэтому оставил все остальные ключи в том конце коридора, но... — Экий дуралей! Часовой, как и тюремщик, всегда обязан иметь ключи при себе. Ну, ступай, отвори дверь того, кто так хорошо равнялся'направо! Когда сердце Кэтрин стало биться немного ровнее, она сказала: — Это Борроуклиф. Он так пьян, что даже не заметил ключа, оставленного нами в дверях. Но что теперь делать? В нашем распоряжении не больше минуты. — На заре, — быстро сказала Сесилия,—^ пришлю сюда мою служанку под предлогом передачи вам еды... — Ради меня не нужно рисковать, — прервал ее Гриф¬ фит. — Едва ли нас задержат, а если это и сделают, Барнстейбл находится неподалеку с такими силами, что все эти рекруты разбегутся на все четыре стороны. — Но это приведет к кровопролитию и ужасным сце¬ нам! — воскликнула'Сесилия. — Тише! — предупредила Кэтрин. — Они опять идут сюда! Кто-то остановился возле их двери и тихонько отворил ее; показалось лицо часового. — Капитан Борроуклиф делает обход, и я даже за; пятьдесят гиней не согласился бы оставить вас здесь хоть на минуту. — Еще одно слово, — сказала Сесилия. — Ни полслова, миледи, ради бога! — взмолился сол¬ дат. — Леди, которая была в соседней комнате, ждет вас; Пожалейте мою бедную голову и уходите туда, откуда пришли! Отказать ему было невозможно. Они направились к двери. — Молодой человек, — громко сказала Сесилия Гриф¬ фиту, покидая комнату, — я пришлю вам утром еду и 528