Весьма возможно, что бой окончился бы совсем не так, как можно было ожидать по его течению, если бы на корму тендера в эту минуту не вылезла прямо из моря исполинская фигура с гарпуном в руке. Это был Длинный Том, бронзовое лицо которого горело яростью от перене¬ сенной неприятности, а седеющие волосы слиплись от морской пены, из которой он вышел, как Нептун со своим трезубцем К Не говоря ни слова, он прицелился и, с силой метнув гарпун, пригвоздил несчастного англичанина к мачте его же судна. — Берегись! — закричал Том, после того как пустил в ход свой гарпун, и, схватив мушкет убитого матроса, начал наносить страшные по силе удары прикладом по всем, кто к нему приближался, совершенно пренебрегая прикрепленным к дулу штыком. Несчастный командир «Быстрого» еще продолжал не¬ истово потрясать шпагой и страшно вращать глазами, корчась в смертельной агонии. Затем голова его безжиз¬ ненно упала на залитую кровью грудь, и он повис на мач¬ те, к невыразимому ужасу его экипажа. Несколько англи¬ чан стояли как прикованные, не в силах оторваться от этого чудовищного зрелища, но большинство из них броси¬ лись на нижнюю палубу или спешили укрыться в укром¬ ных уголках судна, предоставив американцам свободно овладеть «Быстрым». Две трети экипажа тендера были убиты или ранены в этой короткой стычке, но и Барнстейбл одержал победу ценой жизни многих достойных людей. Правда, первый взрыв ликования заставил временно забыть о жертвах. Громкие радостные крики ознаменовали торжество побе¬ дителей. Когда же все стихло и люди пришли в себя, Барнстейбл отдал приказания, которых требовали гуман¬ ность и долг. И, пока разводили суда, уносили раненых и убирали убитых, победитель шагал по палубе тендера, погруженный в глубокое раздумье. Он часто подносил руку ко лбу, почерневшему от копоти и забрызганному кровью, потом приглядывался к огромному облаку дыма, все еще висевшему надчхудами, как густой морской туман.. О принятом им решении- он немедленно объявил экипажу. — Спустить все наши флаги! — приказал он. — Под- 1 Нептун —в римской мифологии бог моря, повелевающий волнами; волшебный трезубец — символ его власти» 584

пять снова на «Быстром» английский флаг и повесить вра¬ жеский флаг на «Ариэле»! Появление всего неприятельского флота на расстоянии пушечного выстрела не вызвало бы среди победителей такого удивления, как это странное приказание. Озадачен¬ ные моряки прервали свои занятия, чтЬбы посмотреть на эту поразительную смену флагов — эмблем, на которые они привыкли смотреть с большим уважением. Но никто не решился открыто высказаться по поводу этой процеду¬ ры, за исключением Длинного Тома, который стоял на шканцах захваченного судна, выпрямляя согнувшийся конец своего гарпуна с таким старанием и заботой, будто без этого оружия нельзя было удержать за собой победу. Услышав приказ командира, Том, как и другие, бросил работу и, нимало не смущаясь, тотчас высказал свое не¬ удовольствие. — Если англичане чем-нибудь недовольны и полагают, ^то игра была нечестной, — пробормотал старый руле¬ вой, — давайте начнем все сначала, сэр. Правда, людей у них маловато, но они могут отправить на берег шлюпку за этими ленивыми гадами солдатами, которые пялят на нас глаза, а сами похожи на красных ящериц, ползающих по песку. Сразимся с ними еще раз! Но, черт меня возьми, я не знаю, зачем нам снова колотить их, если все сводится на нет! — Что ты там ворчишь, как норд-ост, старая камба¬ ла? — спросил Барнстейбл. — Подумай о наших друзьях и соотечественниках, которые остались на берегу! Неуже¬ ли мы оставим их для виселицы или тюрьмы? Рулевой выслушал его с сосредоточенным видом, а потом так ударил себя по мускулистой ляжке, что хлопок прозвучал, как пистолетный выстрел. — Теперь мне понятно, сэр! Вы думаете, что эти крас¬ ные мундиры взяли мистера Гриффита на буксир? Тогда ведите шхуну на мелководье, капитан Барнстейбл, станьте на якорь в таком месте, где можно будет навести на них длинную пушку, а потом дайте мне вельбот и пять-шесть человек в помощь — только у них должны быть длинные ноги на тот случай, если им придется пешком прогуляться по морю, прежде чем я подберу их на борт! — Дурья голова! Неужели ты думаешь, что пять- шесть человек справятся с пятьюдесятью вооруженными солдатами? 585

— «Солдатами»! — распаляясь, повторил Том и щелк¬ нул пальцами с невыразимым презрением. — Один кит может убить тысячу вооруженных солдат! А вот человек, который убил целую сотню китов!ткнул он себя в грудь. — Ах ты, старый дельфин! Ты что, стал хвастуном на старости лет? — Если человек говорит правду, которая записана в вахтенном журнале, сэр, это не хвастовство. Но, если ка¬ питан Барнстейбл думает, что у старого Тома Коффина рупор вместо головы, пусть только он разрешит ему спу¬ стить на воду вельбот! — Нет, нет, мой старый учитель! — ласково сказал Барнстейбл. — Я знаю тебя слишком хорошо, брат Неп¬ туна! Но, может быть, нам удастся пустить пыль в глаза англичанам, если мы некоторое время походим под их флагом, пока не представится случай помочь нашим зем¬ лякам, попавшим в беду. Рулевой покачал головой и на минуту задумался, а затем, словно озаренный новой мыслью, воскликнул: — Да-да, сэр, это настоящая философия, чистая, как синяя морская вода, и такая же глубокая! Пусть эти гады пока растягивают рот хоть до ушей! Когда они узнают правду, у них челюсть упадет до галстука! Эта мысль утешила рулевого, и работа по устранению повреждений и приведению «Быстрого» в порядок пошла своим чередом, без дальнейшего вмешательства с его стороны. Немногих пленных, которые не были ранены, быстро переправили на «Ариэля». Присутствуя при этом, Барнстейбл услышал необычный шум в одном из люков, откуда двое матросов вытаскивали человека, поведение и внешность которого указывали на то, что он охвачен пре¬ зренным страхом. Оглядев эту странную личность, лейте¬ нант на миг застыл в изумлении, а затем воскликнул: — Кто это? Какой-то любитель сражений? Скорее всего, любознательный штатский, который вызвался слу¬ жить королю, а попутно и себе, написав картину или книгу. Скажите, сэр, какую должность вы занимали на этом судне? Пленник покосился на допрашивавшего, в котором он предполагал встретить Гриффита, но, убедившись, что этого человека видит впервые, сразу обрел некоторую уверенность. 58в

— Я очутился здесь случайно, — ответил он. — Я был на тендере в то время, когда его покойный командир ре¬ шил напасть на вас. Он мог высадить меня на берег, но я надеюсь, что это сделаете вы. Ваше предположение о том, что я штатский... — ...совершенно справедливо, — перебил его Барн¬ стейбл. — Не нужно и подзорной трубы, чтобы в этом убе¬ диться. Однако по некоторым веским причинам... Он остановился, заметив знак, поданный ему Мерри, который с жаром прошептал ему на ухо: — Это мистер Диллон, родственник полковника Го¬ варда! Я часто видел, как он тащился в кильватере моей кузины Сесилии. — Диллон! — воскликнул Барнстейбл, потирая от удо¬ вольствия руки. — Кит Диллон? «Длинная физиономия с черными глазами и кожей такого же цвета»? Он немного побелел от страха, но сейчас это добыча, которая стоит двадцати тендеров! Разговор шел вполголоса и на некотором расстоянии от пленника, к которому Бранстейбл теперь приблизился. — Политические соображения, — сказал.лейтенант, — ^ а следовательно, и долг службы вынуждают меня задер¬ жать вас на некоторое время, сэр! Но мы поделимся с вами всем, чем располагаем, чтобы облегчить вам тягость пре¬ бывания в плену. Не дожидаясь ответа, Барнстейбл поклонился Диллону и отвернулся от него, чтобы надзирать за работами на судах. Вскоре ему доложили, что все готово. «Ариэль» и «Быстрый» повернули и медленно пошли вдоль берега по направлению к той бухте, откуда утром вышел тендер. Когда они приблизились к берегу, солдаты на утесах огла¬ сили воздух радостными криками, и Барнстейбл, указывая им издали на английские флаги, развевавшиеся по ветру на мачтах, заставил свой экипаж ответить самым сердеч¬ ным образом. Так как расстояние и отсутствие шлюпок не позволяли узнать' остальные подробности, солдаты, погля¬ дев еще некоторое время вслед удаляющимся судам, ушли с утесов и вскоре исчезли из глаз отважных моряков. Про¬ ходил час за часом томительного плавания, сопровождав¬ шегося борьбой с неблагоприятным течением, и короткий день уже клонился к вечеру, когда они приблизились ко входу в бухту, уготовленную им самой судьбой. Во время одного из многочисленных поворотов тендер, где продол- 587