детельствовать, что мы уже удалялись с поля битвы, когда явилось это подкрепление, если оно окажется таковым. — Мы охотно подтвердим, сэр, что именно вы одер¬ жали над нами победу, — сказал Гриффит, тревожно по¬ глядывая в ту сторону, откуда приближались звуки, и ожидая, что из чащи вместо неприятельского отряда по¬ кажется заблудившийся лоцман. — Прокладывай дорогу, Цезарь! — крикнул кто-то неподалеку от них. — Руби, Помпей, этот проклятый плющ справа от меня! Спешите, молодцы, иначе мы даже не понюхаем порохового дыма. — Хм! —усмехнулся капитан, снова приняв невозму¬ тимый вид. — Должно быть, перед нами римский леги¬ он проснувшийся после семнадцати веков сна, а это го¬ лос центуриона2. Остановимся, мистер Дрилл, и посмот¬ рим, как маршируют древние!.. Не успел еще капитан договорить, как из лесной ча¬ щи на поляну, где Борроуклиф остановил свой отряд, вырвались запутавшиеся в кустах, обвешанные мушке¬ тами два негра, а за ними — полковник Говард. Лишь после того как старик оправил на себе платье и вытер с лица пот, выступивший от непривычных усилий, он заметил, что отряд капитана сильно возрос в числе. — Мы услышали вашу стрельбу, — воскликнул пол¬ ковник, усердно действуя платком, — и я решил высту¬ пить вам на подмогу! Вовремя сделанная вылазка сни¬ мала не одну осаду, хотя если бы Моикольм 3 спокойно си¬ дел в своем замке, равнины Абрагама никогда не обагри¬ лись бы его кровью. — Он поступил, как и подобало солдату, по всем пра¬ вилам военного искусства, — заявил Мануэль. — И, если бы я сегодня последовал его примеру, дело, верно, при¬ няло бы совсем иной оборот. — Это кто такой? — удивился полковник. — В таком платье — и осмеливается судить о сражениях и осадах! — Это dux incognitorum4, мой достойный хозяин, — 1 Римский легион — войсковое соединение в римской армии. Его численность колебалась от пяти до шести тысяч че¬ ловек. 2 Центурион — командир подразделения в .древнеримском легионе. 3 Монкольм — французский генерал, погибший в 1759 году во время вылазки из осажденного англичанами Квебека. 4 Dux incognitorum (лат.) — здесь: вождь непризнанных. СОУ

ответил Борроуклиф, — что на английском языке означа¬ ет «капитан морской пехоты на службе у американского Конгресса». — Как! Значит, вы встретились с неприятелем? И, клянусь славой бессмертного Вулфа, захватили вра¬ гов в плен! — вскричал обрадованный старик. — Я поспе¬ шил к вам на помощь с частью моего гарнизона, ибо ви¬ дел, что вы пошли в том направлении, и даже слышал несколько выстрелов... — Несколько? — прервал его победитель.— Я не знаю, что вы понимаете под «несколько», мой отважный старый друг. Возможно, во времена Вулфа вы палили друг в дру¬ га по целым неделям, но мне тоже доводилось видеть добрую стрельбу, и я знаю толк в таких делах. В сраже¬ ниях на Гудзоне трескотня мушкетов напоминала бара¬ банный бой. Но это уже позади, теперь остались лишь вос¬ поминания. А вот эта схватка была самой отчаянной из 610

всех, в которых я когда-либо участвовал. Лес завален те¬ лами убитых, а мы, как вы можете убедиться, взяли с со¬ бой только нескольких тяжелораненых. — Господи боже! — воскликнул удивленный ста¬ рик. — На расстоянии выстрела от моего дома творятся такие дела, а я ничего не знаю! Эх, старость, старость! А ведь было время, когда первый же выстрел пробуждал меня от самого крепкого сна. — От штыка шума не бывает, — ответил невозмути¬ мый капитан, сделав выразительный жест. — Это ору¬ жие — гордость англичан, и опытный офицер знает, что один штыковой удар стоит огня целого взвода. — Как! Вы ходили в штыки? — изумился полков¬ ник. — Клянусь богом, мой отважный молодой друг, я не пожалел бы двадцати мешков рису и двух здоровых нег¬ ров, чтобы посмотреть на это сражение! — Наблюдать такое зрелище бесспорно приятно, — подтвердил капитан,—и на сей раз для завоевания победы нам не потребовался Ахиллес. Я взял в плен всех остав¬ шихся в живых — по крайней мере, всех, кто ступил на английскую землю. — А тендер расправился со шхуной! — добавил пол¬ ковник Говард. — Да окончится так всякий бунт!.. Однако где Кит? Где мой родственник мистер Кристофер Дил¬ лон? Мне бы хотелось спросить у него, чего законы нашей страны требуют в подобных случаях от верных поддан¬ ных. Теперь будет чем заняться присяжным Миддлсекса, капитан Борроуклиф, если только это не входит в полно¬ мочия самого министра. Где мой родственник Кит? По¬ слушный, рассудительный, верный Кристофер? — Кацик non est как говаривал судебный пристав об умных малых в нашем полку, когда их присутствие было особенно желательно, — ответил капитап. — Дра¬ гунский корнет дал мне понять, что его провинциальное лордство соизволило отправиться на тендер, дабы сооб¬ щить о местопребывании неприятеля, и осталось там, деля с моряками опасность и славу баталии. — Да, это похоже на него! — воскликнул полковник, радостно потирая руки. — Это похоже на него! При зву¬ ке воинских труб он забыл о судебных делах, о своих мирных занятиях, забыл о том, что готовился стать госу¬ 1 N о n est (лат.) — здесь: отсутствует. 611

дарственным деятелем, и с горячностью и легкомыслием молодости бросился в бой! — Кацик — человек осторожный, — сухо заметил Борроуклиф, — и, разумеется, вспомнит о своих обязан¬ ностях перед потомством и самим собой, когда встретится лицом к лицу с опасностью. Но я удивляюсь, что его до сих пор нет, потому что шхуна уже давно спустила флаг, — я видел это своими глазами. — Извините меня, джентльмены, — сказал Гриффит, не в силах сдержать волнение, — но я невольно слышал вашу беседу и надеюсь, что вы не сочтете нужным скрыть правду от безоружного пленника. Вы говорите, что сего¬ дня утром взята в плен какая-то шхуна? — Совершенно верно, — ответил Борроуклиф с таким добродушием и деликатностью манер, которые делали честь его добросердечию, — но я воздержался сообщить вам об этом, ибо решил, что с вас хватит и ваших собст¬ венных огорчений. Мистер Гриффит, этот джентльмен — полковник Говард, гостеприимством которого вам придется воспользоваться, прежде чем мы расстанемся. — Гриффит! — с живостью подхватил полковник. — Гриффит! Какое зрелище представляется глазам моим! Сын почтенного, отважного, верного Хыо Гриффита взят в плен с оружием в руках, поднятым им против своего короля! Ах, молодой человек, молодой человек! Что ска¬ зал бы твой честный отец, что сказал бы его лучший друг, мой бедный брат Гарри, если бы господь привел им дожить до этого дня и стать свидетелями такого жгуче¬ го позора, такого несмываемого пятна на чести твоей фа¬ милии? — Будь мой отец сейчас жив, он тоже боролся бы за независимость своей родины! — гордо возразил молодой человек. — Но я хотел бы отнестись с уважением даже к предрассудкам полковника Говарда и поэтому прошу его не заговаривать со мной о вопросах, в которых мы никогда не придем к согласию. — Никогда, доколе ты будешь в рядах мятежников! — вскричал полковник. — О юноша, как нежно любил бы я тебя, если бы умение и знания, приобретенные тобой на службе у короля, были отданы теперь защите его неотъ¬ емлемых прав! Я любил твоего отца, почтенного Хью, не меньше, чем своего родного брата Гарри... <= И сын его, должно быть, еще дорог вам, — перебил Ы2

его Гриффит, взяв двумя руками руку полковника, кото¬ рую тот нерешительно ему протянул. — Ах, Эдуард, Эдуард! — смягчившись, продолжал старик. — Сколько славных надежд моих погибло от тво¬ его своенравия! Как ни благоразумен и верен Кит, а все же едва ли я мог бы быть так же благосклонен к нему, как к тебе. Ты так похож лицом и улыбкой на отца, Нед, что, если бы не твоя измена, я отдал бы тебе все, чего бы ты ни пожелал... даже Сесилию, шаловливую и нежную, непокорную и ласковую, привязчивую и добрую Сеси¬ лию, которая навсегда стала бы соединительным звеном между нами. Молодой человек взглянул на неторопливого Борроук- лифа, который, поняв намек, мог бы последовать за солда¬ тами, уносившими раненых в сторону монастыря, и отве¬ тил, давая выход своим чувствам: — Да, сэр, пусть это будет концом наших разногласий! Ваша прекрасная племянница будет таким звеном, а вы сами станете для меня и для Сесилии тем, кем был бы ваш друг Хыо, будь он жив. — Юноша, юноша, — сказал старик, отворачиваясь, чтобы скрыть волнение, исказившее его лицо, — слова твои напрасны! Я уже дал слово моему родственнику Киту, и сейчас твои надежды неосуществимы. — Нет ничего неосуществимого, сэр, для молодости и смелости, когда на помощь им приходят старость и опытность, — ответил Гриффит. — Эта война скоро окон¬ чится. — Эта война? — вскричал полковник, вырывая свою руку. — Разве это война, молодой человек? Это гнусное покушение на права нашего всемилостивейшего монарха, это попытка посадить на королевский трон тиранов, взращенных в конурах! Затея возвысить злодеев за счет добрых людей! Попытка поощрить преступное честолю¬ бие под маской священной свободы и под громкие крики о равенстве! Как будто свобода может существовать вне порядка! Как будто мыслимо равенство прав там, где привилегии государя не столь же священны, как и права народа! — Вы слишком сурово судите нас, полковник Го¬ вард! — сказал Гриффит. — Я не сужу вас! — перебил его старый воин, кото¬ рый к этому времени решил, что юноша ничуть не напо- 613