ная его внезапным появлением после столь долгого отсут¬ ствия, мысли девушек занялись более вопросом о том, ка¬ кие последствия для других будет иметь его арест, нежели заботой о положении самого молодого гардемарина. Укрыв¬ шись от посторонних взоров, сестры открыто предались своим чувствам, каждая сообразно своему темпераменту. Кэтрин в лихорадочном возбуждении ходила взад и вперед по комнате, а мисс Говард, спрятав лицо за локонами роскошных темных волос и прикрыв тонкой рукой глаза, по-видимому, пыталась сосредоточиться и обдумать все бо¬ лее спокойно. — Барнстейбл, должно быть, находится недалеко, —■ после некоторого молчания заговорила Кэтрин. Он нико¬ гда не послал бы сюда этого юношу одного! Сесилия подняла кроткие голубые глаза на двоюрод¬ ную сестру и сказала: — Сейчас приходится отказаться от всяких мыслей об обмене. Пленных, вероятно, задержат как заложников, чтобы они отвечали за смерть Диллона. — А ты веришь, что этот несчастный умер? Быть мо¬ жет, это просто угроза, хитрость, придуманная мальчиш¬ кой? Он дерзок и в случае необходимости умеет говорить и действовать мужественно. — Диллон умер! — повторила Сесилия, в ужасе снова закрыв руками лицо. — Глаза этого юноши, все выражение его лица подтвердили его слова. Боюсь, Кэтрин, когда ми¬ стер Барнстейбл узнал об измене Диллона, он позволил своему негодованию взять верх над благоразумием. Быть может, жестокие обычаи войны и оправдывают такое страшное мщение врагу, но Барнстейбл не должен был за¬ бывать о том, в каком положении находятся его друзья. — Мистер Барнстейбл не сделал ничего подобного, мисс Говард! — сказала Кэтрин; она остановилась и гордо подняла голову. — Он одинаково не способен хладнокровно умертвить врага и покинуть друга в беде! — Но возмездие военные люди не считают и не назы¬ вают убийством. — Думайте что хотите, называйте это как хотите, Се¬ силия Говард, но я жизнью ручаюсь, что Ричард Барн¬ стейбл не способеп пролить кровь врагов своего отечества иначе, как в бою! — Несчастный мог пасть жертвой ярости ужасного матроса, который увел его отсюда пленником. 687

— У этого ужасного матроса, мисс Говард, сердце столь же доброе, как и у вас. Он... — Пожалуйста, Кэтрин, — перебила ее Сесилия, -1- не говори со мной таким тоном! Нам и без того тяжело, а мы еще будем ссориться. — Я не ссорюсь с тобой, Сесилия. Я просто защищаю того, моя кузина, кто сейчас отсутствует и не может снять с себя твои несправедливые подозрения. — Скажи лучше «сестра», — возразила мисс Говард, и они взялись за руки, — ибо разве мы не настоящие сестры? Но давай поговорим о чем-нибудь менее страшном. Бедный Диллон! Теперь, когда его постигла столь печальная участь, мне он кажется даже не таким хитрым и лживым,, как мы его считали. Ты согласна со мной, Кэтрин, я вижу это по твоему лицу. Больше мы не будем об этом гово¬ рить... Кэтрин, что ты там видишь? Мисс Плауден, отпустив руку Сесилии, снова начала ходить по комнате, теперь уже более спокойно. Но, когда она завершала первый круг по комнате, взгляд ее упал на открытое окно, и на лице ее появилось выражение напря¬ женного внимания. Лучи заходящего солнца зажгли блес¬ ком ее темные глаза, не отрывавшиеся от какого-то дале¬ кого предмета, и сделали еще более ярким румянец, про¬ ступивший на щеках и висках. Такая внезапная перемена в манерах и внешнем виде подруги не могла укрыться от взгляда Сесилии, почему она и прервала свою речь приве¬ денным выше взволнованным вопросом. Кэтрин подозвала кузину к окну и, указав рукой в направлении расстилав¬ шегося перед их взором леса, сказала: — Взгляни на ту башню, что в развалинах... Видишь ли ты, как над ее стенами мелькает что-то розовое и жел¬ тое? — Да. Это остатки листьев на каком-то дереве. Но у иих нет тех ярких оттенков, которые красят осень в нашей дорогой Америке. — Потому что то — творение божье, а это — дело рук человека. Это не листья, Сесилия, а изобретенные мною сигнальные флажки, и нет сомнения, что сам Барнстейбл находится на этой старинной башне. Мерри не может и не захочет выдать его! — Я могу поручиться за честь нашего юного кузена, — сказала Сесилия. — Но ведь у тебя пбд рукой припасенная именно на этот случай дядина подзорная труба! Стоит 688

только посмотреть в нее, и мы тотчас же узнаем всю правду... Кэтрин схватила трубу и, установив ее; нетерпеливо навела на.башню. — Это он! — воскликнула, она, взглянув в трубу. — Я вижу даже его голову над камнями. Как безрассудно подвергать себя опасности без всякой нужды! — Но что он говорит, Кэтрин? — воскликнула Сеси¬ лия. — Ты одна можешь разобрать его сигналы. Мисс Плауден тотчас достала маленький сборник сиг¬ налов и быстро перелистала его в поисках нужного но¬ мера. — Это сигнал, чтобы привлечь мое внимание. Я должна дать ему знать, что и мы заметили его. Когда Кэтрин, отчасти ради забавы и отчасти в надеж¬ де, что эта сигнализация для переговоров с Барнстейблом на самом деле когда-нибудь пригодится, изобретала ее, она, к счастью, подумала и о необходимых средствах, что¬ бы отвечать на его вопросы. Очень простое приспособле¬ ние из шнуров от окрнных гардин послужило ей для этой цели. Проворными пальчиками она быстро нанизала шел¬ ковые лоскутки на шнуры и выбросила их за окно, предо¬ ставив им развеваться там на ветру. — Он видит их! — воскликнула Сесилия. — И готовит¬ ся сменить свои флажки. — Следи за ним, кузина, и называй мне по порядку цвета, которые он будет выставлять, а я постараюсь истол¬ ковать их значение. — Он так же ловко орудует флажками, как и ты... Вот теперь над башней появились два: верхний — белый, а нижний — черный. — Белый над черным, — быстро повторила про себя Кэтрин и начала перелистывать страницы книжечки. — «Мой послацный. Видели ли вы его?» На это нам придется сообщить ему печальную правду. Вот: желтый, белый и красный. Это значит: «Он взят в плен». Кака удачно, что я предусмотрела такие вопросы и ответы! Что он говорит, Сесилия, в ответ на эту новость? — Он готовит новые флажки, дорогая... Кэтрин, ты так дрожишь, что колеблешь подзорную трубу... Готово. На этот раз желтый над черным. — «Гриффит или кто?» Он не понял нас, но я, состав¬ ляя сигналы, помнила и о бедном мальчике. Ага! Вот 23 Фенимор Купер. Том IV 689

желтый, зеленый и красный: «Кузен Мерри». Теперь он непременно поймет. — Он убрал сигнал. Новость, по-видимому, встревожи¬ ла его, ибо он что-то замешкался... А вот снова флажки: зеленый, красный и желтый. — Он спрашивает: «Я в безопасности?» Вот, значит, что заставило его медлить, мисс Говард! — продолжала Кэтрин. — Барнстейбл не любит думать о своей собствен¬ ной безопасности. Но как я отвечу ему? Если мы введем его в заблуждение, то никогда себе, этого не простим! — За Эндрю Мерри бояться нечего, — ответила Сеси¬ лия. — Ия думаю, если бы капитан Борроуклиф подозре¬ вал, что неприятель так близко, он не остался бы за сто¬ лом. — Он будет сидеть там, пока есть вино и пока он в состоянии пить, — сказала Кэтрин, — но мы на печальном опыте убедились, что при неожиданных обстоятельствах он мгновенно снова становится солдатом. Все же на этот раз я положусь на его неосведомленность. Вот мой ответ: «Вы пока вне опасности, но будьте осторожны». — Он быстро понял значение твоего сигнала, Кэтрин, и уже приготовил ответ. На этот раз он выставил зеленый флажок над белым. Ты, кажется, меня не слышишь: зеле¬ ный над белым. Что с тобой? Ты онемела? Что он говорит, дорогая? Кэтрин по-прежнему не отвечала, и Сесилия, оторвав взгляд от подзорной трубы, увидела, что кузина ее устави¬ лась в открытую книжечку, но румянец на ее щеках стал еще гуще. — Надеюсь, твои зардевшиеся щечки и его сигналы не говорят ни о чем плохом, Кэт? — спро.сила Сесилия. — Может ли зеленый означать его ревность, а белый — твою невинность? Что он говорит, сестрица? — Он говорит, как и ты, одни глупости, — ответила Кэтрин, вновь ♦принимаясь за свои флажки с обиженным видом, которому явно противоречила радостное выраже¬ ние ее лица. — Но сложившееся положение требует, что-* бы я поговорила с Барнстейблом более свободно. — Я могу уйти, — сказала Сесилия и направилась к двери. — Ну что ты, Сесилия! Я не заслуживаю таких уко¬ ризненных взглядов! Это ты сейчас легкомысленна... Ты, вероятно, сама заметила, что уже начало смеркаться 690