Он как мог утешил Кэтрин, возбуждение которой на¬ шло себе исход в слезах, а потом коротко поведал ей об обстоятельствах смерти Диллона. — Я надеялся, что мисс Говард лучшего мнения обо мне и не способна на подобные подозрения, — в заключе¬ ние сказал он. — Гриффит оказался плохим представите¬ лем нашего ремесла, если~он не сумел изобразить его в лучшем свете. — Не знаю, избег бы подобных подозрений с моей сто¬ роны мистер Гриффит, будь он командиром погибшей шхуны, а вы пленником, — ответила Кэтрин. — Вы и пред¬ ставить себе не можете, сколько нам пришлось слышать о военных обычаях, о заложниках? о карательных экспе¬ дициях и казнях! Но теперь у меня словно гора с плеч свалилась, и я почти готова сказать, что согласна^ пройти жизнь рука об руку с вами. — Вот мудрое решение, милая моя Кэтрин, да благо¬ словит вас за него бог! Быть может, спутник ваш и ие так хорош, как вы заслуживаете, но вы увидите, что он будет стремиться заслужить ваше одобрение. А теперь давайте подумаем, как нам достигнуть наших целей. — Вот тут и скрыто одно из препятствий. Боюсь, Гриффит не убедит Сесилию следовать за ним против ее... ее... — как это назвать, Барнстейбл?.. — против ее ка¬ приза шги убеждения. Она не оставит дядюшку, а я не смогу собраться с духом, чтобы покинуть бедную кузину на произвол судьбы даже ради мистера Ричарда Барнстей¬ бла! — Вы говорите сейчас от чистого сердца, Кэтрин? — Почти, если не совсем. — Значит, я жестоко обманут! Легче найти дорогу без карты и компаса в огромном океане, нежели в лабиринте женского сердца! — Нет, нет, безумец! Вы забываете, что я мала рос¬ том и, значит, сердце у меня близко от головы. Слишком близко, боюсь я, для благополучия их владелицы! Но неужели нет способа заставить Гриффита и Сесилию сде¬ лать то, к чему они оба давно стремятся, не применяя, конечно, излишнего насилия? — Такого способа нет. Он старше меня по чину и в ту же минуту, как я его освобожу, заявит о своих правах командира. В досужее время можно было бы поднять во¬ прос, обоснованны ли такие права, но сейчас мои люди 695

бы знаете, это лишь часть экипажа фрегата,— не колеб¬ лясь, подчинятся приказаниям первого лейтенанта, кото¬ рый не любит шутить там, где дело касается службы. — Досадно, право, — сказала Кэтрин, — что все мои так славно задуманные планы должны рухнуть из-за уп¬ рямства этой своенравной пары. Но прежде всего, Барн¬ стейбл: правильно ли вы оценили свои силы? Уверены ли вы, что вас ждет успех, что вам не грозит опасность, если вы рискиете осуществить свое предприятие. — Я совершенно уверен в воинском духе и в силах моих матросов. Они спрятаны поблизости, в таком месте, где никто не вздумает искать неприятеля, и с нетерпением ждут той минуты, когда смогут начать действия. Внезап¬ ная атака не только обеспечит победу, но и даст нам ее без кровопролития. Вы поможете нам проникнуть в здание, Кэтрин! Сначала я постараюсь захватить этого офицера- вербовщика, и тогда весь его отряд сдастся без выстрела. Быть может, после этого Гриффит не будет упрямиться. А если нет, я не уступлю командования освобожденному пленнику без борьбы! — Дай бог, чтобы дело обошлось без кровопроли¬ тия! — прошептала Кэтрин, немного встревоженная той картиной, которая возникла в ее воображении во время речи моряка. — И я торжественно заклинаю вас, Барн¬ стейбл, именем вашей любви ко мне и всем, что для вас священно, защитить от опасности полковника Говарда! Я не прощу даже оскорбления моему горячему, упрямому, но вместе с тем доброму опекуну. Мне кажется, я и без того доставила ему много хлопот, и боже избави, чтобы я оказалась для него причиной серьезного несчастья! — Не только он сам, но и все вокруг него будут вне опасности, Кэтрин! Вы в этом убедитесь, когда услышите мой план. Не пройдет и трех часов, как я стану хозяином старого монастыря. И Гриффиту... да, Гриффиту... при¬ дется подчиняться мне до тех пор, пока мы снова не вый¬ дем в море. — Не предпринимайте ничего, покуда не будете окон¬ чательно уверены, что сумеете взять верх не только над врагами, но и над друзьями, — заметила встревоженная Кэтрин. — Помните, и Гриффит и Сесилия так носятся со своими тонкими чувствами, что ни тот ни другая не бу¬ дут вашими союзниками. — Вот что значит провести лучшие годы жизни в че¬ 696

тырех стенах, корпя над латинской грамматикой и тому подобной чепухой! Лучше бы он провел их на борту слав¬ ного корабля и учился самое большее тому, как состав¬ лять отчет о дневной работе да определять, где находится корабль после шторма. Обучение в колледже годится лишь для человека, который должен как-то изворачивать¬ ся, но оно не приносит большой пользы тому, кто не бо¬ ится изучать человеческую природу, глядя людям прямо в лицо, и чья рука всегда так же готова действовать, как язык — говорить. И вообще я заметил, что глаза, привык¬ шие читать по-латыни, плохо читают показания компаса и плохо видят сквозь ночной шквал. Тем не мепее Гриф¬ фит — настоящий моряк, хотя мне доводилось слышать, как он читал Новый завет по-гречески! Слава богу, у меня хватило соображения сбежать из школы на второй день после того, как там попытались учить меня иностранному языку, и я уверен, что не стал из-за этого менее честным человеком и менее искусным моряком! — Неизвестно, кем вы могли бы стать при иных об¬ стоятельствах, Барнстейбл, — сказала его возлюбленная, которая не могла не подтрунивать даже над тем, кого горячо любила, — но я не сомневаюсь, что при надлежа¬ щем воспитании из вас вышел бы недурной священник. — Уж если вы заговорили о священниках, Кэтрии, могу напомнить вам, что у нас на фрегате тоже есть слу¬ житель божий... Но выслушайте мой план. О служении господу мы поговорим позже, когда представится случай. И затем Барнстейбл изложил свой план нападения на дом. План этот — его предстояло претворить в жизнь в ту же ночь — казался так легко осуществимым, что Кэтрин при всех своих подозрениях насчет Борроуклифа вынуж¬ дена была согласиться, что он должен увенчаться успехом. На возникшие у нее возражения молодой моряк ответил с пылом человека, твердо идущего к цели, и привел ряд доводов, показывавших, что в деле, требующем смелости и находчивости, он может быть очень серьезным против¬ ником, В стойкости и верности Мерри он ие сомневался. Что же касается мальчишки-разносчика, то он полагал, что, кроме него и гардемарина, тот не видел никого из их отряда и, несомненно, принял их за простых грабителей. Так как изложение этих планов часто прерывалось ма¬ ленькими отступлениями, вызванными чувствами влюб¬ ленных, прошло более часа, прежде чем они решили 697

расстаться. И, только когда Кэтрин напомнила молодому лейтенанту о том, как быстро летит время и как много еще нужно сделать, он не очень охотно согласился закон¬ чить свидание и проводил ее до калитки. Мисс Плауден на обратном пути соблюдала те же меры предосторожности, что и тогда, когда покидала его. И она уже поздравила себя с успехом, как вдруг заметила, что на некотором расстоянии за ней идет человек, повторяю¬ щий все ее движения. Она остановилась, чтобы бросить опасливый взгляд на незнакомца, который тоже остано¬ вился, а затем медленно возвратился на край луга. Решив, что это был Барнстейбл, пожелавший убедиться в ее без¬ опасности, Кэтрин вошла в дом, забыв все свои опасения, в приятных мыслях о заботливости возлюбленного. Глава XXVIII Глядит он — взвился флаг летучий, И копья поднялися тучей Над Хорнклифским холмом. Вальтер Скотт, «Мармион» Резкий звон колокола, созывавшего к ужину, прозву¬ чал в галерее как раз в ту минуту, когда мисс Плауден вошла туда, и ей пришлось поспешить к подругам, чтобы ее отсутствие не вызвало новых подозрений. Когда Кэтрин переступила порог гостиной, Элис Данскомб уже вышла в столовую, но мисс Говард замешкалась, и Кэтрин застала ее одну. — Ты все-таки осмелилась сделать по-своему, Кэт¬ рин!—воскликнула Сесилия. — Конечно, — подтвердила Кэтрин, опускаясь в крес¬ ло, чтобы хоть немного успокоиться. — Конечно, осмели¬ лась, Сесилия, и видела Барнстейбла, который очень скоро завладеет этим домом. Кровь, которая прихлынула к лицу Сесилии, когда она увидела кузину, теперь снова отхлынула к сердцу, и лицо ее стало белым, как алебастр. — Значит, нам суждено пережить в эту ночь кровопро¬ литие! ■=■ воскликнула она. 098