его возлюбленной, а мысли слишком заняты средствами достижения намеченной им цели, чтобы так быстро понять иносказательный намек капитана. Резко обернувшись к Гриффиту, он самым серьезным тоном заявил. — Я считаю своей обязанностью, мистер Гриффит, напомнить вам, что, согласно данным нам инструкциям, мы должны брать в плен всех врагов Америки, где бы они ни оказались, и что Соединенные Штаты в некоторых случаях не стеснялись брать в плен и женщин. — Браво! — воскликнул Борроуклиф. — Если дамы не желают идти с вами в качестве возлюбленных, уведите их в качестве военнопленных. — Ваше счастье, сэр, что вы сами в плену, иначе вы ответили бы мне за свои слова! — рассердился Барн¬ стейбл. — Это разумная инструкция, мистер Гриффит, и вы не должны пренебрегать ею. — Не забывайте своих обязанностей, мистер Барн¬ стейбл, — ответил Гриффит, снова выходя из состояния глубокой задумчивости. — Вам был дан приказ — немед¬ ленно приступайте к его выполнению! — У меня также есть приказ нашего общего коман¬ дира капитана Мансона, мистер Гриффит, и уверяю вас, сэр, что, инструктируя меня относительно «Ариэля» — от бедняжки не осталось и двух досок, сколоченных вместе, — он решительно подтвердил и более ранние приказания. — А теперь я их отменяю. — Могу ли я подчиниться устному приказанию млад¬ шего офицера, когда оно прямо противоречит письменным инструкциям старшего? До сих пор Гриффит говорил спокойным и решитель¬ ным тоном, но при этих словах лицо его вспыхнуло, тем¬ ные глаза засверкали. — Не извольте рассуждать, сэр, — властно закричал он, — и повинуйтесь! — Клянусь небом, сэр, я не выполнил бы и приказа самого конгресса, если бы меня заставляли забыть мой долг перед... перед... — Перед самим собой! Мистер Барнстейбл, довольно! Исполняйте ваш долг, сэр! — Мой долг предписывает мне оставаться здесь, мис¬ тер Гриффит! — Тогда я должен действовать, ибо не могу допустить, чтобы мои же офицеры меня оскорбляли!.. Мистер Мерри, 716

скажите капитану Мануэлю, чтобы он прислал сюда сер¬ жанта и взвод морской пехоты. — Пусть он и сам сюда придет! — крикнул Барн¬ стейбл, обезумев до отчаяния от своей неудачи. — Всему его отряду не обезоружить меня! Ко мне, ариэльцы! Станьте вокруг вашего капитана! — Кто осмелится переступить этот порог без моего приказания, умрет! — закричал Гриффит, угрожая обна¬ женным кортиком морякам, которые прибежали было на призыв своего командира. — Отдайте мне ваш кортик, мистер Барнстейбл! Избавьте себя от унижения отдать его простому солдату. — Посмотрел бы я на того, кто осмелится взять его! — завопил Барнстейбл, свирепо размахивая оружием. Гриффит с грозным видом протянул вперед руку, и они скрестили оружие. Лязг стали подействовал на них, как звук горна на боевого коня: начался обмен быстрыми, внезапными ударами, ловко отражаемыми с обеих сторон. Барнстейбл, Барнстейбл! — крикнула Кэтрин, бро¬ саясь в его объятия. — Я пойду за тобой на край света! Сесилия Говард ничего не сказала, но, когда Гриффит опомнился, он увидел, что она стоит перед ним на коле¬ нях, смертельно бледная, с мольбой глядя в его взволно¬ ванное лицо. Возглас мисс Плауден разъединил сражаю¬ щихся прежде, чем дело дошло до кровопролития. Несмо¬ тря на вмешательство своих возлюбленных, молодые люди продолжали обмениваться взглядами, полными негодова¬ ния. В эту минуту полковник Говард вышел вперед и, подняв племянницу с колен, сказал: — Такая поза не пристала дочери Гарри Говарда, хотя он преклонял колена перед троном своего государя! Смотри, моя дорогая Сесилия, до чего доводит мятеж! Своими нелепыми принципами всеобщего равенства он сеет раздоры в рядах бунтовщиков, уничтожает различия рангов и чинов. Эти молодые безумцы даже не знают, ко¬ му они должны повиноваться! — Они должны повиноваться мне, — сказал лоцман, который теперь выступил на середину комнаты. — Я ви¬ жу, что мне пора проявить свою власть. Мистер Гриффит, спрячьте ваш кортик. А вы, сэр, почему вы отказались подчиниться старшему офицеру и забыли свои обязанно¬ сти, освященные присягой? Извольте подчиниться и ис^ полнять свой долг. 717

При звуках этого спокойного голоса Гриффит вздрог¬ нул, словно опомнившись, а затем низко поклонился и вложил оружие в ножны. Но Барнстейбл, обняв одной рукой талию возлюбленной и размахивая клинком в другой, лишь презрительно рассмеялся над этим непонят¬ ным ему присвоением власти. — А кто вы сами такой? — спросил он. — Почему вы осмеливаетесь давать мне приказания? Глаза лоцмана блеснули страшным огнем, лицо его побагров&ио, а сам он задрожал от гнева. Но, сделав над собой усилие, он сдержался и ответил весьма многозна¬ чительно: — Я тот, кто имеет право приказывать и требовать подчинения. Эти необычные слова произвели на Барнстейбла такое впечатление, что он невольно опустил оружие. Лоцман на миг остановил на нем горящий взор, а затем, обернувшись к остальным присутствующим, продолжал более мягко: — Мы действительно явились сюда не для грабежа и отнюдь не намерены поступать жестоко с людьми старыми и беззащитными. Но этого английского офицера и в осо¬ бенности этого беглого американца мы должны взять в плен и препроводить на борт нашего корабля. — А как же главная цель нашей экспедиции? — спро¬ сил Гриффит. — Не достигнута, — быстро ответил лоцман. — Она принесена в жертву личным чувствам. Наше предприятие, сэр, как и сотни других, окончилось бесславно и будет забыто навсегда. Но об интересах республики нельзя забывать, мистер Гриффит! Хотя мы не должны были под¬ вергать опасности жизнь этих молодцов только ради того, чтобы увидеть нежную улыбку на губах красавицы, тем не менее не следует упускать и случая воспользоваться нашим преимуществом. Этот полковник Говард вполне пригодится для сделки с фаворитами трона, и его можно будет обменять на какого-нибудь достойного патриота, который давно заслуживает освобождения... Нет, нет, при¬ берегите ваш надменный взгляд для других! Полковник отправится на фрегат, и притом немедленно. — Тогда... — сказала Сесилия Говард, робко прибли¬ жаясь к тому месту, где стоял ^е дядя, с презрением слу¬ шая споры победителей, — тогда я пойду с ним! Я не оставлю его одного в руках врагов! 718

— Они должны повиноваться мне, — сказал лоцман, выступая на середину комнаты.

— Было бы более достойно и более прилично для до¬ чери моего брата, — холодно сказал полковник, — если бы она призналась в истинном мотиве своего решения. — Не обращая внимания на глубокое огорчение, охватившее Сесилию, когда она выслушала этот унизительный отказ от ее нежных забот, старик подошел к Борроуклифу, кото¬ рый в досаде на крушение своих высоких надежд яростно грыз эфес шпаги, и, став подле него, с покорным видом продолжал: — Делайте с нами все, что вам угодно, джентльмены. Вы победители, мы должны подчиниться. Человек мужественный храбро защищается, если его не захватили врасплох, как случилось с нами, и сдается он тоже с достоинством. Ах, если бы представилась возмож¬ ность!.. Делайте все, что вам угодно, джентльмены. Ни¬ когда еще не было столь смирных агнцев, как мы с капи¬ таном Борроуклифом. Полковник с грустью и горечью улыбнулся своему то¬ варищу. Капитан попытался ответить ему с насмешли¬ востью, которая выдавала его расстроенные чувства. Все же им обоим настолько удалось сохранить внешнее спо¬ койствие, что они могли хладнокровно следить за даль¬ нейшими действиями победителей. Полковник упорно продолжал отвергать предложения своей племянницы, которая, кротко уступив его воле, на время отказалась от всякой надежды его смягчить. Тем не менее она со всей серьезностью принялась за приготовле¬ ния к отъезду и в лице кузины обрела верную и предан¬ ную помощницу. Правда, Кэтрин, ожидая этого события, тайно от мисс Говард еще раньше собрала все вещи, кото¬ рые могли бы им понадобиться в случае внезапного побега. Вместе со своим возлюбленным, который, заметив, что план лоцмана способствует его собственным намерениям, счел за лучшее забыть свою ссору с этим загадочным чело¬ веком, она побежала изыскивать средства для перевозки того багажа, который был ею уже приготовлен. Барн¬ стейбл и Мерри с удовольствием следовали за ней по узким и темным коридорам. Первый то и дело восхищался ее умом, красотой и прочими многочисленными достоин¬ ствами, а второй смеялся и шутил, как и следовало ожи¬ дать от веселого юноши его лет даже в подобных обстоя¬ тельствах. Заблаговременно сделанные Кэтрин приготов¬ ления оказались весьма кстати, ибо Сесйлия Говард гораздо больше заботилась о благополучии полковника, 720