что готовит нам грядущий день, а шум битвы — не самая подходящая свадебная музыка. После недолгого размышления миссис Лечмир отве¬ тила: — В нашей богобоязненной стране существует добрый обычай, согласно которому день, избранный господом для вознесения ему молений, считается также днем, отведен¬ ным для совершения торжественного обряда бракосочета¬ ния. Так решайте сами: желаете вы вступить в брак се¬ годня или в следующее воскресенье. Как ни велико было нетерпение влюбленного, крат¬ кость предложенного ему срока ошеломила даже его, одна¬ ко гордость не позволила ему выказать колебание. — В таком случае, пусть это свершится сегодня же, если мисс Дайнвор будет согласна. — А вот и она сама, и, как вы сейчас услышите, она даст вам согласие, лишь только я попрошу ее о том. Сеси¬ лия, дитя мое, я пообещала майору Линкольну, что ты станешь его женой сегодня. При этих словах мисс Дайнвор в изумлении и расте¬ рянности замерла посреди комнаты, словно прекрасная статуя. Лицо ее зарделось румянцем, потом страшно по¬ бледнело, бумага выскользнула из ослабевшей руки и упала к ее ногам, которые, казалось, приросли к полу. — Сегодня? — едва слышно пролепетала она. — Вы сказали — сегодня, дорогая бабушка? — Да, да, сегодня, дитя мое. — Почему это так пугает вас, Сесилия? — проговорил Лайонел, подходя к девушке и бережно усаживая ее па кушетку. — Вы знаете, какие опасности нас окружают. Вы открыли мне ваши чувства. Зима на исходе, и первая оттепель может положить начало событиям, которые должны будут разлучить нас. — Все эти обстоятельства могут иметь большой вес в ваших глазах, майор Линкольн, — таким торжествен¬ ным тоном произнесла миссис Лечмир, что молодая пара обратилась в слух, — но для меня существуют другие, еще более весомые причины. Разве я сама не доказательство опасности и губительности отсрочки? Вы молоды и до¬ стойны друг друга, почему не обрести вам свое счастье? Сесилия, если ть1 любишь и уважаешь меня — а я пола¬ гаю, что это так, ты сегодня же станешь женой майора Линкольна. 247

— Прошу вас, дайте мне время на размышление, до¬ рогая бабушка. Все это столь неожиданно, а шаг столь серьезен! Майор Линкольн... Милый Лайонел... я знаю, вы не можете быть невеликодушны, я полагаюсь на вашу доброту! Лайонел ничего не ответил, а миссис Лечмир спокойно проговорила: — Эта просьба, которую тебе надлежит выполнить, исходит не от майора Линкольна, а от меня. Мисс Дайнвор с опечаленным видом поднялась с ку¬ шетки и, обратившись к жениху, сказала с грустной улыб¬ кой: — Болезнь сделала мою дорогую бабушку излишне боязливой; вы не обидитесь, если я попрошу вас оставить меня с нею наедине? — Я ухожу, Сесилия, — сказал Лайонел, — но, если вы приписали мое молчание чему-либо другому, помимо глубокого уважения к вашим чувствам, вы несправедливы к себе самой и ко мне. Она выразила свою благодарность взглядом, и Лайонел тотчас покинул комнату, чтобы ожидать результатов их беседы у себя. Полчаса, которые провел он в ожидании, показались ему равными полугоду. Но наконец, по истечении этого срока, появился Меритон и доложил, что миссис Лечмир просит его снова пожаловать к ней. Первый же взгляд, брошенный этой дамой на Лайоне¬ ла, сказала ему без слов, что победа осталась за ними. Миссис Лечмир возлежала, откинувшись на подушках, с выражением такого полного, такого безграничного эгои¬ стического удовлетворения, что молодой человек едва не пожалел о том, что она не потерпела поражения. Но тут его глаза встретили смущенный и нежный взгляд залившейся румянцем Сесилии, и он почувствовал, что если ее согласие получено без принуждения, то ему безразлично, по чьему требованию она его дала. — Если мою судьбу решает ваша доброта, я исполнен надежды, — сказал он, приближаясь к ней, — если же мои ничтожные достоинства, — я догружаюсь в отчаяние. — Вероятно, с моей стороны неразумно, Лайонел, ко¬ лебаться из-за нескольких дней, в то время как я готова посвятить вам всю жизнь, — промолвила Сесилия, улы¬ баясь сквозь слезы и без смущения вкладывая свою руку 248

в руку Лайонела. — А моя бабушка желает, чтобы я как можно скорее дала вам право быть моим защитником. — Значит, сегодняшний вечер соединит нас навеки? — Не обязательно, чтобы это произошло именно се¬ годня вечером, если к тому есть хоть малейшее препят¬ ствие. Вы ведь не брали на себя никаких обязательств. — Но никаких препятствий нет и не может быть, — возразил Лайонел. — К счастью, вступление в брак не требует в здешних местах длительных приготовлений, а согласие всех, от кого зависит решение моей судьбы, по¬ лучено. — Так ступайте же, дети, и займитесь поскорее всем необходимым, — сказала миссис Лечмир. — Узы, которые соединят вас навек, священны, и союз ваш должен быть и будет счастливым! Нежно пожав руку своей нареченной, Лайонел уда¬ лился, а Сесилия, бросившись в объятия бабушки, разра¬ зилась от полноты чувств слезами. Миссис Лечмир не оттолкнула девушку, а наоборот, раза два крепко прижала ее голову к своей груди, но все же внимательный глаз мог бы заметить, что на лице почтенной дамы отразилось при этом больше суетной гордыни, нежели более естествен¬ ного волнения. Глава. XXI Покороче, отец Франциск. Совер¬ шите, только свадебный обряд. Шекспир, «Много шуму из ничего» Майор Линкольн не ошибся, сказав, что брачные за¬ коны колонии Массачусетс, продиктованные особенностя¬ ми жизни в новонаселенных землях, не требовали особых приготовлений от тех, кто хотел связать себя нерасторжи¬ мыми узами брака. Однако брак Сесилии и Лайонела за¬ ключался с такой лихорадочной поспешностью и оба они были настолько к нему не подготовлены, что Сесилия, желая придать как можно больше торжественности обря¬ ду, значение которого она ни в коей мере не склонна была умалять, выразила желание произнести свой обет перед тем алтарем, перед которым она привыкла молиться еще с детства, и под той крышей, где она с каждой зарей 249

открывала богу свою чистую душу, вознося молитвы за человека, который теперь должен был вскоре стать ее мужем. Так как миссис Лечмир объявила, что пережитые ею в этот день волнения и состояние ее здоровья ни в коем случае не позволят ей присутствовать при церемонии, то желание Сесилии могло быть выполнено. Однако стремле¬ ние избежать назойливости любопытных заставило отло¬ жить церемонию до позднего часа и облечь все покровом тайны. Мисс Дайнвор открылась во всем только своей кузине. Обычные в таких случаях хлопоты, требующие времени, не занимали ее ума и души: все ее приготовления вскоре были закончены, и она внешне спокойно, хотя и не без внутреннего волнения,, стала ожидать назначенного часа. Лайонелу же надо было позаботиться о многом. Он знал, что стоит ему только проронить кому-нибудь хоть слово о предстоящем событии, и толпа любопытных собе¬ рется вокруг церкви и даже проникнет внутрь, и поэтому он решил, что вое следует подготовить, по возможности, в тайне. Прежде всего он послал Меритона к священнику с просьбой назначить час, когда ему удобно будет принять майора Линкольна, и получил ответ: в любой час и в лю¬ бое время, после девяти часов вечера преподобный Ли- турджи, освободившись от своих дневных обязанностей, будет рад видеть его у себя. Выбирать не приходилось, и Лайонел сообщил Сесилии, что она встретится с ним перед алтарем в десять часов вечера. Не особенно доверяя скромности Полуорта, Лайонел ограничился тем,- что сооб¬ щил приятелю о предстоящей церемонии и попросил его явиться на Тремонт-стрит, где ему предстояло играть роль посаженного отца. Лакей и конюх ’'также получщщ соот¬ ветствующие распоряжения, и задолго до торжественного часа все приготовления были закончены; Лайонел пола¬ гал, что предусмотрел все до мелочей и ни малейшей за¬ минки произойти не может. Возможно, воображение Лайонела было слишком пыл¬ ким, если не сказать — болезненным, но, так или иначе, все эти тайные приготовления доставили ему живейшее удовольствие. По натуре он был склонен к меланхолии, которая, как уже не раз говорилось, передавалась в роду Линкольнов из поколения в поколение, и нередко нахо¬ дил в легкой грусти неизъяснимую радость. Однако он был 250