чика она даже не промыла. Когда разносчик вернулся до¬ мой, он испортил весь ее прекрасный метод лечения, прежде всего выбросив иглу. Эту историю Кэти закончила рассказом, к каким ужасным последствиям привело вме¬ шательство Гарви. — Не мудрено, что мальчишка умер от столбняка! Доктор Ситгривс высунулся в окно, видимо любуясь прелестным утром, и старался изо всех сил избежать убий¬ ственного взгляда капитана Лоутона; непреодолимое любо¬ пытство все же заставило его посмотреть на приятеля. Каждой черточкой своего лица драгун, казалось, выражал сострадание к судьбе ребенка, однако ликование в его гла¬ зах задело смущенного мужа науки за живое и, пробор¬ мотав несколько слов о необходимости проведать своих па¬ циентов, он быстро удалился. Мисс Пейтон с глубоким участием стала расспрашивать Кэти о том, что произошло в доме разносчика. И Кэти со всеми подробностями рассказала о событиях прошлой ночи, а та терпеливо выслушала ее. Экономка не забыла остановиться на размерах денежных потерь Гарви и отча¬ янно бранила его за то, что он выдал секрет, который можно было так легко сохранить. — Будь я на его месте, мисс Пейтон,— продолжала Кэти, переведя дух,— я скорее лишилась бы жизни, чем открыла им тайну. Самое большее — они бы только убили его тело, теперь же всякий может сказать, что они убили и тело и душу, или — а это ничуть не лучше — сделали его презренным бродягой. Уж не знаю, на что он надеется, кто захочет стать его женой и кто будет вести его хозяй¬ ство! Ну, а я слишком дорожу своим добрым именем, чтобы согласиться жить в доме холостяка, хотя, по правде говоря, он теперь не бывает дома. Я решила сказать ему сегодня же, что ни на один час не задержусь после похо¬ рон, если он не сделает мне предложения; только вряд ли я выйду за него замуж, пока он не остепенится и не бро¬ сит скитаться. Добрая хозяйка коттеджа «Белые акации» не преры¬ вала потока слов изливавшей свои чувства экономки, а потом задала два-три тонких вопроса, доказывавших, что ей знакомы извилины человеческой души, раненной стре¬ лой Купидона, лучше, чем можно было этого ожидать. Из ответов Кэти мисс Пейтон ясно поняла, что Гарви не имел никакого намерения предложить Катарине Хейнс 544

свою руку и разоренное, иму¬ щество; поэтому она заметила, что ей самой нужна теперь по¬ мощница в хозяйстве и что Кэ¬ ти могла бы переехать в «Белые акации», если разносчику больше не понадобятся ее услуги. После предварительных коротких переговоров об усло¬ виях, начатых хитрой эконом¬ кой, они быстро пришли к со¬ глашению. Не преминув еще раз посетовать по поводу своих собственных тяжелых убытков и глупости Гарви, а также вы¬ разить интерес к его дальней¬ шей судьбе, Кэти удалилась, чтобы сделать необходимые приготовления к похоронам, на¬ значенным на этот же день. Во время разговора двух женщин Лоутон из деликатно¬ сти вышел. Тревога за капитана Синглтона привела его в комна¬ ту, где лежал раненый. Харак¬ тер этого юноши, как мы уже говорили, привлекал к нему симпатии всех офицеров полка. Он не раз доказал на деле, что его редкая кротость отнюдь не проистекала от недостатка решимости, и почти женственная мягкость его лица и манер не мешала ему пользоваться уважением даже самых суровых вояк-пар- тизан. Майор Данвуди любил его, как родного брата, а покор¬ ность, с какой он подчинялся распоряжениям Ситгривса, сделала его любимцем и доктора. Офицеры американской кавалерии, раненные во время отчаянно смелых атак, неизбежно попадали в руки своего хирурга. В таких слу¬ чаях сей муж науки отдавал пальму первенства в послу¬ шании капитану Синглтону, а капитана Лоутона ставил на последнее место. Часто с неописуемой наивностью доктор совершенно серьезно заявлял, что когда к нему приносят раненых офицеров, то самое большое удовольст¬ вие он испытывает при виде Синглтона и никакого — при 545

виде Лоутона. Первый обычно отвечал на комплимент до¬ бродушной улыбкой, второй благодарил за порицание, мрачно кланяясь. И вот сейчас торжествующий драгун и оскорбленный в своих лучших чувствах врач встретились в комнате капитана Синглтона — в таком месте, где их интересы не сталкивались. Некоторое время оба они стара¬ лись своими заботами облегчить участь больного, потом доктор ушел в отведенную ему комнату; через несколько минут, к его удивлению, в дверях показался Лоутон. Победа капитана была столь полной, что он мог себе поз¬ волить быть великодушным, и, для начала сбросив мун¬ дир, ои беспечно крикнул: — Ситгривс, не соизволит ли свет вашей науки ока¬ зать небольшую помощь моим телесным повреждениям? Хирург уже находил «свет науки» невозможной темой для разговора, однако, бросив украдкой взгляд на прия¬ теля, он с изумлением увидел, что тот подготовился к осмотру с серьезностью, редко свойственной ему в таких случаях; вместо того чтоб вознегодовать, доктор вежливо спросил: — Капитану Лоутону нужна моя помощь? — Взгляните сами, доктор,— мягко сказал драгун,—* мое плечо, кажется, окрашено во все цвета радуги. — Вы не ошиблись,— заметил доктор, очень осторожно и с непревзойденным искусством исследуя указанную часть тела.— По счастью, кости не сломаны. Просто уди¬ вительно, как вам удалось уцелеть! — Ведь я гимнаст еще с юности, и мне не страшно ра¬ зок-другой свалиться с лошади. Однако, Ситгривс,— лю¬ бовно добавил он, показывая на старый рубец,— эту свою работу вы помните? — Великолепно помн!о, Джек: вы получили пулю, храбро сражаясь, и она была неплохо извлечена. Но не по¬ ложить ли нам мази на ваше плечо? — Разумеется,— ответил капитан с неожиданной по¬ корностью. — А теперь, мой мальчик,— придя в восторг, сказал доктор, смазывая ушибы,— скажите, не лучше ли было бы, дорогой, сделать это еще вчера ночью? — Весьма возможно. — Так вот, Джек, если бы вы позволили пустить вам кровь сразу, как только я вас увидел, это принесло бы вам неоценимую пользу. 546

— Никакого кровойускания,— решительно сказал драгун. — А ведь и сейчас еще не поздно. Впрочем, небольшая доза мази славно подсушит ранки. Капитан промолчал и только заскрипел зубами, и мудрый доктор переменил тему. — Жаль, Джек, что вы не поймали того мошенника,— ведь, стараясь его поймать, вы подвергали себя опас¬ ности. Капитан Лоутон ничего не ответил, а хирург, наклады¬ вая на плечо повязку, продолжал: — Если бы у меня было хоть малейшее желание ли¬ шать людей жизни, я с удовольствием повесил бы этого изменника. — Я полагал, ваше дело лечить, а не убивать,— сухо заметил капитан. — Да, но донесения этого шпиона были причиной на¬ ших тяжких потерь, и я не могу относиться к нему с фило¬ софским спокойствием. — Вам не следовало бы питать злобных чувств пи к кому из своих ближних,— возразил Лоутон таким тоном, что хирург уронил булавку, которой собирался сколоть бинты. Он взглянул в лицо пациенту, словно сомневаясь, дей¬ ствительно ли перед ним капитан Джон Лоутон. Удостове¬ рившись, однако, что с ним говорит его старый приятель, Ситгривс оправился от изумления и продолжал: — Ваша доктрина справедлива, и в целом я под ней подписываюсь... Но, дорогой мой Джон, не мешает ли вам эта повязка? — Нисколько. — В принципе я согласен с вами, но, так же как мате¬ рия делима до бесконечности, нет и правил без исключе¬ ния... Вам удобно, Лоутон? — Очень. — Лишать человека жизни, когда можно достигнуть цели менее суровыми мерами, не только жестоко по отно¬ шению к жертве, но порой несправедливо к окружающим... Да, Джек, если бы вы только., двиньте слегка рукой... если бы вы только... надеюсь, вам стало удобнее, дорогой друг? — Гораздо. — Если бы вы научили своих солдат более осмотри¬ тельно наносить сабельные удары, дорогой Джон, цель все 547

равно была бы достигнута, а мне вы доставили бы великую радость. Доктор тяжко вздохнул, высказав наконец то, что давно было у него на душе, а драгун невозмутимо надел мундир и, уходя, спокойно проговорил: — Вряд ли чьи-нибудь солдаты наносят удары более старательно, чем мои. Они обыкновенно рассекают череп от макушки до челюсти. Разочарованный эскулап собрал свои инструменты и с тяжелым сердцем направился в комнату полковника Уэлмира. Глава XII Мне эти руки, поднятые к небу, Напоминают молодые ветви, Дрожащие от ветра в летний вечер, Да, в этой хрупкой, нежной оболочке Живет могучий, непреклонный дух. Возвысившись, он ярко озаряет Прекрасные глаза сияньем неба. Д У о Появление новых и столь разных гостей в «Белых ака¬ циях» порядком прибавило забот и хлопот мисс Дженнет Пейтон. К утру все понемногу пришли в себя, кроме моло¬ дого драгунского офицера, в котором принимал такое горя¬ чее участие Данвуди. Драгун был ранен очень серьезно, хотя доктор продолжал утверждать, что его рана не смер¬ тельна. Капитан Лоутон, как мы упоминали, уже встал; проснулся и Генри Уортон — его сон потревожил лишь страшный кошмар, будто ему ампутирует руку хирург- повичок. Убедившись, что это только сон, молодой чело¬ век поднялся с постели, чувствуя себя совсем молодцом; к тому же доктор Ситгривс избавил его от всяких опасе¬ ний, уверив, что не пройдет и двух недель, как он будет совершенно здоров. Полковник Уэлмир не показывался все утро; он завт¬ ракал у себя в комцате и, невзирая на многозначительные улыбки ученого мужа, заявил, что болен и не в силах под¬ няться с постели. Предоставив полковнику переживать свои горести в одиночестве, доктор отправился выполнять более благодарную обязанность — посидеть часок возле 548