нако она сдержала гнев и с присущей ее соотечественни¬ кам живостью отпарировала: — Неужто дьявол заплатил бы за платье, да еще с лихвой, а?.. — Деньги эти, без сомнения, фальшивые,— заметил солдат, несколько сбитый с толку доказательством чест¬ ности того, о ком он был самого низкого мнения.— Он и меня соблазнял блестящей монетой, но господь дал мне силу устоять. — Моя золотая монета, кажись, настоящая, да я все равно обменяю ее нынче у капитана Джека. Ему нипочем и дьяволы и черти! — Бетти, Бетти,— отозвался сержант,— не говорите так неуважительно о нечистом! Он всегда тут как тут и разозлится на вас за ваши слова. — Еще чего! Коли у него есть хоть малость души, он не обидится на бедную одинокую вдову, если она подко- вырнст его словечком; я уверена, ни один христианин не был бы на меня в обиде. — Но у нечистого нет души, ведь он хочет погубить род человеческий,— сказал сержант, с ужасом оглядываясь назад,— лучше всего водить дружб>у со всеми. Никто не знает наперед, что может случиться. Право же, человек не мог бы выйти отсюда и незаметно пройти мимо часовых; это грозное предостережение для вас, Бетти, а вы... Тут разговор прервали: явился солдат с приказом не¬ медленно подавать завтрак, и маркитантка рассталась с сержантом; она — втайне надеясь, что проявленное им участие носит более земной характер, чем он хотел по¬ казать; он — решив приложить все усилия, чтобы вырвать душу маркитантки из когтей нечистого, который слоняется по лагерю в поисках жертв. Во время завтрака примчалось несколько гонцов; один доставил донесение о численности и цели вражеской экспе¬ диции, которая расположилась на берегу Гудзона; другой привез распоряжение полковника Синглтона отправить капитана Уортона под конвоем драгун к первому посту в горах. Это письмо, или, вернее, строгий приказ, не допу¬ скавший никаких возражений, вконец огорчил Данвуди. Образ Френсис, отчаявшейся и глубоко несчастной, по¬ стоянно стоял у него перед глазами; сотни раз готов он был сесть на коня и поскакать к «Белым акациям», но какое-то безотчетное чувство удерживало его. Небольшой 620

эскорт под командованием офицера отправился в коттедж за Генри Уортоном, чтобы доставить его к месту назна¬ чения; с тем же офицером Данвуди передал Генри письмо, в котором ободрял своего друга, уверяя, что тому нечего опасаться и что сам он будет неустанно хлопотать за него. Лоутон с частью драгун был оставлен в деревне при ране¬ ных; основной же отряд сразу после завтрака покинул ла¬ герь и выступил к Гудзону. Данвуди несколько раз повто¬ рил Лоутону свои наставления, снова и снова перебирая в уме каждое слово разносчика и стараясь проникнуть в их загадочный смысл, но не пришел ни к какому выводу, а откладывать свой отъезд у него больше не было повода. Вдруг он вспомнил, что не распорядился насчет полков¬ ника Уэлмира и, вместо того чтобы двинуться за отрядом, поддался искушению и повернул коня на дорогу, ведущую к «Белым акациям». Лошадь Данвуди была быстра, как вет.ер,— казалось, не прошло и минуты, как перед ним от¬ крылась уединенная долина. Когда он спускался по склону холма, вдали промелькнули фигуры Генри Уортона и сопровождавших его драгун, цепочкой проходивших в ущелье, которое вело к постам в горах. Это зрелище взбу¬ доражило Данвуди, и он поскакал еще быстрее; он круто обогнул выступ скалы и вдруг натолкнулся на ту, которой были заняты .его мысли. Френсис издали следила за кон¬ воем, уводившим ее брата, а когда он скрылся из виду, она почувствовала, что лишилась самого дорогого для нее на свете. Необъяснимое отсутствие Данвуди и потрясение, вызванное разлукой с Генри при таких ужасных обстоя¬ тельствах, сломили ее мужество; она опустилась на при¬ дорожный камень и зарыдала так, что, казалось, ее сердце вот-вот разорвется. Данвуди соскочил с коня, закинул по¬ водья ему на шею и в одно мгновение очутился подле пла¬ чущей девушки. — Френсис... моя Френсис! — вскричал он.— Зачем так отчаиваться! Пусть вас не пугает положение брата. Как только я выполню порученное мне дело, я кинусь к ногам Вашингтона и умолю его освободить Генри. Отец нашей родины не откажет в такой милости одному из своих любимых питомцев. — Благодарю вас, майор Данвуди, за сочувствие к мо¬ ему бедному брату,— сказала дрожащая Френсис; она встала, вытерла слезы и с достоинством добавила: — Но вы не должны так говорить со мной. 621

- Не должен! Разве вы не моя невеста... с согласия вашего отца, тети, брата... И разве сами вы не дали со¬ гласия, моя дорогая Френсис! — Я не хочу становиться между вами и другой жен¬ щиной,— возможно, она имеет больше прав на вашу при¬ вязанность. Никто, клянусь, никто, кроме вас, не имеет на меня прав! — горячо воскликнул Данвуди.— Одной вам принад¬ лежит мое сердце. — У вас такой большой опыт, и вы так успешно им пользуетесь, что вам ничего не стоит обманывать нас, до¬ верчивых женщин,— произнесла Френсис, делая отчаян¬ ное усилие улыбнуться. — Так говорят только с негодяем, мисс Уортон. Когда я обманывал вас? Каким опытом пользовался, чтобы по¬ корить ваше чистое сердце? — Так почему же майор Данвуди с некоторых пор стал избегать дом отца своей невесты? Разве он забыл, что в этом доме один его друг прикован к постели, а другой — поражен глубокой печалью? Неужели он не помнит, что там живет его будущая жена? Не боится ли он встречи с другой, которая могла бы предъявить на него права? О, Пейтон, Пейтон, как жестоко я в вас ошиблась! Со слепой доверчивостью молодости я видела в вас оли¬ цетворение благородства, отваги, великодушия и вер¬ ности. — Я понимаю, Френсис, что ввело вас в заблужде¬ ние! — воскликиул Данвуди, и кровь бросилась ,ему в лицо.— Но вы несправедливы ко мне. Клянусь тем, что мне дороже всего на свете, вы несправедливы ко мне! — Не клянитесь, майор Данвуди,— прервала его Френсис, и в ее кротких глазах вспыхнуло выражение женской гордости,— прошло то время, когда я верила клятвам. — Мисс Уортон, неужто вы хотели бы, чтобы я, словно фат, хвастался тем, что могло бы вернуть мне ваше распо¬ ложение, но уронило бы меня в собственных глазах? — Не обольщайтесь, вернуть мое расположение не так легко, сэр,— сказала Френсис, сделав несколько шагов в сторону дома. — Мы говорим друг с другом в последний раз... Но отец... быть может, отец пожелает увидеться с родственником моей матери. — Нет, мисс Уортои, теперь мне нельзя войти в его 622

дом, я сейчас не ручаюсь за себя. Вы гоните меня, Френ¬ сис, и я в полном отчаянии. Я иду в очень опасный поход и могу погибнуть. Если судьба будет ко мне сурова, от¬ дайте справедливость хотя бы моей памяти. Помните — до последнего вздоха я буду желать вам счастья. С этими словами он сунул ногу в стремя, но девушка остановила его взглядом, казалось проникшим в самую глубину его души. — Пейтон, майор Данвуди,— сказала она,— неужели вы можете забыть, что служите святому делу? Долг перед богом, перед родиной должен удерживать вас от опромет¬ чивых поступков. Вы нужны родине, кроме того...— Голос ее задрожал, и она умолкла. — Кроме того? — повторил молодой человек и бро¬ сился к ней, протягивая руки. Но Френсис уже справилась с волнением; она холодно отстранила его и снова пошла к дому. — Так вот мы как расстаемся! — но помня себя от горя, крикнул Данвуди.— Неужели вы так презираете меня, что можете быть ко мне столь жестокой! Нет, вы никогда не любили меня и хотите оправдать свое непо¬ стоянство, упрекая меня в том, чего вы не желаете объяс¬ нить! Френсис замерла на месте и устремила на жениха взор, полный такой душевной чистоты, что пристыженный Дан¬ вуди готов был на коленях молить о прощении; приказав ему жестом молчать, она сказала: — В последний раз выслушайте меня, майор Данвуди! Очень горько вдруг узнать, что есть кто-то лучше тебя, и я это недавно испытала. Вас я ни в чем не вишо... ни в чем не упрекаю, даже в мыслях. Я недостойна вас, даже если бы имела право на ваше сердце. Такая робкая, сла¬ бая девушка, как я, не может дать вам счастья. Да, Пей¬ тон, вы родились для великих и славных дел, отважных, блистательных подвигов, и вы должны соединить свою судьбу с подругой, похожей на вас,^* с такой, что спо¬ собна побороть в себе женскую слабость. Я была бы для вас обузой, которая тянула бы вас вниз, меж тем как с другой спутницей вы сможете воспарить к вершииам зем¬ ной славы. Такой женщине я добровольно, хотя не могу сказать, что с радостью, уступаю вас; и молю бога, стра¬ стно молю, чтоб с ней вы были счастливы. — Прелестная фантазерка! — воскликнул Данвуди.— 623