которые помещаются справа. Однако это заблуждение, и объясняется оно незнанием анатомии человеческого тела. Исходя из этого ошибочного мнения, считают, будто безы¬ мянный палец на левой руке обладает особой силой, кото¬ рой лишены все остальные окончания этого дланевидного органа, а потому во время брачной церемонии его заклю¬ чают в обруч или кольцо, словно для того, чтобы прико¬ вать чувство брачной цепью, хотя его гораздо прочнее при¬ ковывает женское обаяние. Закончив эту речь, доктор с чувством прижал руку к сердцу и склонился в поклоне чуть не до земли. — Я не уверена, сэр, что правильно поняла вашу мысль,— сказала мисс Пейтон, и ее непонятливость была вполне извинительна. — Нет кольца, сударыня, а для бракосочетания необ¬ ходимо кольцо. Как только доктор ясно выразил свою мысль, мисс Пей* тон поняла, в какое они попали затруднительное положе-» ние. Она обернулась и поглядела на своих племянниц: в глазах Френсис она прочитала тайное торжество, чем была весьма недовольна, а на лице Сары — глубокое сму¬ щение, причина которого была тетке вполне понятна. Ни за что на свете не стала бы она нарушать ни одного пра¬ вила, предписанного приличиями. Все три женщины тут же невольно вспомнили, что обручальное кольцо покойной миссис Уортон мирно покоится среди других драгоценно¬ стей, спрятанных в тайнике, который был устроен давно, чтобы спасти семейные богатства от грабителей и мароде¬ ров, рыскающих по всему графству. В этом тайпом по¬ гребе прятали на ночь столовое серебро и все, что было ценного в доме; не один год пролежало там и это забытое всеми кольцо. Однако с незапамятных времен было при¬ нято, чтобы венчальное кольцо приносил жених, и пи за какие блага в мире мисс Пейтон не согласилась бы отсту¬ пить от старых обычаев в этом торжественном случае; ра¬ зумеется, лишь до тех пор, пока жепих не искупил бы на¬ несенного им оскорбления должной дозой тревоги и рас¬ каяния. Итак, все три скрыли существование этого кольца: тетка — из женского такта, невеста — из стыдливости, а Френсис — радуясь, что это замешательство так или иначе отсрочит свадьбу сестры. Доктор Ситгривс первый нару¬ шил неловкое молчание. 642

— Сударыня, если простое колечко, принадлежавшее моей покойной сестре...— Он на минуту запнулся и про¬ должал: ^ Если такое колечко сочтут достойным подобной чести, его будет нетрудно достать: оно лежит у меня на квартире в Четырех Углах, и я не сомневаюсь, что оно придется на пальчик, который в нем так нуждается. Я на¬ хожу большое сходство между... гм... моей умершей се¬ строй и мисс Уортон, я разумею — в строении тела. А ведь в анатомии обычно сохраняются все пропорции — это наблюдается у всех живых существ. Мисс Пейтон взглядом напомнила полковнику У элмиру, в чем состоит его долг, и он, вскочив со стула, горячо по¬ благодарил доктора и сказал, что тот окажет ему величай¬ шую услугу, если пошлет за кольцом. Хирург церемонно поклонился и вышел, чтобы выполнить свое обещание и послать кого-нибудь в деревню. Тетушка не задержала его, однако ей не хотелось, чтобы посторонние принимали участие в ее семейных делах, и потому, выйдя вслед за доктором, она попросила отправить за кольцом Цезаря, а не кого-нибудь из людей Ситгривса. Кэти Хейнс было ве¬ лено привести негра в соседнюю комнату, и мисс Пейтон вместе с доктором направились туда, чтобы дать ему нуж¬ ные наставления. Мистер Уортон дал согласие на поспешную свадьбу Сары с Уэлмиром, да еще в такое время, когда жизнь члена его семьи была в опасности, лишь потому, что бо¬ ялся, как бы беспорядки в стране не помешали влюблен¬ ным когда-либо встретиться вновь, а также из тайного страха, что ему не пережить гибели сына и с его смертью дочери останутся без покровителя. Хотя мисс Пейтон и поддержала желание брата воспользоваться случайным приездом священника, однако она не считала нужным опо¬ вещать о предстоящей свадьбе соседей, даже если б у нее и было на это время; поэтому теперь ей казалось, что она сообщает экономке и старому слуге глубокую тайну. — Цезарь,— начала она, улыбаясь,— я должна тебе со¬ общить, что твоя молодая госпожа, мисс Сара, сегодня вступает в брак с полковником Уэлмиром. — Кажется, я понял это раньше,—заметил Цезарь, добродушно посмеиваясь.— Старый негр видит, когда мо¬ лодая мисс что-то держит на уме. — Правда,^Цезарь, ты гораздо больше замечаешь, чем можно ожидать. Ну, раз уж ты догадался, по какой при¬ 043

чине нам понадобились твои услуги, выслушай указания этого джентльмена и в точности выполни все, что он ска¬ жет. Цезарь почтительно повернулся к доктору, который начал так: — Цезарь, твоя госпожа уже сообщила тебе о важном событии, которое скоро совершится в этом жилище; но нам не хватает обруча или кольца, чтобы надеть его на палец невесте. Таков старинный обычай, он сохранился в сва¬ дебном обряде многих ветвей христианской церкви, и даже священник при возведении в сан епископа не может обой¬ тись без кольца, как ты, конечно, понимаешь. — Быть может, масса доктор повторит еще разок свои слова,— попросил старый слуга, голова которого сдала в ту самую минуту, когда Ситгривс так одобрительно ото¬ звался о его понятливости.— Я, наверное, сумею заучить это на память со второго раза. — Нельзя выжать масла из камня, Цезарь, а потому я сокращу свое объяснение. Отправляйся в Четыре Угла и отвези эту записку сержанту Холлистеру или миссис Элизабет Фленеган; кто-нибудь из них передаст тебе необ¬ ходимый нам залог супружеской любви, и ты вернешься с ним домой. Письмо, переданное доктором в руки черного посланца, содержало следующие строки: Если у Кайндера прошел жар, то покормите его. Уотсону выпустите еще три унции крови. Обыщите гос¬ питальу не пронесла ли туда эта Фленеган спиртного. Джонсону перемените повязки и смените на дежурстве Смита. С подателем сего письма пришлите мне кольцо, которое висит на цепочке моих часов,— я оставил их, чтобы больным вовремя давали лекарства. Арчибальд Ситгривс, доктор медицины, хирург драгунского полка. — Цезарь,— сказала Кэти, когда осталась с негром наедине,— положи кольцо в левый карман, он ближе к сердцу, и не вздумай примерять кольцо на свой палец — это приносит несчастье. — Примерять кольцо? — воскликнул негр, растопыри¬ вая свои узловатые пальцы.— И вы думаете, колечко мисс Салли налезет на палец старого Цезаря? 644

— Это неважно, налезет или нет,— ответила эко¬ номка,— но надевать чужое обручальное кольцо после свадьбы — дурная примета, а уж перед свадьбой это еще опасней. — Говорю вам, Кэти, я п не думал надевать никакого кольца. — Тогда ступай, Цезарь, да смотри не забудь про ле¬ вый карман. А когда поедешь мимо кладбища, непре¬ менно сними шляпу. Да поторапливайся: я уверена, ничто так не изводит человека, как ожидание свадьбы, когда он уже совсем приготовился жениться. С такими напутствиями Цезарь вышел из дому и вскоре прочно сидел в седле. Как и все представители его народа, Цезарь смолоду привык ездить верхом и был отличным наездником, но, когда ему перевалило за шестой десяток, его африканская кровь маленько поостыла. Ночь была темная, и резкий ноябрьский ветер уныло завывал в до¬ лине. Поравнявшись с кладбищем, Цезарь снял шляпу со своей поседевшей головы и стал с суеверным ужасом ози¬ раться по сторонам, ожидая, что вот-вот увидит что-ни¬ будь потустороннее. Было достаточно светло, чтобы раз¬ глядеть какое-то вполне земное существо, пробиравшееся среди могил, должно быть, с намерением выйти на проез¬ жую дорогу. Рассудок и любовь к философии не способны бороться с непосредственными впечатлениями, а бедный Цезарь был лишен поддержки даже этих ненадежных со¬ юзников. Но так как он прочно сидел на упряжной лошади мистера Уортона, то не раздумывая припал к ее спине и отпустил поводья. Холмы, деревья, скалы, заборы, дома замелькали мимо него с быстротой молнии, и негр только начал соображать, куда и зачем он несется очертя голову, как лошадь его уже выскочила на перекресток и перед ним вырос полуразрушенный «Отель Фленеган» во всем своем неприглядном обличье. Увидев в окне веселый ого¬ нек, негр сразу понял, что перед ним человеческое жилье, и к нему тут же вернулся прежний страх перед кровожад¬ ными виргинцами. Однако он должен был выполнить по¬ ручение, а потому, спешившись, привязал к ограде свою взмыленную лошадь и осторожно подкрался к окну, чтобы разведать обстановку. Перед пылающим камином сидели сержант Холлистер и Бетти Фленеган, предаваясь обильным возлияниям. — Говорю вам, дорогой мой,— сказала Бетти, на ми¬ 645