— Благослови ее бог за заботы, и всех вас тоже! — го¬ рячо откликнулась Изабелла.— Доктор Ситгривс пошел к ним навстречу.. Но что это там блестит при лунном свете? Прямо против окна, у которого они остановились, стоял сарай, и острые глаза Лоутона тотчас разглядели в тени блестящий предмет, на который она указывала. — Это ружье! — крикнул драгун и бросился к Роноки, стоявшему еще под седлом у дверей. Лоутон двигался с быстротой мысли, по не успел сде¬ лать и шага, как грянул выстрел и мимо просвистела пуля. В доме послышался крик, и капитан вскочил в седло — все это произошло в одно мгновение. — На коней! За мной! — прогремел капитан, и, прежде чем удивленные драгуны поняли причину тревоги, Роноки перемахнул с седоком через ограду, за которой скрылся неведомый враг. Беглец был па волосок от смерти, но скалы оказались снова слишком близко, и разочарованный Лоутон увидел, как его противник скрылся в расселине, куда конь не мог последовать за ним. — Клянусь жизнью Вашингтона,— пробормотал ка¬ питан, пряча саблю в ножны,— я разрубил бы его попо¬ лам, если б он был не такой проворный. Но мое время еще придет! С этими словами он повернул назад с невозмутимым видом человека, готового в любую минуту отдать свою жизнь за родину. Непонятный шум в доме заставил его поспешить, и, когда он подошел к двери, насмерть пере¬ пуганная Кэти сообщила ему, что предназначавшаяся ему пуля попала в грудь мисс Синглтон. Глава XXIV И кажется ему — он на свиданье И снова слышит голос дорогой. Он ощущает легкое дыханье Подруги, отошедшей в мир иной. Томас Кэмпбелл, «Гертруда из Вайоминга» Чтобы разместить дам, драгуны наспех приготовили две смежные комнаты: дальняя должна была служить спальней. По просьбе Изабеллы ее тотчас перенесли туда 677

и положили на грубо сколоченной кровати рядом с ничего не сознающей Сарой. Когда мисс Пейтон и Френсис ки¬ нулись к Изабелле на помощь и увидели, что ее бледные губы улыбаются, а лицо спокойно, они подумали, будто пуля ее не задела. — Слава богу! — воскликнула тетушка, дрожа от вол¬ нения.— Когда раздался выстрел и вы упали, я страшно испугалась. Право, мы пережили слишком много ужасов, хорошо, что хоть этого мы избежали! Изабелла все еще улыбалась, прижимая руку к гру¬ ди, но лицо ее так помертвело, что у Френсис застыла кровь. — Где Джордж, он далеко отсюда? — спросила Иза¬ белла.— Скажите ему... Пусть он скорее придет ко мне... Я хочу еще раз повидать своего брата. — О боже, этого я и боялась! — вскричала мисс Пей¬ тон.— Но вы улыбаетесь, неужто вы ранены? — Мне хорошо, я счастлива,— промолвила Иза¬ белла.— Это избавление от всех страданий. Сара, лежавшая без движения, приподнялась и устре=* мила на девушку безумный взгляд. Она наклонилась над Изабеллой и отвела ее руку от груди. Рука была вся в крови. — Смотрите,—сказала Сара,—разве кровь еще не смыла вашу любовь? Обвенчайтесь с ним, дитя мое, и тогда никто не вырвет его из вашего сердца. Но только,— прибавила она шепотом, поникнув головой,— если другая не заняла раньше вашего места; тогда умрите и ступайте на небо... На небе ведь не бывает жен. Бедная помешанная закрыла лицо простыней и за весь вечер больше не проронила ни слова. В эту минуту вошел Лоутон. Он бестрепетно встречал любую опасность и привык к ужасам партизанской войны, но теперь был не в силах хладнокровно смотреть на лежащую перед ним невинную жертву. Капитан склонился над хрупкой фигу¬ рой раненой девушки, и в его суровых глазах отразился весь жар его души. — Изабелла,— произнес он, помолчав,— я знаю, вы обладаете не женским мужеством. — Говорите,— ответила она серьезно.— Если вам нужно что-нибудь сказать мне, говорите без опаски. Капитан отвернулся и проговорил: — Тот, кто получил такую рану, обречен. 678

— Я не боюсь умереть, Лоутон,— ответила Иза¬ белла.— Благодарю вас за то, что вы не усомиились во мне; я сразу почувствовала, что рана смертельна. — Вас не должны были касаться эти события,— про¬ должал драгун,— довольно того, что Британия вызывает па поле брани наших юношей; но, когда такие нежные со¬ здания становятся жертвами войны, я начинаю питать от¬ вращение к своему ремеслу. — Выслушайте меня, капитан Лоутон,— сказала Иза¬ белла, приподнимаясь с трудом, но отказываясь от чужой помощи.— С ранней юности и до последних дней я жила в лагерях и гарнизонах, стараясь скрашивать досуг моего старого отца. Неужели вы думаете, что я променяла бы эту жизнь, полную опасностей и лишений, на спокойпос, легкое существование? Нет! В мой последний час меня утешает сознание, что я сделала в жизни все, что по си¬ лам женщине. — Кто может проявить малодушие при виде такого мужества? Я видел сотни обливавшихся кровью воинов, но никогда не встречал такой силы духа. — Увы, сильна только душа,— сказала Изабелла,— моя женская природа лишила меня той стойкости, кото- 679

рая мне всего дороже. Но к вам, капитан Лоутон, природа была более благосклонна: вы отдали ваше отважное сердце и твердую руку на служение правому делу, и я знаю, они не изменят ему до конца. А Джордж и...— губы ее дрогнули, она умолкла и опустила глаза. — И Данвуди? — закончил капитан.— Вы хотели сказать — Данвуди? — Не называйте его имени,— молвила Изабелла, снова опускаясь на свое ложе и закрывая лицо.— Идите, Лоутон, подготовьте бедного Джорджа к нежданному удару. Лоутон печально глядел, как судорога пробегала по ее толу, прикрытому тонким покрывалом, а потом вышел, чтобы поговорить с ее братом. Встреча Синглтона с се¬ строй была очень горестна; на одну минуту Изабелла под¬ далась охватившему ее горячему чувству, но, зная, что часы ее сочтены, первая опомнилась и овладела собой. Она решительно потребовала, чтобы, кроме брата, в ком¬ нате остались только капитан Лоутон и Френсис. Не¬ смотря на многократные просьбы врача, она отказалась принять его помощь, и он, скрепя сердце, был вынужден удалиться. — Приподнимите меня,— сказала умирающая,— и дайте еще раз взглянуть на любимое лицо. Френсис молча исполнила ее просьбу, и Изабелла с сестринской нежностью посмотрела на Джорджа. — Осталось недолго, мой дорогой, через несколько ча¬ сов все будет кончено. — Не умирай, Изабелла, любимая моя сестра! — вскричал молодой человек, не в силах совладать со своим горем.— Ах, отец, бедный мой отец!.. — Да, моя смерть нанесет ему рану. Но он солдат и христиании. Мисс Уортон, я хочу поговорить с вами о том, что волнует вас, пока у меня есть еще силы. — Не надо,— мягко ответила Френсис,— поберегите себя; я не хочу, чтобы, желая меня утешить, вы подвер¬ гали опасности жизнь, столь дорогую для... для... мно¬ гих.— Голос ее прерывался от волнения, ибо Изабелла затронула самую больную струну в ее сердце. — Бедная, чувствительная девушка! — сказала Иза¬ белла, ласково глядя на нее.— В^я. жизнь у вас впереди, зачем же я буду разрушать счастье, которое она может вам дать! Мечтайте о нем, милое невинное дитя! И, даст бог, не скоро настанет день, когда развеются ваши грезы. 680

— Ах, мне осталось так мало в жизни для счастья! — сказала Френсис, пряча свое лицо.— Все, что я любила, лишь ранило мне сердце. — Нет,— остановила ее Изабелла,— вы должны лю¬ бить жизнь, у вас есть то, что всего важнее для сердца женщины. Но вам мешает заблуждение, рассеять которое может только смерть.— Утомившись, она замолкла, а ее слушатели ждали затаив дыхание, пока, собравшись с силами, она не заговорила вновь, еще более кротким голо¬ сом, положив свою руку на руку Френсис. — Мисс Уортон, если есть на свете душа, близкая Данвуди и достойная его любви, то это ваша. Горячая краска залила лицо Френсис, и она подняла па Изабеллу глаза, в которых просияла глубокая радость; по, увидев, что девушка угасает, Френсис подавила это чувство, и головка ее вновь склонилась над постелью ра¬ неной. Изабелла следила за ее лицом, и в глазах у нее от¬ ражались жалость и восхищение. — Такие же чувства испытала и я,— продолжала Изабелла.— Но теперь, мисс Уортон, Данвуди принадле¬ жит вам одной. — Будь справедлива к себе, сестра! — воскликнул Джордж.— Не надо ради романтического увлечения за¬ бывать о себе самой. Изабелла выслушала его с выражением нежного вни¬ мания, а затем, медленно покачав головой, промол¬ вила: — Не романтическое увлечение, а стремление к цравде заставляет меня говорить. Ах, сколько пережила я за один час! Мисс Уортон, я родилась под горячим солн¬ цем юга, и мои чувства дышали зноем его лучей, я была создана лишь для пылкой страсти. — Не говори так, прошу тебя, не говори! — вскричал ее глубоко взволнованный брат.— Вспомни, как преданно ты любила нашего старого отца, как бескорыстна и нежна была твоя привязанность ко мне! — Да, правда,— проговорила Изабелла, и улыбка кроткой радости осветила ее лицо.— С этой мыслью я уйду в могилу. Несколько минут она молчала; ни Френсис, ни Джордж не прерывали ее размышлений, но скоро, словно очнув¬ шись, она заговорила вновь: — Видно, мои чувства будут владеть мной до послед¬ 681