вам, потому что в них, к сожалению, много правды. Но, хоть я и рожден в ненавистном тебе племени, даже мой худший враг, даже лживый минг, не посмел бы сказать, что я хоть раз присвоил себе чужое добро, если только не добыл его в честном бою. И ни разу я не пожелал больше земли, чем господь предназначил человеку для упокоения. — Однако мой брат пришел к краснокожим искать себе сына? Траппер коснулся пальцем обнаженного плеча Ле Ба- лафре и, с грустной доверчивостью поглядев в его изрезан¬ ное шрамами лицо, ответил: — Это правда. Но думал я только о пользе самого юноши. Если ты полагаешь, дакота, что я усыновил его, чтобы найти опору в старости, то ты так же несправедлив ко мне, как, по-видимому, мало знаешь о жестоком за¬ мысле своих соплеменников. Я сделал его своим сыном, чтобы он знал, что на земле останется кто-то, кто оплачет его... Тише, Гектор, тише! Прилично ли тебе, песик, пре¬ рывать беседу стариков своим воем? Пес совсем одряхлел, тетон, и, хотя был хорошо обучен правилам поведения, он, подобно нам, иногда забывает добрые манеры своей моло¬ дости. Дальнейшую их беседу заглушил разноголосый вопль, вырвавшийся из уст десятка древних старух, которые, как мы уже упоминали, пробрались на видное место в первом ряду воинов. Он был вызван внезапной переменой в поведении Твер¬ дого Сердца. Когда старики повернулись к юноше, они увидели, что он стоит в самой середине круга, вскинув го¬ лову, устремив глаза вдаль, приподняв руку и выставив ногу вперед, как будто к чему-то прислушиваясь. На миг его лицо осветила улыбка; потом, словно вновь овладев собой, он принял прежнюю позу холодного достоинства. Зрителям почудилась в этом движении презрительная на¬ смешка, и даже вождей она вывела из себя. Женщины же, не в силах сдержать свою ярость, всей толпой ворвались в середину круга и принялись осыпать пленника самой злобной бранью. Они похвалялись подвигами своих сыно¬ вей, чинивших немало вреда различным племенам пауни. Они умаляли его славу и советовали ему поглядеть на Ма- тори — вот настоящий воин, не ему чета! Они кричали, что его вскормила косуля и он всосал трусость с молоком матери. Словом, они изливали на невозмутимого пленника 338

лоток язвительных оскорблений, в чем индианки, как из¬ вестно, большие мастерицы; но, так как подобные сцены описывались уже не раз, мы не станем докучать чита¬ телю подробностями. Следствием этой вспышки могло быть только одно. Пе¬ чально отвернувшись, Ле Балафре скрылся в толпе, а траппер, на чьем лице отразилось сильное чувство, при¬ близился к своему молодому другу. Так родные преступ¬ ника, пренебрегая людским осуждением, нередко подхо¬ дят вплотную к эшафоту, чтобы поддержать того, кто им дорог, в его смертный час. Простые воины были вне себя от возбуждения, но вожди все еще не подавали знака, ко¬ торый отдал бы жертву в их власть. Матори, однако, давно выжидал такой минуты. Не желая, чтобы его ревнивая не¬ нависть стала слишком явной, он воспользовался настрое¬ нием своих сторонников и не замедлил бросить им выра¬ зительный взгляд, побуждая их приступить к пытке. Уюча, не спускавший глаз с лица вождя, только того и ждал: он кинулся вперед, точно гончая, спущенная со своры. Растолкав воющих старух, которые уже накинулись на пленника, он укорил их за нетерпеливость; пусть по¬ дождут — пытку должен начать воин, и тогда они увидят* пауни заплачет, как женщина! Жестокий дикарь принялся размахивать томагавком над головою пленника таким образом, чтог казалось, вот- вот должен был нанести ему смертельный удар, хотя лез¬ вие ни разу не коснулось даже кожи. Это было обычное начало пытки, и Твердое Сердце, не дрогнув, выдержал испытание. По-прежнему его глаза неотрывно глядели вдаль, хотя блестящий топор описывал сверкающие круги прямо перед его лицом. Потерпев неудачу, бездушный сиу прижал холодное лезвие к обнаженному лбу своей жертвы и начал изображать различные способы скальпирования. Женщины же осыпали пауни злобными насмешками, на¬ деясь увидеть, как сойдет с его лица каменное равноду¬ шие, но пленник, как видно, берег свои силы для вождей п для тех мгновений невыразимой муки, когда его благород¬ ный дух мог бы наиболее достойно поддержать его неза¬ пятнанную славу. Траппер с истинно отцовской тревогой следил за каж¬ дым движением томагавка и наконец, не сдержав негодо¬ вания, воскликнул: — Мой сын забыл свою хитрость. Этот индеец подл н 339

всегда готов наделать глупостей. Я сам не могу так посту¬ пить, ибо моя вера запрещает умирающему воину поно¬ сить своих врагов, но у краснокожих другие обычаи. Пусть же пауни скажет жалящие слова и купит легкую смерть. Я знаю, это ему легко удастся, только нужно, чтобы он за¬ говорил прежде, чем мудрость вождей укажет путь глу¬ пости дурака. Взбешенный Уюча, хоть и не понял этих слов, сказан¬ ных на языке пауни, тут же повернулся к трапперу, угро¬ жая ему смертью за дерзкое вмешательство. — Делай со мной, что хочешь,— сказал бесстрашный старик.— Мне все равно, умру ли я сегодня или завтра, хоть это и не та смерть, которой пожелал бы себе честный человек. Погляди на благородного пауни, тетон, и ты уви¬ дишь, каким может стать краснокожий, почитающий Владыку Жизни и исполняющий его законы. Сколько твоих соплеменников послал он в дальние прерии! — про¬ должал граппер, не брезгая благочестивой уловкой: раз опасность угрожает ему самому, рассудил он, то нет греха в том, чтобы похвалить достоинства другого человека.— Сколько воющих сиу сразил он в открытом бою, когда стрел в воздухе было больше, чем хлопьев снега в метель! Л назовет ли Уюча имя хоть одного врага, сраженного его рукой? — Твердое Сердце! — взревел сиу и в ярости повер¬ нулся, чтобы нанести своей жертве смертельный удар. Но рука пленника сжала его запястье. На мгновение они словно застыли в этой позе — Уюча окаменел от не¬ ожиданного сопротивления, а Твердое Сердце наклонил голову, но не готовясь встретить смерть, а напряженно вслушиваясь. Старухи испустили вопль торжества, вообра¬ зив, что твердость духа наконец оставила пауни. Траппер испугался, как бы его друг не обесчестил себя, а Гектор, как будто понимая, что происходит, задрал голову и жа¬ лобно заскулил. Но пауни колебался только секунду. Другая его рука взметнулась вверх; как молния сверкнуло лезвие, и Уюча с рассеченным черепом упал к его ногам. Потом, размахи¬ вая окровавленным томагавком, пленник кинулся вперед, и старухи отпрянули в испуге, открыв ему дорогу. Одним прыжком он исчез в лощине. Тетоиы, точно громом пораженные, смотрели вслед от¬ чаянному храбрецу. Из уст всех женщий вырвался пронзи- 340

тельный жалобный крик, и даже старейших воинов, каза¬ лось, охватило замешательство. Однако оно длилось лишь миг. Из сотен глоток вырвался гневный рев, и сотни вои¬ нов ринулись вперед, охваченные жаждой кровавой местн. Но властный окрик Матори заставил их остановиться. Вождь, на чьем лице разочарование и ярость боролись с напускной невозмутимостью, приличной его сану, протя¬ нул руку в сторону реки, и тайна объяснилась. Твердое Сердце был уже на полпути к реке, когда из-за холма появился конный отряд вооруженных пауни, под¬ скакавший к самой воде. Еще мгновение, и громкий плеск возвестил, что пленник бросился в реку. Его сильным ру¬ кам потребовалось немного времени, чтобы одолеть тече¬ ние, и вот уже крик с противного берега доказал одурачен¬ ным тетонам, что враг восторжествовал над ними. Глава XXIX И, если пастух еще не схвачен, пусть удирает. Ему грозят такие муки, такие пытки, от которых лопаются кишки у человека и разрывается сердце у чудовища. Шекспир, «Зимняя сказка» Нетрудно понять, что побег Твердого Сердца вызвал среди сиу чрезвычайное волнение. Возвращаясь с охотни¬ ками в становище, их вождь не забыл ни об одной из тех предосторожностей, к каким прибегают индейцы, чтобы враги не могли отыскать их след. И все же оказалось, что пауни не только его отыскали, но и сумели с великим ис¬ кусством подобраться к лагерю тетонов с той единствен¬ ной стороны, где вожди не посчитали нужным выставлять стражу. Дозорные же, прятавшиеся по пригоркам позади становища, узнали о появлении врага последними. В эту тяжелую минуту было не до размышлений. Ма¬ тори потому и пользовался столь большим влиянием в пле¬ мени, что его находчивость и решительность часто помо¬ гали найти выход из трудных положений. И на этот раз он снова показал себя достойным своей славы. Не обращая внимания на плач детей, визг женщин, дикие завывани 1 341