г,или негромкую монотонную песню о потерях, понесенных их народом в различных стычках с белыми, и о том, как сладостна и благородна месть. Человек, менее привыкший к такого рода зрелищам, только увидев этих ведьм, ни¬ когда бы не отважился приблизиться к месту, где они со¬ вершали свой дикий и отвратительный обряд. Каждая старуха, получив нож, неторопливым и разме¬ ренным, но неуклюжим шагом начинала кружить вокруг дряхлого индейца, и вскоре они уже все медленно завер¬ телись в магической пляске. Они старались ступать в такт мелодии, сопровождая слова песни соответствующими жестами. Когда они говорили о потерях своего племени, они дергали себя за длинные седые космы или позволяли им в беспорядке рассыпаться по сморщенным шеям. Но стоило хоть одной запеть о том, как сладко отвечать уда¬ ром на удар, все вторили ей свирепым воплем и сопровож¬ дали его выразительным телодвижением, ясно показывав¬ шим, для чего они старались распалить в себе дикую ярость. И вот в самый центр этого беснующегося круга всту¬ пил траппер с таким невозмутимым хладнокровием, как будто вошел в деревенскую церковь. Его появление ста¬ рухи встретили новой бурей жестов, которые, если только это было возможно, стали еще более ясными и недву¬ смысленными. Сделав им знак замолчать, траппер спросил: — Почему матери тетонов поют злую песню? Еще не привели в их селение пленников пауни, их сыновья еще не вернулись, нагруженные скальпами. Старухи взвыли в ответ, а две-три фурии, самые разъ¬ яренные, даже подскочили к нему, размахивая ножами в опасной близости к его спокойным глазам. — Перед вами воин, а не беглец из стана Длинных Ножей, чье лицо бледнеет, едва он завидит томагавк,— сказал, не дрогнув, траппер.— Пусть женщины сиу по¬ думают: если умрет один бледнолицый, на месте, где он упал, их встанет сто. Но старухи в ответ только быстрей завертелись в пляске, а угрозы в их песне зазвучали еще более громко и внятдо. Вдруг самая старая и злобная вырвалась из круга и, ковыляя, побежала по направлению к намечен¬ ным жертвам, точно хищная птица, когда, покружив над добычей, она камнем падает на нее. Остальные ринулись гид

вслед за ней нестройной вопящей толпой, боясь лишиться своей доли в кровавой потехе. — Могучий колдун моего народа! — крикнул старик на языке тетонов.— Открой рот и заговори, чтобы все племя сиу услышало тебя. То ли Азинус в недавних передрягах постиг ценные свойства своего голоса, то ли его вывел из равновесия вид бегущих мимо старух, чьи вопли были невыносимы даже для ослиного слуха, но как бы там ни было, именно длин¬ ноухий сделал то, к чему призывали Овида, и произвел такой эффект, на какой едва ли мог бы рассчитывать на¬ туралист, даже если бы напряг все силы. Странный зверь заговорил впервые со времени своего появления па ста¬ новище. После столь ужасного предупреждения старухи кинулись врассыпную, точно коршуны, вспугнутые со своей добычи, однако продолжали вопить и, как видно, еще не совсем отказались от задуманного. Между тем их внезапное появление и сознание неот¬ вратимой опасности куда быстрей погнало кровь в жилах Поля и Мидлтона, чем самое усердное растирание. Борт¬ ник уже вскочил на ноги и принял угрожающую позу, обещавшую больше, чем он мог бы совершить на самом деле. И даже капитан приподнялся на колени, готовясь дорого продать свою жизнь. Непостижимое освобождение пленников от пут старухи приписали чарам «колдуна», и это заблуждение сослужило нашим друзьям, пожалуй, не меньшую службу, чем чудесное и своевременное вмеша¬ тельство Азинуса. — Вот теперь самое время выйти из засады,— крик¬ нул траппер, подбегая к товарищам,— и вступить в чест¬ ный бой. Было бы лучше подождать, пока капитан со¬ всем оправится, но уж раз мы выдали нашу батарею, то станем твердо и... Он умолк, почувствовав, что на его плечо опустилась огромная рука. Он был уже готов поверить, что тут и впрямь действуют чьи-то чары, когда повернулся и уви¬ дел, что попал в лапы такого могучего и опасного «кол¬ дуна», как Ишмаэл Буш. Сыновья скваттера, держа ружья наготове, вышли один за другим из-за неубранного шатра Матори, что не только объяснило, как удалось врагам зайти с тыла, пока внимание траппера было занято про¬ исходившим у реки, но и обусловило полную невозмож¬ ность сопротивления. 351

Ни Ишмаэл, ни его сыновья не считали нужным всту¬ пать в объяснения. Мидлтона и Поля снова связали в пол¬ ном молчании и с отменной ловкостью, и на этот раз дажо старый траппер разделил их участь. Шатер сорвали, жен¬ щин усадили па лошадей, и маленький отряд двинулся обратно к стоянке скваттера. Все это произошло с такой быстротой, что действительно могло показаться колдов¬ ством. Тем временем доверенный Матори со своими крово¬ жадными помощницами, потерпев неудачу, улепетывал по равнине к леску, где укрывались женщины и дети. И, когда Ишмаэл удалился со своими пленниками и до¬ бычей, плоскогорье, где совсем недавно бурлила жизнь большого индейского стойбища, стало таким же тихим и безлюдным, как вся бескрайняя пустыня вокруг. Глава XXX Но справедливо ль, благородно ль это? Шекспир Пока на плоскогорье совершались эти события, воины в лощине тоже не оставались праздными. Мы расстались с отрядами в ту минуту, когда, расположившись по двум противным берегам реки, они следили друг за другом и каждый старался насмешками и бранью принудить не¬ приятеля к какому-либо опрометчивому действию. Однако вождь пауни скоро понял, что коварного врага отнюдь не огорчает эта явно напрасная трата времени. Поэтому он изменил свои планы и отступил от реки, чтобы, как пра¬ вильно объяснил товарищам траппер, заманить более многочисленный отряд сиу на свой берег. Но вызов не был принят, и для достижения цели Волкам пришлось искать другого средства. Юный вождь пауни не стал больше терять драгоцен¬ ные минуты на бесплодные старания увлечь врага за со¬ бою в реку и быстро поскакал во главе своих верных вои¬ нов вдоль потока, ища более удобного места, где его от¬ ряд мог бы без урона внезапно переправиться на другой берег. Как только Матори разгадал его намерение, пешим воинам был нодаи знак вскочить на коней позади своих 352

более счастливых собратьев, чтобы вовремя помешать пе¬ реправе. Поняв, что план его раскрыт, и не желая утом¬ лять лошадей отчаянной скачкой, после которой они были бы уже бесполезны в бою, даже если бы им удалось обогнать перегруженных тетонских скакунов, Твердое Сердце вдруг осадил коня у самой воды. Местность была слишком открытой, чтобы прибегнуть к какой-нибудь из обычных уловок индейской войны, а время не ждало, и рыцарственный пауни решил ускорить развязку, совершив один из тех подвигов, какими не¬ редко индейские храбрецы обретают дорогую их сердцу славу. Место, которое он избрал, было весьма подходящим для его замысла. Река, почти всюду глубокая и быстрая, здесь широко разливалась, и рябь на воде говорила о ма¬ лой глубине. В середине потока поднималась широкая песчаная мель, и опытный воин мгновенно понял по ее цвету и виду, что она легко выдержит тяжесть коня. Вни¬ мательно осмотрев ее, Твердое Сердце сделал свой выбор. Быстро сообщив остальным о своем намерении, он бро¬ сился в поток, и его скакун, то плывя, то ступая по дну, благополучно вынес его на остров. Опытность Твердого Сердца не обманула его. Когда лошадь, фыркая, вышла из воды, он оказался на широком пространстве сырого, по плотно слежавшегося песка, пре¬ красно подходившего для любого конного маневра. Ска¬ кун, казалось, тоже это понял и нес своего воинственного седока таким упругим шагом, так гордо выгибая шею, что впору бы любому породистому коню, объезженному искуснейшим берейтором. От волнения и у самого вождя кровь быстрей побежала в жилах. Зная, что оба племени не спускают с него глаз, он натянул поводья; и если его собственный отряд мог гордиться и торжествовать, лю¬ буясь мужеством и красотою всадника, то для врага не могло быть ничего обидней, ничего унизительней этого зрелища. Появление молодого пауни па отмели тетоны встре¬ тили яростным воплем. Они ринулись к воде, в воздух взвилось полсотни стрел, раздались редкие ружейные вы¬ стрелы, и несколько смельчаков уже хотели броситься г, реку, чтобы наказать врага за дерзкий вызов. Но грозный окрик Матори заставил опомниться готовый выйти из по¬ виновения отряд. Запретив переправу, остановив даже бесплодный обстрел отмели, Матори приказал всем вои¬ 353