Если я буду командовать этим судном, то не стану держать военный совет с коком или юнгой. Командир корабля — это командир корабля, и он должен иметь собственное сужде¬ ние, хотя бы даже ложное. Ты опытный служака и пони¬ маешь, что лучше командиру идти неправильным курсом, чем вообще никуда не идти. Сам лорд первый адмирал не мог бы с достоинством командовать яликом, если бы спра¬ шивал совета у рулевого всякий раз, когда хотел бы выйти на берег. Нет, сэр, если мне суждено пойти ко дну, ничего не попишешь! Но, черт побери, я и ко дну пойду как моряк, с достоинством! — Постой, зять, я никуда не хочу идти, кроме поста у Тысячи Островов, куда нас послали. — Ну-ну, сержант, чем спрашивать совета, прямого со¬ вета у какого-то там матроса, лучше я обойду всю тысячу и осмотрю все острова один за другим, пока не найду того, который нам нужен. Но есть еще один способ составить се¬ бе мнение и не проявить невежества: надо выведать у этих матросов все, что они знают, я-то уж сумею все из них вы¬ удить, а они будут думать, что нет человека опытнее меня. В море иногда приходится смотреть в подзорную трубу, когда и глядеть-то не на что, или бросать лот задолго до того, как нужно измерить глубину. И у вас в армии, сер¬ жант, известно, как важно не только знать, но и делать вид, будто все знаешь. В молодости я дважды плавал с капита¬ ном, который управлял судном именно таким способом; иногда это помогает. — Я знаю, что сейчас у нас правильный курс, — ска¬ зал сержант, — но через несколько часов мы будем у мыса, откуда нужно продвигаться с большой осторожностью. — Дай-ка я все выкачаю из рулевого. Увидишь, не пройдет и нескольких минут, как у него развяжется язык. Кэп в сопровождении сержанта пошел на корму и оста¬ новился около рулевого, сохраняя самоуверенный и спо¬ койный вид человека, знающего себе цену. — Здорово дует, сынок! — произнес он снисходитель¬ но, как капитан, удостаивающий беседой подчиненного, к которому благоволит. — А что, у вас тут каждую ночь под¬ дувает такой береговой ветерок? — Да, в это время года, сэр, — ответил матрос, прикос¬ нувшись рукой к шляпе в знак уважения к новому капи¬ тану и к тому же родственнику сержанта Дунхема. И у Тысячи Островов, полагаю, будет такой же. 226

Скорее всего, ветер не переменится, хотя со всех сторон у нас будет суша. — Когда мы пройдем дальше на восток, сэр, ветер мо¬ жет перемениться, там нет настоящего берегового ветра. — Вот тебе и внутреннее море! Оно всегда может сы¬ грать с тобой шутку вопреки всем законам природы. А ска¬ зать к примеру, среди островов Вест-Индии можно одинако¬ во полагаться и на береговой и на морской ветер. Там в этом отношении нет никакой разницы, но вполне понятно, что здесь, в этой пресноводной луже, все по-другому. Ты, конечно, все знаешь, любезный, об этой Тысяче Островов? — Упаси бог, мастер Кэп, никто о них. ничего не знает. Это сущая головоломка и для старых матросов на этом озе¬ ре. Мы и названий их не знаем. Почти все они без имени, как младешщ, что померли некрещеными. — Ты католик? — резко спросил сержант. — Нет, сэр, я человек равнодушный к религии и нико¬ гда не тревожусь о том, что меня не тревожит. — Гм! Равнодушный! Должно быть, это одна из новых сект, от которых столько бед в нашей стране! провор¬ чал Дунхем; дед его был квакером из. Нью-Джерси, отец — пресвитерианином а он сам, вступив в армию, примкнул к англиканской церкви. — Итак, Джон, — продолжал Кэп, — или, кажется, те¬ бя зовут Джек? — Нет, сэр, меня зовут Роберт. — Да, да, Роберт, но это все равно, что Джек или Боб. Оба имени хороши. Скажи, Боб, а там, куда мы идем, хоро¬ шая якорная стоянка? — Бог с вами, сэр! Мне известно о ней не больше, чем какому-нибудь мохоку или солдату пятьдесят пятого полка. — Вы никогда не бросали там якорь? — Никогда, сэр. Мастер Пресная Вода всегда пристает прямо к берегу. 1 Квакер — член протестантской секты, распространенной в Англии и в Америке. Квакеры отвергают вмешательство государст¬ ва и общества в дела религии. Пресвитерианин — последова¬ тель одной из разновидностей протестантского вероучения, также распространенной в Англии и в Америке. Пресвитериане отрицают власть церковного духовенства и считают, что только выборный старейшина (пресвитер) может заниматься делами религии. 15* 227

— Но, прежде чем подойти к городу, вы, конечно, бро¬ саете лот и, как водится, смазываете его салом? 1 — Сало! Город! Господь с вами, мастер Кэп, города там нет и в помине, а сала вполовину меньше, чем у вас на подбородке. Сержант криво усмехнулся в ответ на шутку, но его шурин этого не заметил. — Неужто там нет ни церковной колокольни, ни маяка, ни крепости? Но есть же там, но крайней мере, гарнизон, как вы здесь говорите? — Если хотите знать, спросите сержанта Дунхема, сэр! Весь гарнизон — на борту «Резвого». — Но через какую протоку, Боб, по-твоему, удобнее подойти к острову — через ту, по которой ты шел в по¬ следний раз, или... или... или через другую? — Не могу сказать, сэр. Я не знаю ни той, ни другой. — Но не спал же ты у штурвала, дружище? — Не у штурвала, сэр, а на баке, на своей койке. Прес¬ ная Вода отправлял нас вниз вместе с солдатами, всех, кро¬ ме лоцмана, и мы понятия не имеем об этом переходе. Он всегда так поступал, подходя к островам и уходя от них. И, хоть убейте, я ровно ничего не знаю ни о протоке, ни о том, какой курс брать у островов. Это знакэт только Джас.- пер и лоцман. — Вот тебе и «обстоятельство», сержант! — сказал Кэп, отходя с зятем в сторону. — Здесь на судне сведений- то и выкачивать не у кого; едва возьмешься за ручку насо¬ са, как через край уже бьет невежество. Как же, черт побери, смогу я найти путь к этому посту? — То-то и дело, брат Кэп, легче задать вопрос, чем на него ответить. А разве нельзя как-нибудь вычислить курс? Я думал, что для вас, океанских моряков, это сущая безде¬ лица! Мне часто приходилось читать о том, как они откры¬ вали острова. — Читать-то ты читал, брат, но мое открытие будет самым великим, потому что я открою не просто какой-то остров, а один остров из тысячи. Если бы на палубу уро¬ нили иголку, я бы ее нашел, хоть я и немолод, но вряд ли мне удалось бы найти иголку в стоге сена. 1 Грузило лота смазывали салом, чтобы к нему прилипали ча¬ стицы грунта со дна; этот грунт тоже помогал определять место судна в море. 228

— Однако моряки, плавающие по этому озеру, каким- то образом находят нужные им места. — Если я не ошибаюсь, сержант, местоположение этого поста или блокгауза держится в строгой тайне? — Да, и принимаются все предосторожности, чтобы враг не мог узнать, где он находится. — И ты надеешься, что я, человек, незнакомый с ва¬ шим озером, найду это место без карты, не зная ни курса, ни расстояния, ни широты, ни долготы, без промера и, черт побери, без сала! Позволь тебя спросить, не думаешь ли ты, что моряк ведет корабль нюхом, как собака Следо¬ пыта? — Все-таки, брат, ты мог бы кое-что узнать, расспросив рулевого. Мне сдается, что этот молодец только прикиды¬ вается, будто ничего не знает. — Гм! Все это смахивает на новое «обстоятельство». Право, «обстоятельств» накопилось столько, что трудно докопаться до истины. Но мы выведаем, что знает этот парень. Кэп и сержант вернулись на прежнее место около штур¬ вала, и моряк возобновил свои расспросы. — А ты ненароком не знаешь широты или долготы этого острова,-паренек? — спросил он. — Чего, сэр? — Широты или долготы, а может быть, той и другой, это безразлично. Мне просто любопытно, как на пресной воде обучают молодых матросов. — Мне и самому безразлично, сэр, только я никак пе пойму, что вы хотите сказать. — Что я хочу сказать? А ты знаешь, что такое ши¬ рота? — Не-ет, сэр,—нерешительно ответил матрос.— Впро¬ чем, кажется, это французское название верхних озер. Кэп даже присвистнул и запыхтел, как мехи испорчен¬ ного органа. — Широта — французское название верхних озер! Ане знаешь ли ты, что такое долгота, сынок? — Кажется, знаю, сэр. Пять с половиной футов, устав¬ ной рост для солдат на службе его величества. — Вот тебе и долгота, сержант! Он нашелся так же быстро, как брас поворачивает рею! А что такое градусы, минуты и секунды, ты уж наверняка знаешь? — Да, сэр, уж градусы-то я знаю, а минуты и секун¬ 229