— Что это за басня, Мэйбл? — нетерпеливо спросил Следопыт, который при всех своих достоинствах не знал са¬ мых простых вещей, известных почти каждому белому че¬ ловеку. — Расскажите ее нам, у вас это так хорошо полу¬ чается! Я думаю, что и сержант ее никогда не слыхал. Мэйбл прочитала известную басню, и у нее это действи¬ тельно так мило получилось, что влюбленный Следопыт не отрывал от нее глаз, а доброе лицо его расплылось в широ¬ кую улыбку. — Как это похоже на лисицу! — воскликнул он, когда Мэйбл дочитала басню до конца. — Вот и минги тоже хит¬ ры и жестоки; эти бестии друг друга стоят. А что до винограда, то он в наших краях вообще кислый, даже для тех, кто в состоянии до него дотянуться. Но и здесь, конечно, он иногда кажется еще кислей тем, кто его не может достать. Я полагаю, например, что мингам мой скальп кажется ужасно кислым. — Насчет кислого винограда не нам тужить, дочка, пусть на него жалуется мистер Мюр. Ведь ты не мечтаешь выйти за него замуж, не так ли? — Она? Да ни за что! — вмешался Кэп. — Какая он ей пара? То ли солдат, то ли нет, не разберешь кто! История про виноград очень даже к нему подходит. — Батюшка, дядюшка, родные мои! Я пока еще не ду¬ маю о замужестве и хотела бы, чтобы об этом поменьше говорили. Но если и надумаю, то, во всяком случае, вряд ли остановлю свой выбор на человеке, который уже осчаст¬ ливил своей благосклонностью трех или четырех жен! Сержант подмигнул Следопыту, как бы говоря: «Вот видишь, наше дело в шляпе!» — потом, уступая просьбе до¬ чери, переменил тему разговора. — Ни тебе, зять, ни Мэйбл я не вправе передать коман¬ дование гариизоном, который останется на острове,—заме¬ тил он, — но вы можете давать советы и влиять на здеш¬ ние дела. Официальным командиром вместо меня останет¬ ся капрал Мак-Нэб; я старался сколько мог втолковать ему, что он остается здесь за главного и не подчиняется лейтенанту Мюру, который хоть и старше его чином, но сюда попал как волонтер и не должен вмешиваться в нашу службу. Смотри, брат Кэп, поддерживай капрала: если квартирмейстер приберет к рукам Мак-Нэба, то потом ся¬ дет и мне на голову — он захочет командовать и мной, и всей экспедицией. 304

—■ Особенно если Мэйбл и вправду посадит его на мель во время твоего отсутствия. Но все суда, я надеюсь, ты оставляешь под моей командой? Самая дьявольская пу¬ таница всегда образуется от столкновений между главно¬ командующими на море и на суше. — Вообще-то главнокомандующим здесь остается кап¬ рал. Мы знаем из истории, что разделение власти как раз и приводит к наибольшим недоразумениям, и я хочу избе¬ жать этой опасности. Капрал будет командовать, но ты мо¬ жешь свободно давать ему советы, особенно во всем, что касается лодок; я вам оставлю одну лодку на случай, если вам придется отступать отсюда. Я хорошо знаю капрала, он превосходный человек и храбрый солдат; на него впол¬ не можно положиться, если только не давать ему слишком 1дасто прикладываться к рюмочке «Санта-Круц». Кроме то¬ го, он шотландец и легко может подпасть под влияние квартирмейстера Мюра. Тут уж вы оба, ты, зять, и ты, Мэйбл, должны зорко следить за ними. — Но зачем вы оставляете нас здесь, батюшка? Я при¬ ехала издалека, чтобы покоить вас, разве я не могу сопро¬ вождать вас и дальше? — Славная ты моя девочка! Настоящая Дуихем! И все- таки тебе придется остаться. Мы покинем остров завтра утром, еще затемно, чтобы ни один любопытный не под¬ смотрел, как мы будем выходить из нашего укрытия. Мы возьмем с собой два бота побольше, а вам оставим третий бот л пирогу. Мы должны выйти на протоку, по которой французы возят во Фронтенак всякое добро для индейцев. Там нам придется засесть, может быть, даже на целую не¬ делю, чтобы перехватить их суда. — А бумаги твои в порядке, братец? — с беспокойством спросил Кэп. — Тебе, разумеется, известно, что захват су¬ дов в открытом море считается морским разбоем, если с тобою нет необходимых бумаг, подтверждающих твое право совершать рейсы на государственном или частном воору¬ женном судне. — Я имел честь получить от полковника звание стар¬ шего сержанта пятьдесят пятого полка, — возразил Дун- хем'й с достоинством выпрямился, — а этого должно быть достаточно даже для французского короля. Если же и это¬ го мало, у меня есть письменный приказ майора Дункана. — Но это не дает тебе права совершать рейсы на воен¬ ном судне?.. 20 Фенимор Купер. Том II 305

— Других бумаг у меня нетг зять, но и этих хватит. Интересы его величества в этой части света требуют, что¬ бы мы захватили суда, о которых я говорил, и отвели их в Осуиго. Эти суда нагружены шерстяными одеялами, по¬ брякушками, ружьями и патронами, — одним словом, всем, что нужно французам для подкупа проклятых ди¬ карей, их союзников, которых они заставляют совершать всякие зверства. Тем самым французы попирают христиан¬ скую религию и ее заповеди, законы человеколюбия и все, что нам дорого и свято. Захватив этот груз, мы рас¬ строим их планы и выиграем время, потому что этой осенью они уже не смогут получить из-за океана другие товары. — Однако, батюшка, разве его велцчество не прибе¬ гает также к помощи индейцев? — спросила Мэйбл, не¬ сколько удивленная. — Разумеется, дочка, и он имеет на это право, да бла¬ гословит его господь! Но только есть большая разница в том, кто использует краснокожих в войне — французы или англичане, — это всякому понятно! — Это-то понятно, шурин! Я вот только никак не раз¬ берусь с твоими судовыми документами. — Любой француз обязан удовлетвориться докумен¬ том английского полковника, подтверждающим мои пра¬ ва. Так оно и будет, зять. — Но какая разница, батюшка, кто втягивает индей¬ цев в войну — англичане или французы? — Плохо дело, дочка, если ты не видишь ее, этой раз¬ ницы! Прежде всего англичане по натуре человечны и смелы, а французы жестоки и трусливы. — Можешь еще добавить, брат, что они готовы пля¬ сать с утра до вечера, дай им только волю! — Совершенно справедливо! — серьезно подтвердил сержант. — И все-таки, батюшка, это не меняет дела. Если французы поступают дурно, подкупая туземцев, чтобы они воевали с их врагами, то, казалось бы, это одинаково неблагородно и со стороны англичан. Вы-то согласны со мной, Следопыт? — Вы правы, конечно, правы. Я никогда не был с те¬ ми, кто поднимает крик, обвиняя французов в тех же гре¬ хах, какие совершаем мы сами. И все же связываться с мингами позорнее, чем с делаварами. От этого благородного 306

племени мало что осталось, но я не считал бы грехом послать их против наших врагов. — Да ведь и они убивают и снимают скальпы со всех — от мала до велика, не щадя ни женщин, яи детей. — Это у них в крови, Мэйбл, и нельзя их за это осуж¬ дать. Натура есть натура, и у разных племен она прояв¬ ляется по-разному. Я, например, белый и стараюсь ве¬ сти себя, как подобает белому. — Не понимаю, — отвечала Мэйбл, — почему то, что справедливо для короля Георга, не должно считаться спра¬ ведливым и для короля Людовика. — Настоящее имя французского короля — Капут \ — заметил Кэп, у которого рот был набит олениной. — У меня был как-то на борту один пассажир, ученейший господин, и он разъяснил мне, что все эти Людовики — тринадцатый, четырнадцатый и пятнадцатый — были великими обман¬ щиками, на самом деле их всех звали Капутами; по-фран¬ цузски это значит «голова»; понимать это надо так, что их должно поставить у подножия лестницы, чтобы они были под рукой, когда придет время их повесить. — Разве это не все равно, что снимать скальпы? Такое же свойство человеческой натуры! — сказал Следопыт с удивленным видом, будто он впервые услышал нечто для него новое. — Теперь я уже без всяких угрызений совести буду бить этих негодяев, хотя я и прежде с ними не особен¬ но церемонился. Все собеседники, за исключением Мэйбл, решили, что на этом вопрос, занимавший их, исчерпан, и никто, по-ви- димому, не находил нужным обсуждать его дальше. И в самом деле, три наших героя в этом отношении мало от¬ личались от своих ближних, которые склонны судить обо всем пристрастно, без должного знания и понимания; воз¬ можно, и не стоило бы приводить здесь этот разговор, если бы он не имел отношения к некоторым частностям нашего повествования, а их суждения не объясняли мотивов, ру¬ ководивших их поступками. Как только все отужинали и гости ушли, у сержанта с дочерью начался большой и серьезный разговор. Нежные излияния были не в характере сержанта Дунхема, но сей¬ 1 Кэп имеет в виду династию французских королей Капетин- гов, получившую свое название по имени ее основателя — Гуго Ка- пета. Капут (caput) — «голова» по-латыни, а не по-французски, как утверждает Кэп. 20* 307