легко было прочесть горечь отринутой любви, то даже тя¬ желые подозрения не могли исказить ее простодушные черты выражением коварства или ненависти. — Ты ведь не предашь меня, Роса? — с присущей благородной натуре прямотой спросила Мэйбл, сжимая руку индианки. — Не захочешь подвести другую женщину под томагавк? — Томагавк тебя не трогай. Разящий Стрела не да¬ вай. Если Роса надо иметь сестра-жена, Роса желай тебя. — Нет, Роса, моя вера, мои чувства этого не дозволяют, а если б я вообще могла стать женой индейца, то ни за что не заняла бы твоего места в вигваме. Роса ничего не ответила, но, казалось, была довольна, даже благодарна. Она знала, что мало кто, а может быть, и ни одна из известных Разящей Стреле индейских девушек не может сравниться с ней красотой, и вздумай ее муж обзавестись даже дюжиной жен, никто ей не стра¬ шен, кроме Мэйбл. Однако Росу настолько покорили кра¬ сота, обаяние, доброта, женственная прелесть нашей геро¬ ини, что вспыхнувшая ревность не только не охладила ее чувств к ней, но даже их усилила, побудив индианку пойти на огромный риск, чтобы спасти свою воображаемую со¬ перницу от нападения ирокезов. Словом, Роса со свойст¬ венной любящей жене интуицией догадалась, что Разящая Стрела восхищается Мэйбл, но, вместо того чтобы терзать¬ ся ревностью и возненавидеть соперницу, как сделала бы всякая женщина, не привыкшая безропотно покоряться воле своего господина и повелителя, она стала присматри¬ ваться к наружности и характеру бледнолицей красавицы и, не найдя в ней ничего отталкивающего,, а напротив, очень много привлекательного, сама прониклась к ней вос¬ хищением и любовью, которые отличались, естественно, от чувств ее мужа, но были, пожалуй, не менее пылкими. Разящая Стрела сам послал Росу предупредить Мэйбл об опасности, но он не знал, что жена прокралась на остров вслед за нападающими и укрылась в цитадели вместе с предметом их общих забот. Напротив, он, как и говорила индианка, решил, что с Мэйбл в блокгаузе Кэп и Мюр и что это они отогнали его воинов выстрелом. — Роса жалей, что Лилия, — так индианка называла на своем поэтическом языке нашу героиню, — не бери муж Разящий Стрела. Великий вождь имей большой вигвам, много места, надо много жена. 348

— Спасибо, Роса, на добром слове, но мы, белые жен¬ щины, на это смотрим по-другому, — отвечала Мэйбл, не¬ вольно улыбаясь, несмотря на ужас своего положения. — К тому же я, возможно, даже скорее всего, никогда не выйду замуж. — Надо хороший муж, — сказала Роса. — Разящий Стрела нет на сердце, бери Пресный Вода. — О чем ты говоришь, Роса? Разве я могу думать о таких вещах, когда даже не уверена, буду ли еще жива через час! Ах, если бы как-нибудь узнать, жив ли и невре¬ дим мой дорогой дядюшка! — Роса ходи смотри. — Ты можешь? Ты согласна? А что, если тебя увидят на острове? Разве воины знают, что ты здесь? И будут ли они довольны, что женщина вышла с ними на военную тропу? Все это Мэйбл выпалила одним духом, словно страшась услышать нежел&тельный ответ. Она никак не могла по¬ верить, что Роса заодно с ирокезами, и, хотя это было со¬ вершенно невероятно, вообразила, будто индианка тайком последовала эа индейцами в своей пироге и опередила их единственно затем, чтобы ее предостеречь и спасти ей жизнь. Но Мэйбл заблуждалась, что и выяснилось со слов Росы, которая с грехом пополам ей все объяснила. Разящая Стрела, хоть и вождь, был в немилости у соб¬ ственного племени и заключил временный союз с ирокеза¬ ми. Правда, у него был свой вигвам, но он редко жил в нем; притворяясь другом англичан, он все лето делал вид, что служит им, тогда как в действительности шпио¬ нил в пользу французов, и жена сопровождала его во всех переходах, которые они большей частью совершали в пи¬ роге. Короче говоря, ее присутствие не составляло тайны, поскольку Разящая Стрела редко отправлялся в путь без нее. Все это Роса как умела разъяснила подруге, чтобы Мэйбл без опасения отпустила ее разузнать о судьбе Кэпа. Решено было, что индианка выйдет из блокгауза, лишь только для этого представится малейшая возможность. Сперва они через бойницы тщательно осмотрели весь остров и обнаружили, что победители, захватив припасы англичан и разграбив хижины, готовятся к пиршеству. Большая часть запасов хранилась в блокгаузе, но и без того их оказалось достаточно, чтобы вознаградить индей¬ цев за легкую победу. Трупы уже убрали, и Мэйбл заме¬ 349

тила, что оружие побежденных сложено в кучу возле ме¬ ста, где собирались устроить банкет. Роса высказала предположение, что убитых отнесли в кусты и там либо зарыли, либо спрятали. Ни одно из заметных с воды строе¬ ний не было разрушено, поскольку победители хотели заманить отряд сержанта в засаду, когда он вернется. Роса указала Мэйбл на индейца, по ее словам— дозорного; он взобрался на самую макушку высокой сосны, чтобы загодя предупредить своих соплеменников о приближении шлю¬ пок, хотя отряд выступил совсем недавно и только какое- нибудь непредвиденное обстоятельство могло заставить его так быстро возвратиться. Атаковать блокгауз пока никто не собирался. Напротив по мнению Росы, все го¬ ворило за то, что индейцы будут держать его в осаде до прихода отряда, чтобы следы штурма не открыли истины наметанному глазу Следопыта. Шлюпку, однако, индейцы захватили и переправили к кустам, где были спрятаны их пироги. Роса объявила, что сейчас самое для нее время выйти из блокгауза и присоединиться к своим. Мэйбл с некоторым недоверием спускалась за индианкой по леетнице, но ей тут же стало стыдно своих подозрений, недостойных ее самой и несправедливых по отношению к своей, спасительнице, и, когда они сошли вншг все ее сомнения рассеялись. Дверь, они отпирали с величайшей осторожностью, и, когда оста¬ валось открыть последний запор, Роса стала наготове у ко¬ сяка. Чуть приподняв щеколду, дверь приоткрыли ровно настолько, чтобы можно было протиснуться бочком, и Роса не замедлила выскользнуть наружу. Тотчас же Мэйбл судорожным движением захлопнула дверь, и, когда щекол¬ да стала на место, явственно услышала громкое: биение собственного сердца. Теперь она могла считать себя в срав¬ нительной безопасности и остальные два засова задвину¬ ла уже спокойнее. Когда дверь была крепко-накрепко за¬ перта, она поднялась наверх взглянуть, что творится сна¬ ружи. Потянулись томительно долгие, мучительные часы ожидания. Индианка как в воду канула. Мэйбл слышала вопли перепившихся дикарей — ром заставил их забыть об осторожности, — порой ввдела через бойницы их буй¬ ную оргию, и эти крики и разнузданные телодвижения, от которых кровь застыла бы у нее в жилах, ^ре явись она перед тем свидетельницей неизмеримо более чудовищного 35а

зрелища, все время напоминали девушке о страшном со¬ седстве. Около полудня на острове появился какой-то но¬ вый человек, которого Мэйбл по одежде и не совсем обыч¬ ной внешности сперва было приняла за дикаря. Но, раз¬ глядев его смуглое от природы и к тому же сильно обветренное лицо, она убедилась, что это белый, и даже несколько воспрянула духом: ей казалось, что в крайно¬ сти она сможет рассчитывать на помощь человека, близко¬ го ей по цвету кожи и цивилизации. Но, увы, наша герои¬ ня не ведала, что не так-то легко белым остановить своих' свирепых союзников, коль скоро они дорвутся до крови, да, собственно, в расчеты белых и не входило удерживать индейцев от зверств. День показался Мэйбл месяцем, и только минуты, про¬ веденные в молитве,, пролетали незаметно. Доводы Росы казались Мэйбл убедительными, она тоже думала, что блокгауз, видимо, не тронут до возвращения отца, которо¬ го ирокезы хотели заманить в засаду, так что на какое-то время она могла считать себя в сравнительной безопасно¬ сти. Зато будущее представало в самом мрачном свете, и Мэйбл мысленно уже рисовала себе ужасы, которые ее ожидают, если она попадет в плен. В такие минуты Мэйбл мерещился Разящая Стрела и его оскорбительное внима¬ ние: наша героиня знала, что индейцы, если не приканчи¬ вают пленных на месте, уводят их в свои селения, чтобы передать племени, и случалось, что белые женщины про¬ водили остаток своих дней в вигвамах победителей. Чтобы отогнать подобные мысли, Мэйбл опускалась на колени и принималась молиться. Пока было светло, положение нашей героини внушало тревогу, когда же над островом начали сгущаться сумерки, оно стало действительно опасным. К этому времени дикари дошли до полного исступления, чФму немало способствова¬ ли захваченные у англичан запасы рома, и выкриками своими и жестами они напоминали настоящих бесноватых. Все попытки французского начальника их унять оказались тщетными, и он благоразумно удалился на ближайший остров, где устроил себе нечто вроде бивака, предпочитая держаться на почтительном расстоянии от своих союзни¬ ков, от которых можно было всего ожидать. Однако, перед тем как уйти, французский офицер с опасностью для жиз¬ ни погасил костер и унес все, чем можно было разжечь огонь. Он боялся, как бы индейцы не спалили блокгауз, 351