который для выполнения его плана следовало сохранить. Француз охотно отобрал бы у них и оружие, но от этого ему пришлось отказаться: пока у воинов оставалась хоть искра сознания, они цеплялись за свои ножи и томагавки с упорством людей, считающих это делом чести, а унести карабины, оставив им оружие, которым они обычно поль¬ зовались в подобных случаях, было бессмысленно. Оказа¬ лось, что офицер не зря погасил костер: едва он скрылся из виду, как один из воинов предложил поджечь блокгауз. Разящая Стрела тоже покинул пьяное сборище, лишь только увидел, что ирокезы совсем обезумели. Смертельно усталый после двух бессонных ночей и слежки, он зашел в одну из хижин, повалился на солому и тотчас уснул. Итак, среди индейцев не осталось никого, кто бы мог защитить Мэйбл, о существовании которой ирокезы, вероятно, даже не подозревали, и человек десять таких же охмелевших и воинственно настроенных дикарей восторженными клика¬ ми приветствовали предложение своего пьяного соплемен¬ ника. Для Мэйбл это была страшная минута. В том состоянии, в каком находились индейцы, они не испугались бы и дю¬ жины наставленных на них ружей, а смутное сознание, что в блокгаузе люди, еще больше их .разжигало, и они при¬ ближались к нему, вопя и прыгая как одержимые. Алко¬ голь еще не успел свалить их с ног и лишь привел в край¬ нее возбуждение. Сперва они пытались выломить дверь, напирая на нее всем скопом, но сколоченное из бревен массивное сооружение выдержало их натиск. Даже объеди¬ ненные усилия сотни человек оказались бы столь же безуспешными. Но Мэйбл этого не знала и холодела от страха, когда при каждой новой попытке дикарей слышал¬ ся глухой удар. Наконец, убедившись, что дверь, словно каменная, не только не поддается, но даже не сотрясается, и только легкое погромыхивание петель указывает на то, что это дверь, а не стена, Мэйбл приободрилась и, желая узнать, велика ли опасность, воспользовалась первой же передышкой и выглянула из бойницы. К этому ее побудила и внезапно наступившая непонятная тишина, ибо для чело¬ века, если ему что-либо угрожает, самое страшное — неиз¬ вестность. Мэйбл увидела, как три ирокеза разгребают золу и, вытаскивая оттуда угольки, старательно их раздувают. Азарт, с каким они трудились, жажда разрушения и при¬ 352

родная сноровка позволяли им удивительно ловко и согла¬ сованно действовать в упорном преследовании своей же¬ стокой цели. Белый давно бы в отчаянии отказался от мысли разжечь огонь с помощью извлеченных из золы еле тлевших угольков, но у детей леса было много своих, неве¬ домых цивилизованному миру приемов. Пригоршня высох¬ ших листьев, которые только одни индейцы знают, где раз¬ добыть, несколько умело подложенных сухих прутиков — и костер заполыхал. Когда девушка, склонившись над бойницей, заглянула вниз, она обнаружила, что индейцы уже успели сложить у двери груду валежника и поджечь ее; огонь перебрасывал¬ ся с ветки на ветку, и вся груда, потрескивая и сыпля искрами, запылала ярким пламенем. Индейцы испу¬ стили торжествующий вопль и, уверенные, что выполнили свое дело на славу, вернулись к товарищам. Не в силах сдвинуться с места, Мэйбл, как завороженная, с тревогой глядела, как распространяется огонь. По мере того как костер разгорался, пламя поднималось все выше и выше и наконец обдало ее таким жаром, что она вынуждена была отступить. Но едва Мэйбл в испуге попятилась к противо¬ положной стене, как в бойницу, которую она второпях оставила открытой, ворвался длинный раздвоенный язык пламени, озарив грубо отесанные бревна и прижавшуюся к ним беспомощную девушку. Наша героиня решила, что настал ее последний час, ей отсюда не выбраться: един¬ ственный выход индейцы с дьявольской предусмотритель¬ ностью завалили пылающим валежником. Еще раз, как ей казалось тогда — уже в последний, Мэйбл обратилась к творцу с молитвой. Она закрыла глаза и сосредоточилась, но это длилось всего лишь какую-то минуту: желание жить вернуло ее к действительности. Невольно открыв глаза, она с изумлением увидела, что огненный сноп исчез и только от сквозняка по обуглившимся краям бойницы продолжают бегать язычки пламени. В углу стояла бочка с водой. Ско¬ рее инстинктивно, чем сознавая, что делает, Мэйбл дрожа¬ щими руками схватила ведро, зачерпнула воды и плеснула ее на загоревшееся дерево. Огонь тут же погас, однако дым какое-то время не давал ей подойти к бойнице, но, когда она смогла заглянуть вниз, сердце ее затрепетало от радо¬ стной надежды: костер кто-то разбросал, и залитая водой дверь только дымилась. — Кто здесь? — спросила Мэйбл, приблизившись 23 Фенимор Купер. Том II 353

вплотную к бойнице. — Боже, неужели ты послал мне помощь? Внизу послышались легкие шаги, и кто-то тихонько толкнул дверь. — Кто хочет войти? Это вы, мой дорогой, дорогой дя¬ дюшка? — Соленый Вода нет тут. Река Святой Лаврентий вся пресный вода, — последовал ответ. — Открой быстро. Надо входить. Трудно было с большим проворством спуститься по лестнице и отодвинуть засовы, чем это сделала Мэйбл, так точны и рассчитамны были все ее движения. Помышляя только о своем спасении, Мэйбл, пренебрегая всякой осто¬ рожностью, на этот раз стремительно распахнула дверь. Первым ее побуждением было бежать, бежать на волю из проклятого блокгауза, но Роса преградила ей путь и, не об¬ ращая внимания па порывавшуюся ее обнять девушку, хладнокровно задвинула засов. — Да благословит тебя бог, Роса! — с жаром восклик¬ нула наша героиня. — Это он послал мне тебя, ты мой ангел-хранитель! — Не жать так сильно, — ответила молодая индиан¬ ка. — Бледнолицый женщина все нлакай или все смейся. Дай Роса задирать дверь. Наша героиня немного успокоилась, и вскоре обе уже сидели наверху, держась за руки. Недоверия и ревности как не бывало: Мэйбл переполняла благодарность к инди¬ анке, а индианку — радостное сознание сделанного доброго дела. — А теперь скажи мне, Роса, — начала Мэйбл, после того как они обменялись горячими объятиями, — ты что- нибудь разузнала о моем бедном дядюшке? — Не знай. Никто его не видать, никто его не слыхать, никто ничего не знай. Роса думай, Соленый Вода — бежи река, нигде его не нашел. Офицер тоже нет. Я смотри, смот¬ ри, смотри, не видай нигде. — Слава богу! Значит, они бежали, хотя непонятно, ка¬ ким образом. Знаешь, мне кажется, я видела француза на острове. — Да, капитан. Но он тоже уходи. Много индей на остров. — Ах, Роса, если бы как-нибудь предупредить отца, чтобы он не попал в руки врагов! 354

— Не знай. Думай, воины сидеть засада, ингизы теряй скальп. —* Ты так много для меня сделала, Роса, неужели ты не поможешь отцу? ™ Роса не знай отец, не люби отец. Роса помогай свой народ, помогай Разящий Стрела; муж люби скальп. — И это говоришь ты, Роса! Никоща не поверю, что тебе будет приятно, если всех наших людей перебьют! Роса спокойно обратила свои темные глаза на Мэйбл, и на мгновение взгляд ее стал суровым, однако скоро суро¬ вость уступила место жалости. — Лилия — ингизский девушка? — сказала она как бы спрашивая. ^ Да, и, как ингизская девушка, я хотела бы спасти своих соотечественников от смерти. — Очень хорошо, если можно. Роса не ингиз: Роса — тускарора, муж тускарора, сердце тускарора, чувства тускарора — все тускарора. Лилия не беги сказать францу¬ зы: отец приходи побеждай их? —- Может быть, и нет, — ответила Мэйбл, в смятении проводя рукой по лбу. — Может быть, и нет. Но ведь ты же помогаешь мне, ты ведь спасла меня, Роса! Зачем же ты это делала, если ты чувствуешь только как тускарора? ^ Не чувствуй только как тускарора — чувствуй как девушка* Чувствуй как скво. Люби красивый Лилия, клади свой сердце! Мэйбл прослезилась и крепко прижала к груди милую индианку. С минуту она не могла вымолвить ни слова, но потом заговорила уже более спокойно и связно: — Не скрывай от меня ничего, Роса. Я готова к самому худшему. Сегодня твои соплеменники пируют, а что же они намерены предпринять завтра? — Не знай. Роса бойся встречай Разящий Стрела, Роса бойся спрашивай. Роса думай, прячься, пока ингизы приди назад. — А они не попытаются захватить блокгауз? Ты ведь видела, какой ужас они задумали? — Очень много ром. Разящий Стрела спи или не смей; капитан уходи или не смей. Все спи сейчас. — Так ты думаешь, я в безопасности, по крайней мере на эту ночь? — Очень много ром. Если Лилия как Роса, может много сделай для свой народ. 23* 355