Да, я понимаю язык этих гадов и в случае нужды могу объясниться на нем, — правдиво отвечал Следопыт,— но я не выношу ни этого племени, ни его языка. Что ни минг, то плут, вот каково мое мнение, мастер Каменное Сердце. Мне уже приходилось встречать вас, правда, толь¬ ко в сражениях, и надо сказать — вы всегда были там, где всего жарче. Да и наши пули вам, конечно, знакомы? — Только не ваши, сэр. Une balle *, посланная вашей славной рукой, это верная смерть. Вы убили на остро¬ вах одного из лучших моих воинов. — Все может быть, все может быть^ хотя, осмелюсь сказать, все они отчаянные канальи. Не в обиду вам будь сказано, мастер Каменное Сердце, вы попали в пресквер¬ ную компанию! — Да, сэр, —* ответил ему француз, стараясь быть веж¬ ливым; с грехом пополам понимая по-английски, он ре¬ шил, что ему говорят любезности. — Вы очень хороший. Но un brave 2 всегда comme ça 3. Но позвольте! Что это значит? Чем провинился этот jeune homme? 4 Следопыт посмотрел в ту сторону, куда указывал рукой капитан Санглие, и увидел, что два солдата грубо схвати¬ ли Джаспера и по приказанию Мюра скручивают ему руки. — Это еще что такое? — воскликнул проводник, бро¬ сившись к ним и с силой оттолкнув обоих стражей. — У кого хватает духу так бессовестно обращаться с Пресной Водой, да еще у меня на глазах? — Это мой приказ, Следопыт, — заметил квартирмей¬ стер, — и я за него отвечаю. Неужели вы возьмете на се¬ бя смелость оспаривать законность приказа, отданного офицером его величества? — Я стал бы оспаривать даже собственные слова ко¬ роля, если бы он утверждал, что Джаспер заслуживает такого обхождения. Кто, если не он, спас наши скальпы? Кто избавил нас от поражения и принес нам победу? Нет, нет, лейтенант, если вы собираетесь с самого начала пока¬ зывать свою власть таким образом, то я первый не буду ей подчиняться. 1 Пуля (франц.). 2 Храбрец (франц.). 3 Таков (франц.). 4 Молодой человек {франц.). 414

— Это уже попахивает неповиновением! — сказал Мюр.— Впрочем, от Следопыта можно многое стерпеть. Действительно, Джаспер делал вид, будто помогает нам, но нельзя из-за этого забывать его прошлые прегрешения. Разве сам майор Дункан не предостерегал против него сержанта Дунхема перед нашим отправлением из крепо¬ сти? Разве то, что мы видели собственными глазами, не¬ достаточно указывает на 'измену в наших рядах? И разве не естественно заподозрить в предательстве только Джа¬ спера Уэстерна и никого другого? Эх, Следопыт, никогда из вас не выйдет ни великий государственный деятель, ни великий полководец, — вы слишком доверяетесь внешно¬ сти людей! Накажи меня господь, если я не уверен, да и вы сами частенько твердили это, что лицемерие еще более распространенный порок, нежели даже зависть, — это бич человеческой природы! Капитан Санглие передернул плечами. Он внимательно посматривал то на Джаспера., то на квартирмейстера. — Я и слышать не хочу вашей болтовни о зависти и о лицемерии и вообще о человеческой природе! — рассер¬ дился Следопыт. — Джаспер — Пресная Вода мой друг; Джаспер — Пресная Вода храбрый парень, честнейший и преданнейший человек, и ни один солдат пятьдесят пятого полка не посмеет коснуться его пальцем без личного при¬ каза майора Лунди, пока я в силах помешать этому! Рас¬ поряжайтесь своими людьми, но не Джасперам и не мной, мистер Мюр! — Bon!1 — во всю глотку закричал Санглие. — Итак, вы не намерены слушаться голоса рассудка, Следопыт? Неужели вы забыли наши подозрения и раз¬ думья? Тогда вот вам еще одна убедительная и отягчаю¬ щая вину улика. Посмотрите на этот лоскуток флагдука — Мэйбл Дунхем обнаружила его здесь поблизости, на ветке дерева, примерно за час до нападения индейцев. Потруди¬ тесь бросить взгляд на флаг, развевающийся на «Резвом», и вы легко убедитесь, что этот лоскуток отрезан именно оттуда., Нужны ли более убедительные доказательства? — Ma foi, c’est un peu fort, ceci! 2 — пробормотал фран¬ цуз сквозь зубы. — Что мне до ваших флагов и сигналов, мне они ни 1 Хорошо (франц.). 2 Честное слово, это уж слишком! (франц.) 415

к чему! Я знаю сердце этого юноши, — продолжал Следо¬ пыт. — Джас-пер сама честность, а это слишком редкий дар, чтобы не беречь его, это не совесть какого-нибудь минга. Нет, нет, прочь руки! Или мы посмотрим, кто ока¬ жется сильней; вы с вашими солдатами пятьдесят пятого полка или Великий Змей, «оленебой» и Джаспер с его командой. Вы переоцениваете свои силы, так же как не¬ дооцениваете честность Пресной Воды. — Très bien!1 — Раз так, Следопыт, мне не остается ничего иного, как открыть вам всю правду. Капитан Санглие и Разящая Стрела, отважный туокарора, только что объявили мне, что этот несчастный юноша — -предатель. После такого свидетельства вы не станете, надеюсь, отрицать мое право покарать изменника по заслугам. — Scélérat!2 — буркнул француз. — Капитан Санглие храбрый солдат, он не станет кле¬ ветать на честного матроса, — вмешался Джаспер. — Ска¬ жите, капитан Каменное Сердце, есть ли среди нас преда¬ тель? — Да, да, — согласился Мюр, — пусть скажет, если вы так настаиваете, несчастный юноша, и тогда вся правда выйдет наружу. Уверен, что вам не избежать кары, когда суд займется вашими злодеяниями! Так как же, капитан Санглие, видите вы среди нас предателя или нет? — О да, сэр, конечно, вижу! — Слишком много лгать! — вскричал Разящая Стрела и бросился к Мюру, толкнув его при этом случайно в грудь. — Где моя воины? Где инглизи скальпы? Слишком много лгать! Мюр был не лишен мужества и до известной степени чувства чести. Грубый жест индейца он воспринял как оскорбление; к тому же в нем вдруг заговорила совесть. Быстро отступив назад, он хотел схватить ружье. Лицо его смертельно побледнело от гнева и выражало жестокую решимость. Но тускарора оказался ловчей его. Дико сверкнув глазами, он быстро огляделся,' выхватил из-за пояса спрятанный там кинжал и в мгновение ока всадил его в грудь лейтенанта по самую рукоятку. Когда тот стал валиться, Саиглие взглянул на его лицо, на котором 1 — Очень хорошо (франц.). 2 — Подлец! (франц.) 416

— Что ж, одним подлецом па свете меньше!

застыла удивленная улыбка, какая бывает у человека, вне¬ запно настигнутого смертью, потом взял понюшку табаку и проговорил спокойным голосом: — Voilà l’affaire finie, mais... — Тут он пожал плеча¬ ми.— Ce n’est qu’un scélérat du moins!1 Расправа была слишком скорой, чтобы можно было ей помешать. Белые так опешили, что, когда тускарора, ис¬ пустив дикий вопль, кинулся в кусты, никто не побежал за ним. Один лишь Чингачгук сохранил присутствие духа. Едва кусты сомкнулись за беглецом, как делавар нырнул в чащу и пустился в погоню за беглецом. Джаспер Уэстерн свободно говорил по-французски, и его поразили слова и жесты Санглие. — Скажите, мосье, — обратился он к французу по-ан¬ глийски, — по-вашему, я изменник? — Не вы, а он, — холодно указал тот на Мюра. — Он наш шпион, наш агент, наш друг. Ma foi, c’etait un grand scélérat. Voici!2 С этими словами Санглие склонился над мертвым те¬ лом и, засунув руку в один из его карманов, вытащил от¬ туда кошелек. Он вытряхнул содержимое его на землю, и несколько дублонов покатилось к ногам .солдат, которые кинулись их подбирать. Отбросив с презрением кошелек, искатель приключений вернулся к своему супу, приготов¬ ленному с большой заботой, и, поскольку он пришелся ему по вкусу, стал завтракать с таким невозмутимым видом, что самый стоический индейский воин мог бы ему позави* довать. Глава XXVII Лишь добродетель будет вечно жить, Одна лишь правда в мире не умрет. Каупер, «Третья загадка» Внезапная смерть Мюра послужила сигналом для дру¬ гих не менее ошеломительных событий. Не успели солда¬ ты подобрать труп квартирмейстера, отнести в сторонку и пристойно накрыть шинелью, как и Чингачгук молча воро- 1 Кончено дело... Что ж, одним подлецом на свете меньше (франц.). 2 Говоря по совести, он был большой подлец. Вот! (франц.) 418

тйлся на свое место у костра, и обоим — Следопыту и Сан- глие — бросился в глаза свежий окровавленный скальп у него за поясом. Никто не задал ему ни одного вопроса. И даже Санглие, хоть он и понимал, что Разящая Стрела убит, не проявил ни малейшего сожаления илй интереса к участи своего клеврета и продолжал так же невозмутимо хлебать свой суп, словно ничего не произошло. В ^том высокомерном равнодушии, в этом презрении к предначер¬ таниям судеб чувствовалась поза, — быть может, подража¬ ние индейцам, — хотя в немалой степени сказывалась здесь и душевная зачерствелость видавшего виды бретте- ра и матерого вояки. Следопыт внешне тоже оставался спокоен, но то была лишь видимость. Он не любил Мю- ра — лебезящая угодливость лейтенанта претила его открытой, честной натуре. Как ни привык он к превратно¬ стям жизни на границе, его потрясла эта скоропостижная, насильственная смерть, привел в ужас самый факт изме¬ ны. Желая как следует во всем разобраться, он, едва лишь унесли тело лейтенанта, стал допытываться у француз¬ ского капитана, что ему известно по этому делу. И Санглие, не видя больше необходимости выгораживать своего аген¬ та, поскольку тот умер и больше ему не понадобится, тут же, за завтраком, открыл Следопыту ряд неизвестных то¬ му обстоятельств, небезынтересных для читателя, так как они проливают свет на некоторые второстепенные эпизоды нашего повествования. Вскоре после того, как пятьдесят пятый полк был переброшен на границу, Мюр предложил свои услуги неприятелю — он якобы располагает особо важными и достоверными сведениями благодаря приятельским отно¬ шениям с майором Лунди. Французы охотно откликнулись на это предложение, и мосье Санглие несколько раз встре¬ тился с Мюром в окрестностях Осуиго и даже как-то провел тайно ночь в самой крепости; обычно же связь между ними поддерживалась через Разящую Стрелу. Подметное письмо, полученное майором Лунди, было со¬ стряпано Мюром и отослано в Фронтенак, где его перепи¬ сали и вернули в Осуиго с тем же тускаророй. Гонец как раз и возвращался с этого задания, когда его перехватил «Резвый». Вряд ли надобно пояснять, что Джаспера реше¬ но было сделать козлом отпущения, обвинив его в преда¬ тельстве, чтобы тем самым отвести подозрение от Мюра, и что тот же Мюр выдал неприятелю расположение острова. 27* 419