привезу могикан и съестные припасы. Лучше спать без скальпа, нежели страдать от голода при изобилии. Путешественники с радостью согласились с указаниями Соколиного Глаза. Едва последний из них ступил на скалу, высокая фигу¬ ра охотника скользнула над водой и тотчас исчезла в не¬ проницаемой тьме, которая окутывала реку. Несколько ми¬ нут путешественники, оставшиеся без своего руководителя, беспомощно колебались, не зная, на что решиться, боясь сделать хотя бы шаг по неровным камням, опасаясь при первом неверцом движении упасть в глубину одной из пе¬ щер, в которые вода с- ревом низвергалась со всех сторон. Однако им пришлось ждать недолго: пирога снова подошла к низкой скале, и, как показалось ожидающим, раньше, не¬ жели Соколиный Глаз мог добраться до могикан. — Теперь у пас тут и крепость, и гарнизон, и про¬ виант, — весело крикнул Хейворд, — и нам не страшны ни сам Монкальм, ни его союзники! Скажите же мне, бдитель¬ ный страж, что вы думаете о тех, кого называете иро¬ кезами? — Ничего хорошего я не скажу об ирокезах! Если Вебб желает видеть честного и верного индейца, он должен по¬ звать к себе делаваров, а французам отдать жадных, лжи¬ вых мохоков и онайдов вместе с шестью племенами их союза. — Но в таком случае нам пришлось бы заменить воин¬ ственных людей бездействующими друзьями. Я слыхал, что делавары бросили томагавки и страшатся войны, как робкие женщины. Да, стыдно голландцам1 и ирокезам, которые своими дьявольскими хитростями заставили их заключить такой союз. Но я знаю делаваров двадцать лет и назову лгуном всякого, кто скажет, что в жилах делавара течет кровь тру¬ са. Вы оттеснили эти племена от морских берегов, а теперь готовы верить их врагам, которые клевещут на них, чтобы вы могли спокойно спать. — Во всяком случае, я отлично вижу, что ваши това¬ рищи храбрые и осторожные воины. Скажите, не успел ли кто-нибудь из них заметить врагов или узнать что- нибудь о них? 1 Ныо-Йорк был основан голландцами. 547.

— Индейца прежде почуешь, а потом увидишь, — отве¬ тил Соколиный Глаз, поднимаясь на скалу и сбрасывая на землю убитого оленя. — Выслеживая мингов, я доверяю не глазам. — А слух не говорит вам, что они напали на путь к на¬ шему убежищу? — Мне было бы очень грустно думать, что это случи¬ лось, хотя место нашей стоянки может послужить отличной крепостью для мужественных и смелых людей. Впрочем, не отрицаю, что, когда я проходил мимо лошадей, они дро¬ жали и жались, точно чуя приближение волков; а ведь волки часто рыщут близ засады индейцев, надеясь пожи¬ виться остатками мяса убитых оленей. — Но вы забыли оленя, лежащего у ваших ног! И раз¬ ве звери не могли почуять убитого жеребенка?.. О, что это за шум? — Бедная Мириам! — бормотал Давид Гамут (так зва¬ ли псалмопевца.) — Бедный жеребенок был обречен стать добычей диких зверей! Вдруг голос Давида присоединился к неумолкаемому грохоту воды, и он запел псалом: Первенцев Египта убил он, Первенцев людей и зверей. О фараон! Поразил он Тебя десницей своей! — Смерть жеребенка тяжело гнетет сердце его хозяи¬ на. Впрочем, если человек заботится о своих бессловесных друзьях, это говорит в его пользу. Может быть, вы правы, продолжал Соколиный Глаз, отвечая на последнее предпо¬ ложение Дункана. Тем скорее нам нужно срезать мясо оленя с костей и бросить остатки в реку. Не то, пожалуй, здесь скоро раздастся вой дикой стаи, и волки, стоя на окрестных утесах, будут с завистью и жадностью следить за каждым проглоченным нами куском. Ирокезы хитры и отлично разберут по волчьему вою, в чем дело. Говоря это, Соколиный Глаз, заботливо собрав, необхо¬ димые вещи, прошел мимо группы остальных путников. Могикане двинулись за ним; можно было подумать, что индейцы угадали намерения своего белого товарища. Ско¬ ро все трое исчезли один за другим; казалось, они вошли в темную отвесную стену, которая поднималась в несколь¬ ких ярдах от берега. 548

Глава VI Напев прекрасный, что звучал в Сионе, Он растоптал своей заботой здравой И тотчас же торжественно сказал: «Восхвалим господа со славой!» Бёрнс Хейворд и его спутницы с некоторой тревогой смотрели на непонятное исчезновение своих проводников. Хотя поведение белого человека до сих пор не вызывало никаких опасений, но его грубая одежда, резкая речь, глу¬ бокая ненависть к врагам и его молчаливые товарищи — все вместе рождало недоверие у людей, встревоженных не¬ давним предательством индейца. Только Гамут не обращал внимания на происходившее вокруг него. Он сидел на выступе скалы, и его присутст¬ вие не было бы заметно, если бы волнение души псалмо¬ певца не выражалось частыми глубокими и тяжелыми вздохами. Вот послышались заглушенные голоса, словно люди пе¬ рекликались где-то далеко-далеко в недрах земли. И вдруг яркий свет ударил в глаза путешественникам, расположив¬ шимся на камнях. Перед ними открылась тайна убежища, в котором скрывались разведчик и могикане. В дальнем конце узкой глубокой пещеры стоял раз¬ ведчик, держа в руке связку пылающих сухих сосновых ветвей. Отсвет огня, падавший на его суровое, обвет¬ ренное лицо и на его лесной наряд, придавал оттенок романтической дикости этому человеку, хотя при обыкно¬ венном свете дня он поразил бы глаз только своеобразной одеждой, железной неподвижностью своего стана да насто¬ роженностью и простосердечием, которые отражались на его лице. Недалеко от разведчика, ближе к выходу из пе¬ щеры, стоял Ункас. Путешественникам видны были гибкие и непринужденные движения молодого индейца. Хотя его фигура была закрыта зеленой, обшитой бахромой охот¬ ничьей рубашкой, но голова оставалась непокрытой, так что ничто не мешало наблюдателям с тревогой следить за блеском его глаз, пугающих и вместе с тем спокой¬ ных, смелыми очертаниями гордого лица, не обезобра¬ женного красками, благородной высотой его лба и изящ¬ 549

ной формой обритой головы, на макушке которой красова¬ лась длинная прядь волос. Впервые Дункан и его спутники получили возможность разглядеть своих проводников-ин- дейцев, и путешественники вздохнули с облегчением, когда увидели гордое, решительное, хотя и дикое выражение лица молодого воина; чувствовалось, что он не способен на гнусное предательство. Алиса с интересом разглядывала его открытое лицо и гордую осанку, как она рассматривала бы драгоценную статую, изваянную резцом древних греков и чудом ожившую; а Хейворд, хотя и привык наблюдать совершенство форм, столь распространенное среди тузем¬ цев, открыто выражал свое восхищение при виде такого без¬ упречного образца благороднейших пропорций человека. — Я могла бы спокойно заснуть, — шепотом произне¬ сла Алиса, — зная, что такой бесстрашный и, по-видимому, великодушный часовой охраняет меня. Я уверена, Дункан, что жестокие убийства и мучительные пытки, о которых мы так часто слышим и читаем, не могут совершаться в присутствии людей вроде Ункаса. — Я согласен с вами, Алиса, ответил Хейворд. — Мне тоже кажется, что такой лоб и такие глаза способны внушать страх, но не обманывать... Однако не будем за¬ блуждаться: мы должны ждать от него только проявления тех достоинств, которые считаются добродетелями среди краснокожих. Впрочем, встречаются замечательные люди и среди белых и среди индейцев. Будем же надеяться, что этот молодой могиканин не разочарует нас и докажет, что его наружность не обманчива, что он действительно храб¬ рый и преданный друг. — Теперь майор Хейворд говорит, как подобает майору Хейворду, — заметила Кора. — Кто, глядя на это создание природы, может вспомнить о цвете его кожи! Наступило короткое, как бы неловкое молчание, кото¬ рое прервал разведчик, предложив путцикам войти в пе¬ щеру. — Огонь разгорается слишком ярко, — сказал он, — то¬ го и гляди, укажет мингам наш приют. Ункас, опусти-ка одеяло — это скроет огонь... Угощайтесь! Конечно, перед вами не такой ужин, какого имеет право ожидать майор королевской армии, но я видывал, как многие военные с удовольствием глотали сырое мясо, даже без всякой при¬ правы. А у нас есть соль, и мы можем быстро зажарить 550

мясо. Вот свежие ветки сассафраса 1. Пусть дамы прися¬ дут на них, хоть это и не стулья иэ красного дерева. Ну, друг, — обратился он к псалмопевцу, не печальтесь о же¬ ребенке: это было невинное создание и еще не успело узнать печалей. Смерть спасла его от многих неприятно¬ стей, от ссадин на спине, от натруженных ног... Между тем Ункас исполнил приказание разведчика. Голос Соколиного Глаза замолк, и грохот водопада за¬ звучал, точно раскат отдаленного грома. — Не опасно ли оставаться в этой пещере? — спросил Хейворд. Не грозит ли нам здесь внезапное нападение? Ведь, стоя подле выхода, один вооруженный человек может держать нас в своих руках. В темноте из-за спины разведчика вынырнула какая-то фигура, похожая на воплощение смерти, и, взяв горящую головню, осветила ею отдаленный конец узкого грота. Али¬ са вскрикнула, и даже смелая Кора вскочила при появле¬ нии страшного существа. Но Хейворд успокоил девушек, сказав им, что это только их проводник, Чингачгук. При¬ подняв второе одеяло, индеец показал, что в пещере был еще один выход. Потом, держа в руках пылающую голов¬ ню, он проскользнул через узкий проход в утесе в другой грот, совершенно сходный с первым. — Таких опытных лисиц, как мы с Чингачгуком, не часто ловят в норе с одним выходом! — со смехом заметил Соколиный Глаз. — Это отличное место! Скалы — черный известняк, а это очень мягкая порода. Прежде водопад находился на несколько ярдов ниже, чем теперь, и, думаю, в свое время представлял собой такую же спокой¬ ную и прекрасную гладь, какие вы встречаете в лучших местах Гудзона. Но годы уносят красоту — это еще сужде¬ но вам узнать, молодые девушки. Местность эта сильно изменилась со временем. В скалах*и утесах появилось мно¬ жество трещин. В одних местах камни мягче, чем в дру* гих, и вода проточила в них большие выбоины; одни скалы свалила, другие изломала, и теперь эти водопады не имеют ни красоты, ни силы. ^ Где же мы находимся? — спросил Хейворд. — Близ того места, где когда-то низвергался водопад. С обеих сторон от нас порода оказалась мягкой, поэтому 1 Сассафрас —дерево из семейства лавровых. 551