в доме или поблизости от него скрывается какое-нибудь живое существо. В отличие от Змея, чье воображение было так возбуж- дено индейскими рассказами, что он готов был видеть не-* что искусственное в естественной тишине, оба бледноли¬ цых не замечали ничего угрожающего в спокойствии, свойственном неодушевленным предметам. К тому же весь окрестный пейзаж настраивал на мирный, успокоительный лад. День едва занялся, и солнце еще не взошло над гори¬ зонтом, но небо, воздух, леса и озеро были уже залиты тем мягким светом, который предшествует появлению велико¬ го светила. В такие минуты все видно совершенно отчет¬ ливо, воздух приобретает хрустальную прозрачность, и, хо¬ тя краски кажутся блеклыми и смягченными, а очертания предметов еще сливаются, вся перспектива открывается глазу, как нерушимая моральная истина, — без всяких украшений и без ложного блеска. Короче говоря, все чувст¬ ва обретают свою первоначальную ясность и безошибоч¬ ность, подобно уму, переходящему от мрака сомнений к спокойствию и к миру бесспорной очевидности. Однако впечатление, которое такой пейзаж обычно производит на людей, одаренных нормальным нравственным чувством, как бы не существовало для Хаттера и Непоседы. Зато де¬ лавар и его невеста, хоть и привыкли к обаянию пробуж¬ дающегося утра, не оставались безучастными к красоте этого часа. Молодой воин ощутил в душе жажду мира; ни¬ когда за всю свою жизнь не помышлял он так мало о воин¬ ской славе, как в то мгновение, когда удалился вместе с Уа-та-Уа в каюту, а баржа уже терлась бортом о края платформы. От этих мечтаний его пробудил грубый голос Непоседы, отдавшего приказание причалить. Чингачгук повиновался. В то время как он переходил на нос баржи, Непоседа уже стоял на платформе и прито¬ пывал ногами, с удовольствием чувствуя под собой непо¬ движный пол. Со свойственной ему шумной и бесцеремон¬ ной манерой он выражал таким образом свое полное пре¬ зрение ко всему племени гуронов. Хаттер подтянул пирогу к носу баржи и собирался снять запоры с ворот, чтобы про¬ браться внутрь дома. Марч, который вышел на платформу только ради бессмысленной бравады, толкнул ногой дверь, чтобы испытать ее прочность, а затем присоединился к Хаттеру и стал помогать ему открывать ворота. Читатель 306

должен вспомнить, что иным способом попасть в дом было невозможно; должен также он вспомнить, и каким образом хозяин загораживал вход в свое жилище, когда оставлял его пустым, и особенно в тех случаях, когда грозила опас¬ ность. Спустившись в пирогу, Хаттер сунул конец веревки в руки делавару, велел пришвартовать ковчег к платформе и спустить парус. Однако, вместо того чтобы подчиниться этим распоряжениям, Чингачгук оставил парус полоскать¬ ся на мачте и, набросив веревочную петлю на верхушку одной из свай, позволил судну свободно дрейфовать, пока не привел его в такое положение, что к нему можно было подобраться только на лодке или по вершине палисада. Такого рода маневр требовал немалой ловкости, и во вся¬ ком случае, вряд ли его удалось бы проделать перед лицом отважного врага. Прежде чем Хаттер успел раскрыть ворота дока, ковчег и «замок» очутились на расстоянии десяти—двенадцати футов друг от друга; их разделял частокол из свай. Баржа плотно прижалась к нему, и он образовал нечто вроде бруствера высотой почти в рост человека, прикрывая те части судна, которые не были защищены каютой. Делавар был очень доволен этим неожиданно выросшим перед ним оборонительным сооружением. Когда Хаттер ввел наконец свою пирогу в ворота дока, молодому воину пришло в го¬ лову, что, если бы ему помогал Зверобой, они сумели бы защитить такую позицию от атак самого сильного гарни¬ зона, засевшего в «замке». Даже теперь он чувствовал се¬ бя в сравнительной безопасности и уже не испытывал прежней мучительной тревоги за судьбу Уа-та-Уа. Одного удара веслом было достаточно, чтобы провестп пирогу от ворот до трапа, находившегося под домом. Здесь Хаттер застал все в полной исправности: ни висячий за¬ мок, ни цепь, ни засовы не были повреждены. Старик до¬ стал ключ, отомкнул замок, убрал цепь и опустил трап. Непоседа просунул голову в люк и, ухватившись руками за его край, влез в комнату. Несколько секунд спустя в коридоре, разделявшем ком¬ наты отца и дочерей, послышались его богатырские шаги. Потом раздался победный крик. — Ступай сюда, старый Том! ?=- весело орал необуздан¬ ный лесной житель. — Все твои владения в порядке и 307

пусты, как орех, который провел полчаса в зубах у белки. Делавар хвастает, будто он способен видеть тишину. По¬ шли его сюда, он сможет даже пощупать ее. ■— Тишину в том месте, где ты находишься, Гарри Марч, — возразил Хаттер, просовывая голову в люк, и его голос начал звучать глухо и неразборчиво для тех, кто оста¬ вался снаружи, — тишину в том месте, где ты находишься, можно и видеть и щупать; она не похожа ни на какую дру¬ гую тишину. — Ладно, ладно, старина, полезай сюда, и давай-ка от¬ кроем окна и двери, чтобы впустить немножко свежего воз¬ духа. В трудные времена люди быстро становятся друзья¬ ми, однако твоя дочка Джудит совсем отбилась от рук, и моя привязанность к твоему семейству здорово ослабела после ее вчерашних выходок. Если так будет продолжать¬ ся, то не успеешь ты прочитать и десяти заповедей* как я удеру на реку, предоставив тебе вместе с ковчегом твоим, и с капканами твоими, и с детьми твоими, с рабами и ра¬ бынями твоими, с волами твоими и ослами твоими оборо¬ няться от ирокезов как знаешь. Открой окошко, Плаву¬ чий Том, я ощупью проберусь вперед и отопру входную дверь. Наступило минутное молчание, и затем раздался глу¬ хой шум, как будто от падения тяжелого тела. Громкое проклятие вырвалось у Непоседы, после чего внутри дома вдруг словно все ожило. В характере этого шума, который так внезапно и — прибавим мы — так неожиданно даже для делавара нарушил недавнюю тишину, невозможно бы¬ ло ошибиться. Он напоминал битву тигров в клетке. Раза два прозвучал индейский боевой клич, но тотчас же стих, как будто глотки, испускавшие его, ослабели или кто-то сдавил их. Затем снова послышалась грубая ругань Непо¬ седы. Казалось, чьи-то тела с размаху валились на пол, за¬ тем тотчас же поднимались, и борьба продолжалась снова. Чингачгук не знал, что делать. Все оружие осталось в ков¬ чеге. Хаттер и Непоседа вошли в дом, не захватив с собой ружей. Не было никакой возможности передать их им в ру¬ ки. Сражавшиеся в буквальном смысле этого слова очути¬ лись в клетке; было одинаково немыслимо как проникнуть в дом, так и выбраться оттуда. Кроме того, в ковчеге на¬ ходилась Уа-та-Уа, и это парализовало решимость индей¬ ца. Чтобы избавиться, по крайней мере, от этой заботы, 308

молодой вождь приказал девушке сесть в пирогу и присо¬ единиться к дочерям Хаттера, которые, ничего не подозре¬ вая, быстро приближались к «замку». Но девушка наотрез отказалась подчиниться. В эту минуту никакая земная си¬ ла, кроме грубого физического воздействия, не заставила бы ее покинуть ковчег. Нельзя было терять время попу¬ сту, и делавар, не зная, как помочь своим друзьям, пере¬ резал веревку и сильным толчком отогнал баржу футов на двадцать от свай. Тут он схватился за весла, и ему уда¬ лось отвести ковчег в наветренную сторону, если только здесь уместно употребить это выражение, так как движе¬ ние воздуха было едва заметно. Когда ковчег очутился в сотне ярдов от платформы, индеец перестал грести и тот¬ час же спустил парус. Джудит и Хетти наконец заметили, что в «замке» творится что-то неладное, и остановились приблизительно на тысячу футов дальше к северу. Яростная драка в доме не унималась. В такие минуты события как бы сгущаются и так стремительно следуют одно за другим, что автору трудно за ними поспеть. С то¬ го момента, когда впервые послышался шум, и до того, когда делавар прекратил свои неуклюжие попытки спра¬ виться с большими веслами, прошло не больше трех или четырех минут, но, очевидно, сражающиеся уже успели израсходовать почти весь запас своих сил. Не слышно было больше проклятий и ругани Непоседы, и даже шум борь¬ бы несколько утих. Тем не менее схватка все еще продол¬ жалась с непоколебимым упорством. Вдруг дверь широко распахнулась, и бой перешел на платформу, под открытое небо. Какой-то гурон отодвинул засовы, и следом за ним три или четыре воина выскочили на узкую площадку, радуясь возможности спастись от ужасов, творившихся внутри. За¬ тем кто-то с неимоверной силой выбросил тело еще одного гурона, которое вылетело в двери головой вперед. Наконец показался Гарри Марч, рычавший, как лев, и успевший на один миг освободиться от своих многочисленных противни¬ ков. Хаттера, очевидно, уже схватили и связали. Наступила пауза, напоминавшая затишье среди бури. Все испытывали потребность перевести дух. Бойцы стояли, поглядывая друг на друга, как свирепые псы, только что разомкнувшие свои челюсти и поджидаю¬ щие удобного случая снова вцепиться во вражескую глотку. 309