Хаген выставил ее в коридор и закрыл дверь.

— Так, а теперь давайте поговорим, миссис Висарт.

— Позже. Сперва я должна позаботиться о Вэйне.

— Он может подождать, а я не могу.

Хаген сделал паузу.

— Сейчас я вам все объясню. Сегодня вечером ваш сын пытался покончить с собой. Сейчас об этом знаю только я и вы, да, возможно, мисс Гил. Считая самого Вэйна и врача, получается целых пять человек. Неплохое число.

Старая дама внимательно смотрела на него.

— Куда вы клоните?

— Среди нас пятерых единственный человек, не имеющий причины молчать о случившемся,— это я. Напротив, мне следует выполнить свой гражданский долг и сообщить об этом полиции.

— Этого вы не сделаете.

— Почему?

— Если бы вы действительно намеревались заявить об этом полиции, то не стали бы заводить этот разговор,— тихо ответила она.

Хаген усмехнулся.

— Вы можете быть прорицательницей. Отчасти вы правы, миссис Висарт. У меня нет намерения идти в полицию, если я добьюсь того, о чем хочу просить вас и вашего сына.

— Что же вы хотите, Хаген?

— Хочу, чтобы вы наняли меня для расследования убийства Хильды.

Старая дама немедленно кивнула, затем выпрямилась.

— Одну минуту,— сказала она и вышла из комнаты.

Хаген ждал, спрашивая себя, что она задумала. Он должен это узнать. Старая дама вернулась со своей сумкой и деньгами в руке.

— У меня дома только 200 долларов,— холодно объяснила она.— Возьмите и уходите!

Хаген не притронулся к деньгам.

— Знаю, что вы удивитесь, но деньги меня не интересуют. Это не шантаж, миссис Висарт, по крайней мере,— не обычный шантаж.

— Я не понимаю,— пробормотала она, продолжая протягивать ему деньги.

— Мне очень нужен клиент, чтобы иметь основание для действий. До сих пор никто не пожелал меня нанять, а это просто срам, потому что беру я совсем недорого.

— Значит, вы хотите работать задаром... Будете молчать только в том случае, если я соглашусь вас нанять?

— Нет,— уточнил Хаген.— Я буду работать бесплатно, пока не получу результатов. В этом случае я попрошу выплатить мне обычный гонорар — 50 долларов в день, плюс издержки. Во всем остальном вы совершенно правы.

— Будет глупо отказаться от вашего предложения, не так ли?

— Конечно,— согласился Хаген.— А так как я знаю, что вы неглупы, миссис Висарт, я буду считать себя нанятым, скажем, уже полчаса назад. Это нужно, чтобы я мог сослаться на свои обязанности перед клиентом, если полиция пожелает узнать, почему я не сообщил о... несчастном случае с Взйном.

Он усмехнулся, старая дама грустно улыбнулась.

— Я вижу, вы все продумали.

— Нет. Я еще не подумал как следует о второй, причине, из-за которой Вэйн решил покончить с собой.;

— Второй причине? — вопросительно подняла брови старая дама.

— Ну, первая причина совершенно очевидна. Он убил Хильду и не захотел нести за это ответственности. Но поскольку он мой клиент, мы должны исключить это и найти другую причину. Вы можете что-либо предложить?

— Ну...

Она помедлила.

— Меня бы не удивило, что он принял слишком близко к сердцу смерть Хильды... да, это, конечно, так и было. Он был так расстроен сегодня вечером... знаете, ему страшно недоставало Хильды...

Хаген с серьезным видом кивнул. Зная Хильду, он не -мог этому поверить, но не было смысла спорить со старой дамой. Она ведь знала об этом не больше, чем он, либо не хотела ему говорить. Даже если это так и было, то Хаген считал, что лучше иметь неискреннего клиента, чем вообще никакого. Сейчас так трудно подыскать клиента, что на такие пустяки не стоило обращать внимания.

Он услышал звонок у двери и решил, что прибыл врач. Старая дама поспешила к нему.

Оставшись один с находившимся без сознания Висартом, Хаген взял с кровати пистолет и рассмотрел его. Это была карманная модель тридцать второго калибра. Он был заряжен. Хаген подумал, что в последние дни у него появился талант отбирать у женщин огнестрельное оружие, а в этом доме он не хотел оставлять пистолет на виду. Висарт мог воспользоваться им. Человек, пытавшийся лишить себя жизни, может повторить свою попытку.

Хаген пошел в уборную, снял крышку с бачка унитаза и положил пистолет в воду. Убедившись, что пистолет не мешает механизму бачка, он вернулся в спальню. Он считал, что оружие там нескоро найдут, и стал чувствовать себя увереннее. Было бы лучше убрать пистолет вместе с оружием Дагны — вернее, Белдориана — в ящик своего письменного стола, но для этого ему пришлось бы везти его через весь город. А в настоящее время Хаген не мог рисковать быть задержанным с оружием.

В спальню вошел врач, того же возраста, что и миссис Висарт, и занялся пациентом. Хаген долго держался в стороне, пока не услышал из уст врача подтверждение своего диагноза — жизнь Вэйна Висарта вне опасности. Теперь он мог оставить его на попечение врача и старой дамы, которая должна была позаботиться и о молчании врача.

По пути в холл Хаген услышал, как Эвис Гил объясняла кому-то по телефону, что мистер Висарт из-за несчастного случая сегодня не сможет приехать.

— Возможно, завтра. Да, мы вам позвоним. Спокойной ночи.

Хаген не узнал, с кем она разговаривала. Он подозревал, что это мог быть Джек, но не спросил Эвис. Сейчас не время, к тому же он не был уверен, что Эвис можно задать такой вопрос.

Вместо этого он стал искать место, где мог бы без помех уединиться, и в конце концов отправился в беседку возле плавательного бассейна. Он сел в шезлонг, где прошлым вечером сидела Хильда, положил вверх ноги и расслабился. Вдруг ему в голову пришла мысль, и он тотчас встал.

Он пошел по траве к площадке для стрельбы из лука.

Одна подставка для луков была пуста. Хаген знал, что не хватает одного лука, хотя это не бросалось в глаза, а все колчаны были полны стрел. Хаген выбрал одну стрелу и рассеянно взвесил ее на руке. Лука он не взял.

Он приблизился метров на десять к пестро раскрашенным мишеням, за которыми стояли тюки с соломой. Подняв стрелу как копье, Хаген метнул ее в мишень. Стрела упала на траву. При следующих двух попытках произошло то же самое. Хаген подошел чуть ближе, и в четвертый раз ему удалось попасть в мишень и стальной наконечник повис на полотне.

Задумчивый, он вернулся к шезлонгу. Если ему, совершеннейшему профану, удалось попасть в цель, то, вероятно, искусный метатель ножей получше это сделает. Хаген задумался.

Думая об этом, он вынул из кармана дневник Хильды, поудобнее устроился в шезлонге и закурил сигарету. Книга раскрылась на том месте, где, наверно, была недавно раскрыта. Хаген пробежал глазами написанное знакомым почерком.

— О небо! — воскликнул он и для верности прочел еще раз.

Под датой восьмого июня запись началась следующими словами:

Дневник был дорогой книгой нормального формата, привезенной из Англии, дорогой, но не изготовленной по заказу. Вероятно, такие книги продавались повсюду в мире в лучших магазинах. С золотым обрезом, в переплете из мягкой черной кожи, украшенном золотыми цветами, вещь была прекрасна. Очевидно, Хильда очень ценила свои тайны.

Однако Хагена интересовало содержание дневника. В дневнике Хильды, очевидно, была заложена мина.

«Сегодня я убила Брука...»

И Хаген не торопясь начал читать дальше.

Закончив, он некоторое время' неподвижно сидел в беседке. Он никак не мог представить себе правильной картины.

Начало записи от восьмого июня, которое сразу возбудило его внимание, было, вероятно, единственным ясным местом среди записей. В остальном дневник содержал много неопределенного. В нем не был проставлен год записи, хотя начинался он с первого января и заканчивался тридцать первым декабря. Хильда вообще не любила давать точных данных. Здесь не было таких записей, как «я сегодня пошла за покупками и купила серьги» или «сегодня я с Джоном Саундсо смотрела фильм о любви, а потом мы пошли в чертов бар танцевать». Вместо этого в дневнике, фигурировали мысли, желания, чувства и грезы. Хаген был поражен. Он не предполагал, что Хильда могла столько думать.