– Хорошо, – кивнула головой Лилианна.

На следующий день в небольшой сельской церкви в нескольких километрах от Лилля донна Лилианна Родригес де Сальваро маркиза де Бранчифорте, принцесса Пьетраперция, леди Стосбери обвенчалась с доном Айседором Карлеонэ бароном фон Штамберг. Гостей на свадьбе не было. Только двое свидетелей сопровождали молодых: донна Кончита и вернувшийся из поездки мистер Огюст Белбах. Праздничный ужин и дорогое фамильное кольцо, подарок нового мужа, это все чем запомнился Лилианне этот день. Стоя у алтаря девушка не ощутила ни душевного трепета, ни волнения, да и ни радости пожалуй. Было такое чувство что все происходит с кем то другим, а не с ней. Лилианна казалась себе марионеткой, куклой на веревочке, которую дергают за нитки и ведут туда, куда угодно кукловоду. Вся ее жизнь с падениями и взлетами была похожа на спектакль, в котором она сама практически не принимала участия. Вот и сейчас поездка во Францию сулившая столько радости, счастья, надежд, обернулась сплошной чередой неприятностей и бед. Утром, перед свадьбой Лилианна попросила донну Канчиту сжечь все ее старые вещи: небольшой узелок с бельем, платье, сорочку и даже ботинки. Начинался новый этап, новая глава в ее жизни и девушка вдруг поняв что ничего не воротишь, отчаянно захотела избавиться от всего того, что могло напоминать о прошлом, о Тробриане, об Англии, о Себастьяне. Уже через несколько дней барон фон Штамберг повез свою молодую жену домой.

– Усадьба моей матери, – рассказывал по дороге барон, – находиться в нескольких десятков километров от Брюсселя в местечке Оверейс во Фландрии. Места там очень живописные, так называемая сельская Бельгия. Недалеко от наших земель расположено красивейшее озеро, окруженное полями и лесом. Признаться это мое самое любимое место.

– Мне очень хочется поскорее все увидеть, – призналась Лилианна. Она уже смерилась со своим новым положением и любопытство брало вверх над унынием последних дней.

– Я думаю тебе там понравиться. Сельская Бельгия с ее полями, лесами и виноградниками очень похожа на Францию или даже на Англию. Там тихо и спокойно. Зимой, даже слишком спокойно. Однако не бойся, если начнешь скучать мы всегда сможем пожить в Брюсселе.

– Я очень люблю природу и уединение. Боюсь, дон Айседор, в моем положении не до балов и приемов, – тяжело вздохнула Лилианна.

– Это не на долго. Не успеем оглянуться как малыш огласит мой дом своим криком. А там глядишь и твоя тоска пройдет. И я был бы очень рад если бы ты стала называть меня по имени.

– Хорошо, – согласилась девушка, немного смутившись, – а как далеко Оверейс?

– Не далеко. Бавария страна небольшая. За два-три дня ее всю можно объехать вокруг. Сегодня вечером или завтра с утра мы прибудем на место.

Лилианна кивнула, день в дороге это совсем не плохо. Погода испортилась. Не смотря на то, что для ноября было достаточно тепло, уже несколько дней лили дожди, превратившие дорогу в грязную жижу. Ямы и колдобины скрытые большими лужами сильно затрудняли путь. Лилианна, которую от тряски начинало поташнивать то и дело просила остановиться. За окном помелькали Турне, Лез, Ат, Эдингер. Что бы хоть немного развеселить спутницу барон рассказывал много интересных историй. Так девушка узнала о Бельгии. Об этой небольшой стране с нелегкой судьбой.

– Когда-то давно на этой земле жили кельтские племена белгов, они были не сильно воинственны, однако трудолюбивы, – начал свой рассказ дон Айседор.

– Белги? Именно поэтому страну назвали Бельгией?

– Ну, страной она стала совсем недавно. Всю свою историю Бельгия переходила из рук в руки, дробилась, делилась, соединялась. Сначала ее завоевал Юлий Цезарь, потом германцы. Когда Франкское государство распалось, западная часть Бельгии, Фландрия досталась германцам, а восточная, герцогство Лотарингия – французам. Не буду углубляться в историю и рассказывать тебе как в течение многих веков это небольшое государство делили между собой Франция, Англия и Римская империя, а позднее Испания. Ну, как говориться большие соседи дерутся, а маленьким достается. Ссора между крупными странами, затронула и Бельгию. Так началась столетняя война между бельгийскими княжествами. В конце концов Брюссель стал резиденцией Бургунского герцогства. Однако и это спокойное время длилось не долго. После распада герцогства и утверждение на европейских престолах Габсбургов Бельгия, Нидерланды, Люксембург и часть Северной Франции стали провинциями Испании. Так маленькая Бельгия, а если быть более точным, Нидерланды стала ареной многочисленных испанских войн. Однако уж в начале восемнадцатого века испанские Нидерланды стали Австрийскими Нидерландами, однако от этого никому легче не стало и в 1789 году в Брабанте вспыхнуло восстание против австрийского господства охватившее все бельгийские провинции. В ходе этой революции 11 января 1790 года впервые была провозглашена независимость Соединенных штатов Бельгии. Увы уже к концу того же года австрийское правительство восстановило свою власть в нашей стране. И лишь после победы наполеоновских войск над австрийцами в 1794 году Бельгия снова присоединилась к Франции.

– Как все это интересно! – воскликнула Лилианна.

Скорее запутано. Страна так часто переходила из рук в руки, что практически потеряла свою самобытность. В Бельгии как ни в одной из стран Европы, да и мира пожалуй получилось жуткое нагромождение всевозможных культур, традиций, языков. Фламандцы живут в северных провинциях, во Фландрии и говорят на нидерландском языке и его многочисленных диалектах. Валлоны живут на юге и говорят на французском, валлонском и некоторых других языках. Так же в Бельгии можно услышать и испанский и германский и английский. В Оверейсе, как и во всей Европе свет говорит на французском. Местные жители используют в основном нидерландский язык, в который буквально кишит испанскими и французскими словами.

– Но я не знаю нидерландского. Как же я буду их понимать? – испугалась Лилианна, уж слишком хорошо она помнила как незнание языка мешало ей в Испании, особенно в начале.

– Не волнуйся. Ты хорошо знаешь испанский, французский и английский. Этого вполне достаточно что бы тебя понимали все. А выучить три десятка местных слов будет не сложно.

Лилианна кивнула. За окошком кареты пробегали поля, леса, виноградники, паслись небольшие стада. Бельгия и в самом деле была очень похожа на сельскую Англию. Девушка внимательно слушала рассказы мужа, стараясь как можно больше узнать об этой стране. Дон Айседор поведал о том, что фермеры или хуторяне в основном выращивают пшеницу, овёс, рожь, ячмень, сахарную свёклу, картофель и лён. Разводят крупный рогатый скот и свиней, а так же варят пиво и производят известный на всю Европу сыр. Хорошо развита в стране и текстильная промышленность, включающая в себя переработку хлопка, льна, шерсти.

Из которых делают не только одежду, но и очень хорошие ковры и одеяла.

В некоторых районах добывают уголь. Есть несколько заводов по производству стали, стекла, красок.

– О, кто бы мог подумать что такая небольшая страна столько всего производит! – удивилась Лилианна, – Сказать по чести я слышала только о фламандских кружевах.

– И что же ты о них слышала? – спросил с улыбкой дон Айседор.

– Ну, то, что и английская принцесса и испанская инфанта украшают свои лучшие наряды только фламандскими кружевами. У меня есть, то есть было платье, с отделкой из фламандских кружив.

– А из каких именно кружев была отделка?

– Из фламандских. А разве они чем-то отличаются?

– Ну, Лилианна, это ремесло в Бельгии возведено в ранг искусства. О кружевах здесь могут говорить часами. Например «малин», или мехельнское кружево, очень тонкое, с цветочными мотивами и светлым фоном из мелких шестиугольников. А вот антверпенское кружево с цветочными вазами, с фоном из мелких шестиконечных «звездочек». В Брюгге кружевницы делают как бы непрерывно связанную тесьму, которую соединяют при вязке в причудливый рисунок. А вот в столице из покон веков, брюссельские кружева делались по-другому, в них орнаменты выполнялись отдельно друг от друга, а затем соединялись с помощью тюлевого фона. Именно эти кружева считаются самыми сложными и как следствие самыми дорогими.