2. Есть серебряная подкладка

Просмотрев все имеющиеся у него данные, как из банка памяти ТАРДИС, так и из своих собственных воспоминаний, Доктор обнаружил только одно место, куда могли направиться крашоки. И оно очень подходило под описание, что дала ему ведьма. Они не захотят рисковать и организовывать полную атаку до того, как будет готово их драгоценное устройство вечности. А пока его калибровка не закончена, они попытаются получить доступ к интеллекту, знаниям и вычислительной мощности, которая им необходима, но которая не была защищена.

— Я знаю, куда вы отправились, — сказал Доктор с ноткой торжества в голосе.

Он повернулся к консоли, начиная править координаты, а затем, ударив по вакехелмисескому регулятору своим молотком, он отправил ТАРДИС в полет. Доктору нужны были яркие молодые умы. А для этого он собирался посетить пространственный мозг.

Крашоки не видели Гизеллу, и она старалась оставаться за полками так тихо и спокойно, как только могла.

— Мы обнаружили неизвестную форму жизни. Она где-то в этой области, но мы не можем ее отыскать.

— Теперь весь корабль нуждается в обыске, — ответил ему Джорак. Этот крашок имел массивный коготь вместо одной руки и шип вместо другой.

Как Джорак, другой крашок представлял собой смесь человека, технологий и пришельцев. На них была броня, которая была смесью самых совершенных технологий самых разных инопланетных рас.

На шеях висели широкие костные пластины, на которых были размещены знаки отличия.

— Убедитесь, что все занялись поиском, — сказал Джорак. — не забудьте склады. Кто знает, где может прятаться безбилетник.

— На самом-то деле, — пробормотала Гизелла, с облегчением увидев, что оба крашока повернулись обратно к двери.

— Датчики, что обнаружили инопланетную форму жизни, показании нечто странное. Они утверждают, что эта форма жизни механическая, но она живая.

— Возможно, это киборг. — Сказал Джорак. — Смесь органики и робота. — Он наклонился, осматривая коридор. Гизелла знала, что крашок занимается сканированием визуальных данных в ее поисках.

— Я куда большее, чем просто роботоорганическая смесь. — Спокойно сказала она, пока за ней закрылась дверь.

Пол под ней затрясся. Корабль состыковался с пространственным мозгом, и Гизелле пришло время планировать побег.

Доктор направил ТАРДИС в один из тихих уголков пространственного мозга. Он точно не знал, куда приземлился, но исходя из структуры самой конструкции, там должно быть довольно спокойно. На сканере имелась карта всего мозга. Он на самом деле напоминал мозг, висевший в пространстве.

— Интересно, как она называется? — нахмурился Доктор.

Он открыл двери и вышел. Прямо на урок математики. Ученики уставились на ТАРДИС и на Доктора, что вышел из нее. Учитель казался раздосадованным тем, что потерял их внимание.

— А, — сказал Доктор. — Привет. — Он улыбнулся и помахал рукой.

— Это здорово! — Воскликнула девушка. — Мы изучали технику телепортации на прошлой неделе до начала этого специального проекта, но она не была такой восхитительной, как это.

— Спасибо, — сказал Доктор, а потом поймал взгляд учителя. — Продолжайте и просто не обращайте на меня внимание.

Учитель посмотрел на Доктора. Он выглядел так, словно вот-вот взорвется от ярости.

— Не стоит вести себя по-другому только потому, что официальный инспектор решил проверить качество преподавания на пространственном мозге, — заверил его Доктор. Он продемонстрировал психобумагу, чтобы убедить их в том, насколько важен он был. Он был уверен, что почти закипающий учитель рассмотрит то, что ему нужно. — Есть вопросы?

— Нет никаких проблем, — улыбнулся учитель. — Я могу вам чем-то помочь?

Доктор улыбнулся:

— О, да.

Учитель науки, профессор Априкотт, был очень счастлив выделить двух детей из класса в качестве сопровождающих Доктора по пространственному мозгу.

— Ничего, — настаивал он. — Все в порядке, верно? — Он потер руки, а густые брови за очками немного приподнялись.

— Все в прядке, — сказал Доктор. — Не могу рассказать вам детали, но мне нужно осмотреться.

Профессор Априкотт заставил себя улыбнуться и поднял двух ребят для того, чтобы они сопровождали Доктора.

Сами дети при этом радостно вопили:

— Меня-меня!

Профессор выбрал мальчика и девочку. Девочка была той, кто радостно кричал о том, что прибытие ТАРДИС — это здорово. Ее звали Каффея, и у нее были светлые волосы и зубы, которые были немного велики для ее рта. Мальчик выглядел, как уменьшенная версия профессора Априкотта за счет его темных волос и толстых очков в роговой оправе. Его звали Клеб. Каффея и Клеб были рады оказаться вне класса и получали удовольствие, сопровождая Доктора. Они вышли из класса математики и направились в класс искусств, где они рисовали под руководительством мисс Фердинанд. Доктор подумал, что алгебра довольно скучна, и многие математики точно были бы с ним согласны. Но он не мог понять того, почему эта алгебра была скучной, ведь дети изучали пространственно-динамические контрауравнения, а это обычно было довольно забавным.

В каждом классе, в который они проходили, Доктор представлялся инспектором и демонстрировал психобумагу. В каждом классе он просто просил присутствующих притвориться, что его там нет, и в каждом классе он просто не мог устоять против того, чтобы дать несколько советов. В классе алгебры он отметил способ Смирнова для снижения комплектующих, и мистер Луи потрясенно уставился на него.

В классе космической географии, мисс Ренфрю удивилась тому, что Доктор знал о том, что в сетке координат, по которой недавно проводились вычисления, есть планета Дофф, несмотря на то, что в сертификате открытия ее назвали Клайв.

В классе квантовой механики Доктор покосился на миссис Диффсон и предположил существование другой, параллельной вселенной, где законы квантовой механики были другими.

— В завершение, — сказал Доктор Каффее и Клебу. — Может существовать такая вселенная, в которой у миссис Диффсон есть чувство юмора.

Он умолк и покачал головой.

— Нееет, — решил он. — Это слишком маловероятно.

Гизелла часами пыталась уйти с корабля крашоков. Ей уже надоело просто упражняться в остроумии, и поэтому она принялась исследовать более опасные районы, где патрулировали десантники-крашоки.

Она знала, что они искали ее. Сервороботы уже были запрограммированы на то, чтобы высматривать на борту нежелательных лиц, так что когда Гизелла выходила из тени, она жутко рисковала.

Наконец, она вышла в небольшую субконтрольную комнату. Там был экран сканера, подключенный к системе безопасности, и Гизелла обнаружила, что в оптических схемах она видит передвижение десанта крашоков. Она могла видеть то, что видели они, на оптические схемы передавалось то, что фиксировали кибернетические глаза десантников.

Но по большей части это было довольно скучно и бесполезно. Более полезной была карта корабля с отражением того места, где она находилась. На карте четко была указано направление к шлюзовой камере. Если Гизелла сможет туда добраться, то она выберется с корабля. Маленькие символы также отражали положение крашоков и сервороботов. Их было так много, что Гизелла поняла, что сбежать будет не так просто.

Проблемой было и то, как подобрать самый короткий и безопасный маршрут, на котором она бы не столкнулась с крашоками или сервороботами.

Запомнив дорогу, Гизелла вышла наружу, почти столкнувшись с крашоком.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: