Это первое. Ну, а во-вторых, в результате всего этого, в реальной жизни (а не на схемах и планах) мы имеем кровь, страдания, потеря родной земли, потеря родного дома, слезы, обиды и ненависть. Еще раз повторюсь, все это последствие этих схем, этих теорий. Страдание людей вот что главное, а реальные обстоятельства и причины случившегося это для историков и политологов. Главная причина для людей та которая на поверхности и помещается в одной фразе: «Во всем виноват Михаил Горбачев, который развалил такую (!) (а какую такую никто не объясняет, мол и так известно) страну».

— А почему азербайджанцы молчали? Почему они, как армяне, не отстаивали свою правду, не рассказывали громогласно всему миру свою правду об этих событиях? — резонно спросил Иосиф.

— Верно говоришь. Азербайджанцам никогда не хватало рупора, проводников, чтобы донести свою правду до Запада. Мне кажется, может я и ошибаюсь, но проблемы информационной взаимосвязи с Западом проистекают еще и в связи с тем, что азербайджанцы воспринимаются, да и по сути есть — частичка Исламского мира. Хотя в тысяча девятьсот восемьдесят восьмом году это не воспринималось таким образом даже самим населением Азербайджана.

— Я хорошо помню нашу атеистическую жизнь, — задумчиво произнес Иосиф.

— Так вот, сам Азербайджан и информация, идущая из Азербайджана воспринималась Западом сквозь призму стереотипов об Исламском мире. То есть западная общественность, априори, де-факто получала искаженный образ Азербайджана. Я уже не говорю о том, что даже тот детский лепет и писк, который раздавался в защиту азербайджанцев, власть Азербайджана старалась заглушить, либо исказить в той степени, чтобы это понравилось Москве.

В то же время армяне являются частью христианского мира и вдобавок имели мощные проводники, мощные голоса, очень хорошо слышимые и воспринимаемые с пониманием в Западном мире.

И еще надо учесть, что армянские националисты и сепаратисты, как хочешь их называй, были тщательно и широкомасштабно подготовлены к этому конфликту с помощью мирового армянства. А бестолковость, корысть, страх наших властей, неумение управлять своим народом, да и слабость духа у части народа и привело к тому положению в котором мы находимся сейчас. Понимаешь, был нанесен огромный удар по чести и достоинству азербайджанцев. От этого удара мы до сих пор не в состоянии оправиться.

Как бы это не было обидно, как бы это не было прискорбно, но надо сознаться, что, несмотря на множество достойных дел и несмотря на высочайшее шапкозадирательство, мой народ ущербный, потому как был и есть длительное историческое время разделенный и разобщенный (северный и южный Азербайджан), а теперь еще и на колени поставленный. Вот это всегда надо помнить и знать прежде чем говорить о деталях конфликта, — заключил свой длинный монолог Азад.

— Давайте еще раз помянем Рафика и Армена, чтобы души их там встретились и продолжили бы они свою дружбу, прерванную человеческим безумием. Ибо истинно говорил Христос, люди не ведают, что творят.

— Азад, русскоязычные газеты в Америке, когда пишут о Карабахском конфликте, всегда упоминают бакинские и сумгаитские погромы армян, как жестокие и бесчеловечные. Неужели нельзя было обойтись без этого. Даже не верится, что азербайджанцы способны на то, о чем писали в газетах.

— Центр и сценаристы этого конфликта прекрасно понимали, что просто так отнять Карабах и отдать его армянам не получится. Надо это было обставить по умному. А ничего умнее войны они придумать не могли. Война становилась неизбежной. А раз война, то сам подумай, армяне в Азербайджане и азербайджанцы в Армении — это заложники. Представь себе, тела погибших солдат прибывают в Баку и Ереван. И как бы чувствовали себя родные этих несчастных, какой был бы соблазн отомстить за них? А кому мстить, как не соседу армянину в Азербайджане или азербайджанцу в Армении. Так что, прежде чем начинать войну, надо было освободиться от заложников. С азербайджанцами поступили очень сурово. Зимой в январе 1989 года, более двухсот тридцати тысяч азербайджанцев были изгнаны из своих домов в Армении. В отличии от своих армянских братьев по несчастью, азербайджанские беженцы были вынуждены оставить абсолютно все — дома, имущество, скот и перебираться пешком через снежные перевалы к границе Азербайджана. Поскольку их изгнание носило не стихийный, а организованный характер, осуществлено было оно в течение двух недель. Дети, женщины, старики шли пешком через снежные горные перевалы. Никто не знает, сколько людей замерзло по дороге. Эту статистику никто не вел. Тогдашний первый секретарь Центрального Комитета Азербайджана Везиров не разрешил азербайджанским беженцам из Армении остаться в Карабахе. Еще одно доказательство в пользу того, что Москва уже решила отдать Карабах армянам. Ведь население Нагорного Карабаха тогда составляло сто двадцать тысяч людей (девяносто тысяч армян и тридцать тысяч азербайджанцев). И если там осело бы еще двести тысяч азербайджанцев, тогда весь план бы летел к чертям. Поэтому всех беженцев, а это было полностью сельское население Армении, переправили в Баку и Сумгаит. Представляешь, людей которых выгнали из Армении пустили в города, где проживали сотни тысяч армян. Властям оставалось только бросить горящую спичку в бак с бензином, что они и сделали. Кстати, главарь бандитов, которые орудовали в Сумгаите, был трижды судимый армянин, проживающий в этом городе. Вот так.

— А где же была милиция, армия наконец? — прервал его Иосиф.

— Армия? Хороший вопрос. Смотри. Погромы в Баку начались тринадцатого января и закончились девятнадцатого января тысяча девятьсот девяностого года. Армян спасали от бандитов простые граждане азербайджанцы, соседи и знакомые. А власти просто организовали эвакуацию армян — паромом курсировавшим между Баку и Красноводском (Средняя Азия). Ни один солдат Советской Армии не вышел из своих казарм, которые были расположены прямо в городе, чтобы установить порядок. Не было приказа.

— Азад, ты знаешь, я даже не спросил у Марьям ханум, где похоронили Рафика.

— Ты помнишь парк имени Сергея Кирова?

— Ну, конечно, я помню.

— Так вот, верхнюю часть этого Нагорного Парка, так его сейчас называют, превратили в Аллею Почетного Захоронения. Там похоронены наши солдаты, погибшие в Карабахской войне. Там же похоронен и Рафик. Если у тебя найдется время, завтра позвони ко мне по этому телефону, — Азад протянул Иосифу свою визитку, — мы поедем и навестим его могилу.

Давно Иосиф столько не пил и не курил. До постели он добрался только к трем часам ночи, и едва лег в постель, мгновенно отключился.

Телефон надрывался, когда Иосиф с трудом открыл глаза и посмотрел на время. Было десять часов утра, а он должен был быть в офисе в девять часов. Он с трудом встал с постели, но сильная боль в голове заставила его сесть обратно в постель. Иосиф схватился за голову и тихо застонал, вспомнив вчерашний день.

Но телефон продолжал трезвонить так, что ему ничего не оставалось как поднять трубку. Звонили конечно из офиса. Были не довольны. Иосиф извинился и обещал быть через пол часа. Холодный душ и горячий крепкий кофе привели его в чувства. Он был почти в норме, если не считать черных мешков под глазами и гула в голове.

Около четырех часов дня, освободившись, Иосиф позвонил Азаду. Они договорились встретиться перед центральным входом Нагорного Парка.

У входа в парк была установлена высокая каменная стела, которую венчал «вечный огонь». Слева от входа в парк был воздвигнут минарет в турецком стиле.

Парк был назван в честь Сергея Мироновича Кирова, который был соратником Иосифа Сталина и первым секретарем городского комитета Ленинграда. Его застрелили при невыясненных обстоятельствах перед выборами на пост Генерального Секретаря ЦК КПСС, где он был конкурентом Сталина на эту должность.

В Советскую эпоху этот парк был одним из любимых увеселительных мест, где любили проводить свое время бакинцы всех возрастов. Подростков и детей здесь привлекали многочисленные аттракционы, влюбленных парочек — уютные и удобные скамеечки, установленные в весьма укромных и скрытых от посторонних взглядов местах. В парке находился знаменитый в Баку ресторан «Дружба» с видом на Баку. Особенно потрясающей красоты зрелище представлял вечерний город, раскинувшийся у подножия парка, словно светящийся океан. В этот ресторан любили приходить семьями, с друзьями и с гостями из других городов и стран. Пожилые люди приходили в парк пообщаться и подышать свежим воздухом. Парк буквально утопал в зелени. Благодаря огромным деревьям, экзотическим растениям и разнообразным цветам, воздух источал пьянящий аромат.